Чтение онлайн

– Конечно, есть – я должен был подумать об этом сам. Я стар, и память начинает изменять мне.

– Позволь тебя спросить… Сколько тебе лет?

– Я вступил в свой сто девяностый год. Если Великому Создателю будет угодно, я надеюсь увидеть и свое двухсотлетие.

– Твой народ живет много дольше, чем мой.

– Каждый из нас в течение своей жизни должен сделать гораздо больше, чем простой крестьянин, поэтому наше долголетие – награда за труды. Специальные машины и лекарства помогают нам сохранять силы, кроме того, наши тела защищают и поддерживают экзоскелеты. Мы рождаемся для того, чтобы служить, и чем дольше наша жизнь, тем больше мы успеваем сделать.

И снова Чимал предпочел оставить свои мысли при себе.

– А те книги, о которых ты говорил…

– Да, конечно. После сегодняшней службы я отведу тебя туда. Вход разрешен только наблюдателям, чей ранг позволяет им носить красные одежды.

– Поэтому и меня одели в красное?

– Да. Думаю, что это разумно. Это свидетельствует о твоем высоком положении, подобающем Первопроходцу, и все будут почитать тебя.

– Пока ты будешь присутствовать на службе, я хотел бы увидеть помещение наблюдателей – то, откуда видна долина.

– Мы пойдем туда сейчас, если ты готов. Я отведу тебя сам.

Совсем другое дело – идти по туннелям, ничего не боясь. Теперь перед ним, одетым в красные одежды и сопровождаемым главным наблюдателем, все двери были открыты, а все встречные приветливы и почтительны. Наблюдательница Стил ждала их у входа в зал.

– Я пришла просить прощения, – сказала она Чималу, опустив глаза. – Я не знала, кто ты такой.

– Никто из нас не знал, наблюдательница, – ответил ей главный наблюдатель, касаясь висящего у нее на шее деуса, – но это не означает, что мы избегнем наказания, – грех по неведению все равно остается грехом. Ты будешь носить пояс смирения тридцать дней, и носить его с радостью.

– Да, буду… – Ее глаза лихорадочно блестели, руки были стиснуты на груди. – Через боль приходит очищение.

– Да благословит тебя Великий Создатель, – сказал старик, поворачиваясь, чтобы уйти.

– Покажи мне, как вы работаете, – попросил Чимал девушку.

– Я благодарна тебе за честь, которую ты мне оказываешь.

Она ввела его в большую круглую комнату со сводчатым потолком, все стены которой были заняты экранами, установленными на уровне глаз. Перед экранами сидели наблюдатели с наушниками; иногда они что-то говорили в висящие перед ними микрофоны. В центре комнаты находилось возвышение с установленным на нем экраном.

– Здесь сидит главный наблюдатель, – объяснила Стил, показывая на возвышение. – Он руководит работой остальных. Подымись сюда, и я покажу тебе, как это делается.

Чимал сел на стул перед экраном, и наблюдательница принялась показывать ему, как управлять механизмами.

– При помощи этих кнопок ты выбираешь камеру, изображение с которой хочешь увидеть. Камер 134, каждая из них имеет собственный код, и любой наблюдатель обязан знать все коды наизусть, чтобы немедленно вызвать нужный. На обучение этому уходят годы. Изображение чего ты желаешь увидеть?

– Есть ли камера, показывающая озеро у водопада?

– Есть. Ее номер 67. – Девушка нажала какие-то кнопки, и на экране появилось озеро – такое, каким оно было бы видно с высоты за водопадом. – Чтобы слышать звуки, нужно сделать так. – Новое нажатие кнопки, и стал слышен плеск воды и пение птицы в деревьях. Изображение было четким и передавало все оттенки цвета – как будто он смотрел на долину сквозь прорубленное в скале окно.

– Камера укреплена снаружи или внутри скалы?

– Большинство камер установлено за отверстиями в камне, чтобы их нельзя было обнаружить, хотя, конечно, многие замаскированы внутри храмов. Вот смотри. – Озеро исчезло с экрана, и Чимал увидел Ицкоатля, спускающегося по широким ступеням храмовой лестницы. – Это новый верховный жрец. Как только он прошел посвящение, произнес положенные молитвы и принес жертвы, мы позволили солнцу подняться. Смотрители солнца всегда радуются возможности остановить светило на денек – им редко выпадает такой хороший шанс для осмотра и регулировки.

Чимал сам стал нажимать кнопки, выбирая номера камер наугад и задавая их умной машине. Как оказалось, камеры были установлены в скалах вокруг всей долины, а одна даже вмонтирована в небо – она давала панорамный обзор долины; поворачивая ее и включая увеличение, можно было в деталях рассмотреть любую точку, хотя, конечно, без звукового сопровождения.

– Там, – сказала Стил, – видны четыре скалы на берегу реки. Они такие крутые, что на них нельзя влезть…

– Я знаю – пробовал.

– …и на вершине каждой установлена сдвоенная камера. Они используются для управления Коатлики в случае непредвиденных обстоятельств.

– Я уже включал одну из них – ее номер 28, – сказал Чимал, нажимая соответствующую кнопку. – Да, вот она.

– Как быстро ты запомнил код! – с почтением произнесла наблюдательница. – Мне на это понадобилось много лет.

– Покажи мне и все остальные помещения, пожалуйста, – обратился Чимал к Стил, поднимаясь с места.

– Как пожелаешь. Здесь все к твоим услугам.

Сначала они отправились в столовую, и там один из служителей усадил их за стол и принес какой-то теплый напиток. Других посетителей столовой служители не обслуживали: еду нужно было брать самим.

– Похоже, что здесь все меня знают, – удивленно произнес Чимал.

– Нам сообщили о тебе на утренней службе. Ты – Первопроходец, таких, как ты, еще никогда не было, и все очень взволнованы.

– Что это за напиток? – спросил Чимал, чтобы переменить тему.

Не так уж приятно было видеть благоговение на ее бледном лице с приоткрытым ртом и покрасневшим носом.

– Напиток называется чай. Как он тебе нравится?

Чимал оглядел большую комнату, наполненную голосами и звоном посуды, и внезапно осознал, чего в ней не хватает.

– А где же дети? По-моему, я вообще еще не видел здесь ни одного ребенка.

– Мне ничего об этом не известно, – ответила девушка, бледнея еще больше. – Если они существуют, то находятся в детском отсеке.

– Ничего не известно? Странный ответ. Сама-то ты была замужем, наблюдательница Стил? У тебя есть дети?

Ее лицо залилось краской, и со сдавленным писком девушка вскочила и выбежала из столовой.

Чимал допил свой чай и вернулся на обсервационный пост, где и нашел поджидающего его главного наблюдателя. Когда Чимал рассказал ему о непонятном поведении девушки, тот серьезно кивнул.

– Мы с тобой можем это обсуждать, поскольку такие вещи входят в компетенцию главного наблюдателя, но простые служители приучены избегать данной темы. Их жизнь проходит в чистоте и воздержании, они воспитаны так, чтобы быть выше животных отношений между мужчиной и женщиной, обычных для обитателей долины. Они в первую очередь наблюдатели, только во вторую – женщины, а лучшие из них и вовсе себя женщинами не считают. Для них женское тело, которым они наделены от роду, – источник огорчений и неудобств, оно мешает им в выполнении долга. Вера наблюдателей сильна.