Чтение онлайн

В осмотре я не нуждалась, потому что он тщательно был произведен Толиком, а вот соблазн вытянуть ногу если не на кровати, то хотя бы сидя в мягком кресле гостиничного номера, был велик. Но не пойду же я в комнату к незнакомке. Впрочем, девушка откуда-то знала, как меня зовут.

— Я Лена, — спохватилась она. — А ваше имя уже всем присутствовавшим на поминках известно, — сообщила блондинка.

— Не сомневаюсь, что сегодняшняя сцена теперь в красках передается из уст в уста.

— Чем еще занять себя в этом богом забытом месте? — снисходительно задала она вопрос, глядя куда-то в глубь стоянки. — Ну что мы стоим, в самом деле? Давайте пройдем в мой номер. Благо, он на первом этаже, нагружать колено на лестнице не придется. Поезд мой отправляется глубокой ночью, поможете скоротать мне время.

Видя мои колебания, Лена приподняла руку, в которой держала тонкий целлофановый пакет.

— Мне с собой пирожков дали, без провианта никого не выпускали. Велели помянуть покойного, возражений не принимали. В комнате чайник есть. Идем!

Вскоре мы входили в номер Елены. Он был раза в два меньше моего, а в остальном обстановка была очень похожа. Только покрывало и занавески — темно-синие, такого же цвета декоративная подушка на кресле, в котором мне предложила устроиться постоялица комнаты. Сама она нажала кнопку на чайнике:

— О, тут и кофе есть. Растворимый, правда.

— Сойдет, — махнула я рукой.

Вскоре на маленьком круглом столике передо мной появились две чашки и пакет, который Лена предусмотрительно развернула. Из него соблазнительно запахло сдобой, и только тогда я поняла, что на поминках ни к чему не притронулась, увлеченная рассказами Алисы.

— Надо подкрепиться, а потом посмотрим, что с вашими конечностями и головой, — рассудила она, устраиваясь на краю кровати.

— Мне рентген сделали, — призналась я и рассказала про свой визит в больницу.

— Есть свои преимущества, когда идешь на похороны к медработнику, — горько усмехнулась Лена и тут же спохватилась: — Извините, неуместная шутка. Это все наш врачебный юмор…

— Все в порядке, — заверила я.

— И все-таки мне неловко, ведь Аркадий Александрович был вашим отцом.

Значит, на поминках все присутствовавшие успели узнать не только мое имя, но и найти причинно-следственные связи потасовки.

— Сегодня я увидела его впервые, — призналась я.

— Мне жаль. Не знаю, насколько уместны мои слова, но он был потрясающим человеком.

— Расскажите о нем, — робко попросила я. — Я тоже никуда не тороплюсь, — добавила, улыбнувшись.

Не то чтобы я приняла решение дождаться вечера, чтобы пойти к Ивановым, просто боль в колене давала о себе знать, и я всерьез сомневалась, что выдержу довольно длинную дорогу домой, часть из которой придется если не на ночь, то на поздний вечер. Кажется, разумнее было бы остаться здесь до завтра. Следовало бы поинтересоваться наличием свободных номеров, но сейчас меня куда больше интересовало другое.

— Вы ведь с ним явно не здесь работали, — догадалась я.

— Да, я из Москвы. Там мы и познакомились: пришла к нему в отделение сразу после ординатуры. К молодым специалистам отношение бывает разным, но Аркадий Александрович проявил себя потрясающе. Мало того, что не выказывал никакой предвзятости, давал действительно дельные советы и напутствия в работе. Могу с уверенностью сказать, что многому научилась именно у него. А какие золотые у него были руки!

Лена пустилась в рассказы о случаях из их врачебной практики, где Иванов проявлял себя как высококлассный специалист.

— Я вам больше скажу, — заговорщически прошептала девушка, словно нас могли подслушивать. — Я до последнего могла ему позвонить в спорных вопросах. Последний раз всего дней десять назад… Знать бы тогда, что это наш последний разговор.

Худые плечи блондинки дернулись, а из глаз покатились крупные слезы. Она закрыла руками лицо, а я растерялась. Незнакомка, сидящая напротив меня, скорбит о человеке, который, по всей видимости, много для нее значил, а я, дочь покойного, не испытываю к нему ровным счетом ничего. Все, что я ощущаю, — это жалость к Елене.

Я протянула руку и осторожно положила на ее колено, толком не понимая, насколько это уместно.

— Он был вашим наставником, — только и смогла сказать я. — Это большая утрата.

Понимая, что слова мои прозвучали банально, я почувствовала еще большую неловкость. Не стоило, пожалуй, соглашаться и идти сюда. Я поднялась, нашла рядом с чайником пачку салфеток и протянула одну Лене. Она вытерла слезы, сделала глоток остывшего кофе и поморщилась: напиток был действительно отвратительным.

— Редкая гадость, — вдруг улыбнулась она.

— Закажу-ка в ресторане нормальный, — поделилась я внезапно возникшей у меня идеей.

Я быстро, насколько только позволяло колено, покинула номер. Пусть моя новая знакомая придет в себя, да и мне было невыносимо там оставаться в такой деликатный момент. Свернув из коридора в холл, я бросила взгляд в сторону выхода из гостиницы. Дверь была призывно распахнута, словно маня срочно отсюда ретироваться. Однако покинуть свою собеседницу мне не позволяло ни воспитание, ни любопытство: что еще девушка готова была поведать мне об Иванове?

Бармен за стойкой удивился, что я не сделала заказ в номер по телефону, а я вдруг поняла, что не поинтересовалась у Елены, какой кофе она предпочитает. Выбрав напитки на свой вкус, уже в номере узнала, что угадала:

— М-м, американо, пахнет божественно!

Елена умылась и выглядела сейчас абсолютно спокойно. Внезапная мысль возникла в моей голове: а что, если она так убивается не просто по коллеге. Они с Ивановым вполне могли иметь отношения куда более близкие. Но вдруг она снова заговорила, и эти предположения тотчас показались мне глупыми.

— Вы правильно заметили, Аркадий Александрович был для меня наставником, примером. Причем не только как специалист, но и как человек. Он отнесся ко мне по-отечески, буквально с первого дня. Хотя на момент моего появления уже заведовал отделением.

— Хирургии? — уточнила я, нахмурившись.

— Да, конечно. Почему вы удивляетесь?

— Моя мать врач, — призналась я и невесело усмехнулась: — Это у моих родителей в некотором роде семейное, как я на днях узнала. Так вот, немного понимаю внутреннюю кухню. Кажется, что должность главного врача в районной больнице, которую я сегодня имела удовольствие посетить, несколько менее престижна, чем заведующего отделением московской больницы.