Чтение онлайн

— И я так думаю, — спокойно кивнул Император. — Сведения предназначались для одной цели — спугнуть Блайта с насиженного места, причём сделать это руками имперцев. К сожалению, арГеммит своего добился, благодаря тупости исполнителей. Определённо, Дуккерт утратил способность правильно расставлять приоритеты. Желание служить и желание выслужиться, знаешь ли, не одно и то же. У Дуккерта слишком много второго — это мешает первому.

— Значит, Консул снова в бегах…

Дилана и сама не заметила, что поименовала Блайта уже не принадлежавшим тому званием. Как-то так получалось, что она всё время думала об Ангере исключительно как о Консуле Тайной Стражи, человеке, в чьих руках сосредоточены сила, власть и деньги, пусть и уступающие возможностям Императора или Триумвирата, но достаточные, чтобы с ними считаться. Блайт был сильным противником, и не стоило сомневаться, что и в изгнании он сумел сохранить изрядную толику влияния на события.

— Итак, Блайт снова ищет тихую пристань, но если в прошлый раз это был просто беглец, то сейчас мы имеем беглеца раздосадованного, возможно, жаждущего отмщения. Куда он может податься? Выбор не так уж велик — ни корсары, ни Индар его не примут. В памяти первых свежи действия Тайной Стражи, вторые сейчас слишком озабочены новой для себя ролью миротворцев, чтобы провоцировать конфликты. В Индаре Блайта схватят, выпотрошат все знания, какими он только располагает, после чего мой бывший Консул бесследно исчезнет.

— Тимрет?

— Этот вариант возможен только в том случае, если Блайт решит продолжить своё отшельничество. Но, признаться, земли герцога подходят в качестве укрытия далеко не идеально. Людей там немного, новое лицо привлечет внимание, а Сивер, несмотря на внешнее благодушие, та ещё лиса. Он здорово умеет… скажем так, выбирать. Выбирать, на чьей стороне оказаться. Подозреваю, что в сложившейся ситуации он предпочтет занять сторону Инталии — следовательно, обосновавшись в его землях, Блайт окажется под неусыпным надзором людей арГеммита.

— Он этого не понимает?

— Прекрасно понимает. Поэтому выбора у нашего бывшего слуги не так много. Либо попытаться затеряться на просторах Инталии, изменив лицо и ведя себя тише воды ниже травы, либо пойти ва-банк, предложив свои услуги напрямую Вершителю, постаравшись выторговать побольше.

— Слишком очевидно… — без энтузиазма протянула Дилана. — Слишком. Блайт никогда не был склонен к простым решениям, особенно к тем, к которым его старательно подталкивают. А может он демонстративно остаться в Кинтаре? Этот клочок земли невелик, но, при желании, укрытие там найдётся.

— Исключать подобное нельзя. Но Блайта видели в порту… он поднялся на корабль. Знакомо тебе имя Ублара Хая?

От злости Дилана заскрипела зубами… проклятье Эмнаура, ну почему на её пути всё время становятся одни и те же люди? Мелкие, незначительные… но оса мала, зато способна очень больно ужалить. Так и этот старый пердун — ему бы давно покоиться на дне среди водорослей, так нет же, всё ещё болтается в море, попутно создавая проблемы.

— Его не попытались догнать?

— В это время в порту Кинта Северного не нашлось подходящей галеры… — Унгарт сделал многозначительную паузу и добавил насмешливо, — как не нашлось и доверенного лица Императора, способного силой подчинить себе какого-нибудь капитана. И слава Эмнауру, что не нашлось, только воплей Совета о кознях имперцев мне сейчас и не хватало.

— Что я должна сделать?

Идеи насчёт предстоящего задания у Диланы уже были. Каждый Консул, просто по роду деятельности, представляет собой сосредоточение массы имперских тайн, и сильные мира сего не пожалеют ни золота, ни жизней… хм… своих верных слуг, чтобы приобщиться к этой коллекции. За всю историю Тайной Стражи было лишь два случая, когда Консул мирно окончил свои дни в мягкой постели, обычно отставка (а рано или поздно человек, знающий слишком много, переставал устраивать Императора) сопровождалась либо смертью, либо исчезновением. Последнее означало то же самое, только без следов и доказательств.

Так что, Блайт обречён. Строя планы мести, Дилана редко заставляла жертву страдать, в конце концов, зрелище корчащегося от боли человека мало кому доставляет удовольствие. Куда интереснее нанести быстрый и неотвратимый удар в тот момент, когда жертва этого менее всего ожидает. Вот для Таши Рейвен следовало бы сделать исключение… хотя бы час страданий за каждый год, проведенный Диланой в смертельно скучном Хольме.

— Ты поедешь в Инталию.

Напоминать о том, что подобная поездка сопряжена, мягко сказать, с серьёзной опасностью, Дилана не стала. Император понимает — но раз посылает её, значит уверен, что никто не справится лучше.

— Ты найдешь Блайта. И поговоришь с ним. Очень мирно, очень вежливо. Ты скажешь ему, что Империя, в моём лице, приносит извинения за имевшие место в прошлом недоразумения, и предлагает занять подобающее Ангеру Блайту место. Во главе Тайной Стражи.

Некоторое время Унгарт наслаждался видом совершенно опешившей собеседницы, затем снизошел до пояснений.

— Как ты знаешь, обычно Император ни у кого не просит прощения. Принято считать, что Его Величество непогрешим, а его указания, пусть и вызывающие недоумение подданных, направлены исключительно на благо Империи, не сейчас, так в будущем. И это очень верно. Сейчас — время именно такого решения. Пару лет назад Блайт был мне нужен на эшафоте, сейчас — в другой ипостаси.

Кое о чём Унгарт не собирался рассказывать гостье. И не потому, что не доверял ей… трёхлетняя опала не была нацелена на наказание своевольной леди Танжери, куда важнее было убрать её подальше из Брона, пока не улягутся волнения, вызванные столь плачевным окончанием почти победоносной войны. Когда активно рубят головы, меч палача иногда задевает и тех, кого следовало бы сохранить — Император вполне мог представить себе ситуацию, когда выбора попросту не окажется. Или послать Ди на казнь, или проявить неуместное мягкосердечие, способное повредить… да, да, тому самому благу Империи. На протяжении многих лет Дилана Танжери была надёжным и очень эффективным инструментом в руках Унгарта, властитель не собирался отказываться от её услуг — а потому ясно дал понять, что присутствие леди в Броне крайне… смертельно нежелательно.

Бунтовщиков удалось более или менее утихомирить, но проблемы на этом не закончились. Их даже прибавилось — чего стоит один лишь Ульфандер Зоран, вообразивший себя хранителем мира и спокойствия на всём Эммере. В понимании старого Комтура, истинный мир можно создать только мечом и изрядной долей крови… в этом, допустим, Унгарт был вполне согласен с предводителем Круга Рыцарей Индара, но стоять у руля процесса всеобщего умиротворения предпочел бы сам. Вне всяких сомнений, той же точки зрения придерживался и Святитель Верлон. Да и Кинтара никак не успокоится, время от времени вспоминая свои былые притязания на мировое господство. Поскольку угроза войны на ближайшее время отсутствует, бои ведутся в тени, путем интриг, шпионов, заговоров и прочих развлечений мирного времени. Нынешний глава Тайной Стражи старателен и, в какой-то мере, подаёт надежды, но до Блайта ему далеко.

Обвинения Бороха в отношении Ангера, как обычно, имеют под собой вполне реальную основу — вряд ли Верховный Жрец унизился бы до прямой и откровенной лжи. Другое дело, что вокруг этой основы нагромождена масса подтасованных фактов, необоснованных гипотез, многозначительных умолчаний и простой клеветы. Расчёт Бороха прост и очевиден — выпотрошить память Блайта под действием «оков», а там уж поводов для обвинения найдётся достаточно. Ангер это понял и сбежал — много ли толку в том, что обвинения будут опровергнуты на допросе, если всплывут иные, уже неоспоримые факты.