Чтение онлайн

Почувствовав в Лиз актерский потенциал, режиссеры давали ей не просто роли красивых девочек, но персонажей со сложными характерами и внутренней драмой. На следующий год Элизабет снялась в роли несчастной Элен Бернс в экранизации «Джен Эйр», затем в «Белых скалах Дувра» и наконец в фильме, который сделал ее настоящей звездой, – National Velvet («Чемпионка Велвет»). Элизабет сыграла роль юной англичанки Велвет Браун, которая, переодевшись мальчиком, побеждает на национальных скачках, а ее партнерами по съемкам были Микки Руни, Дональд Крисп и Анджела Лэнсбери. Этот фильм стал переломным в жизни Элизабет: с одной стороны, она, упав во время съемок с лошади, сильно повредила спину (проблемы с позвоночником остались у Лиз навсегда), а с другой – после этой картины и зрители, и критики влюбились в Элизабет, требуя у студии новых фильмов с ее участием. Картина собрала в прокате 4 миллиона долларов, и в знак признательности студия преподнесла своей новой звезде на день рождения лошадь, на которой она ездила во время съемок, и подняла зарплату до 750 долларов в неделю.

Новые фильмы не заставили себя ждать: Элизабет снялась в лентах «Мужество Лесси», «Жизнь с отцом», «Синтия», «Маленькие женщины» и других, и сделала это с таким успехом, что ее положение звезды уже никем не оспаривалось. За умение играть сцену с первого раза ее прозвали One Shot Liz – «Лиз одного дубля». Правда, вместе со славой Элизабет Тейлор росла и ее «звездная болезнь»: юная актриса начала устраивать по любому поводу истерики, симулировала болезни, а ее опоздания вошли в легенду – биографы клянутся, что за всю свою жизнь Тейлор не пришла вовремя ни на одну встречу. Тем не менее студия была готова терпеть от нее и не такое – пока Элизабет приносит деньги, ей позволено все. Со временем она с легкостью перешла с детских ролей на подростковые: уже к шестнадцати годам у нее были весьма женственные формы, а серьезный взгляд удивительных глаз делал ее старше, чем она есть. Журнал Time даже назвал шестнадцатилетнюю Лиз Тейлор «великолепной драгоценностью» и самой многообещающей среди молодых звезд Голливуда.

Однако самой Лиз съемки уже осточертели: непрекращающаяся работа на площадке выматывала ее, а учеба урывками в перерывах между дублями привела к тому, что в семнадцать лет Элизабет считала на пальцах и писала с огромным количеством ошибок. Она умоляла родителей позволить ей сделать перерыв и пожить нормальной жизнью, но те отказали: Сара заявила дочери, что «у нее есть ответственность не только перед семьей, но перед всей страной. Даже перед всем миром!». К этому времени Сара, которая когда-то была против съемок дочери, отдавала все силы и время тому, чтобы продвигать карьеру Лиз: она постоянно присутствовала на съемках, следя за каждым ее движением, контролировала, как и что та играет, с кем разговаривает, что надевает. Вспоминают, что во время съемок Сара всегда стояла рядом с камерой и знаками подсказывала, правильно ли двигается Лиз, какой ей надо сделать жест или когда заплакать. Вместе с боссами киностудии Сара контролировала личную жизнь Элизабет: когда семнадцатилетняя Лиз познакомилась на одном из приемов со знаменитым игроком в американский футбол Гленном Дэвисом, они оба и не подозревали, что их роман запланирован и одобрен свыше. Лиз, которая из-за постоянной работы не имела никакого опыта общения со сверстниками и была совершенно неопытна в любовных делах, немедленно потеряла голову, а Гленн был очарован юной красавицей еще до знакомства. Они уже готовились объявить о помолвке, но тут Элизабет встретила молодого миллионера Уильяма Д. Поли-младшего, сына посла США в Бразилии. Мистер Поли умел производить впечатление на юных девушек – и скоро Дэвис был забыт, а на пальце Элизабет красовалось ее первое кольцо с бриллиантом. С тех пор вся жизнь Лиз была посвящена двум страстям – мужчинам и драгоценностям.

Поли был для Лиз идеальным женихом – богатым, щедрым и нежным, – однако он требовал, чтобы она после свадьбы прекратила сниматься. Сама Лиз не возражала, а вот Сара была категорически против. Она настояла на том, чтобы Лиз снялась в ленте «Место под солнцем»: ее партнерами по фильму были Монтгомери Клифф, который с этого момента стал ближайшим другом Элизабет, и Шелли Уинтерс, и упускать такой шанс было нельзя. Рассерженный Поли немедленно расторг помолвку, а Элизабет Тейлор утешилась волной хвалебных отзывов на фильм.

Тем более что место Поли рядом с ней немедленно занял другой: Конрад Николсон Хилтон-младший, старший сын владельца гостиничной империи, светский лев и известный плейбой. Ники ничего не требовал, зато был в состоянии забросать Элизабет драгоценностями. Сама Лиз позже признавалась, что искренне верила в то, что была без памяти влюблена в Ники, но согласилась выйти за него замуж, чтобы избавиться от опеки матери. Необыкновенно пышное бракосочетание, на которое были приглашены все работники MGM и корпорации Хилтона, состоялось 5 мая 1950 года: на Элизабет было роскошное атласное платье, подаренное ей студией, и даже кольцо с бриллиантом в пять карат не могло затмить блеском сияние глаз невесты. На пороге церкви она заявила журналистам: «Поверьте, с бурными романами покончено навсегда!»

Свадьбу с удовольствием описывали все американские газеты, а через месяц в прокат вышел фильм «Отец невесты» с Лиз в главной роли: этот необычный рекламный ход привел к тому, что сборы картины побили все рекорды, а фильм получил три номинации на «Оскар». Так Элизабет Тейлор впервые смешала личную жизнь, кинематограф и средства массовой информации: в дальнейшем этот коктейль еще не раз осложнит ей существование. Всю оставшуюся жизнь Элизабет была любимой героиней «желтой» прессы, с удовольствием обсасывавшей каждый ее шаг. Надо отдать должное Элизабет – она не давала папарацци скучать. Ее выходки, капризы, чудачества, роскошные драгоценности, любовные увлечения и скандалы больше полувека занимали достойное место на страницах таблоидов.

Однако пока до этого было далеко: Лиз искренне собиралась быть примерной женой своему любимому мужу. Но семейная жизнь оказалась совсем не такой праздничной, как мечталось Лиз перед алтарем: молодой муж пил, баловался наркотиками, увлекался азартными играми и к тому же ревновал молодую жену к ее успеху у публики. Позже Тейлор признавалась, что Ники унижал ее, запирал в комнате и даже не гнушался поднимать на нее руку. От перенесенного стресса у нее случился выкидыш, поставивший окончательную точку в этом браке. Через шесть месяцев после свадьбы Лиз подала на развод, несмотря на протесты матери и требования студии сохранить семью. В отместку руководство MGM даже потребовало от Лиз вернуть свадебное платье, но та была готова на все, лишь бы избавиться от опостылевшего супруга.

Свои расшатанные нервы Элизабет лечила в обществе режиссера своего очередного фильма «Любовь лучше, чем когда-либо» Стенли Донена: правда, Стенли был женат, а киностудии тщательно следили за тем, чтобы их актеры не были замешаны в адюльтерах. От греха подальше Тейлор отправили сниматься в Англию – ее ждала роль Ребекки в экранизации «Айвенго». Там она моментально забыла о Донене, влюбившись в знаменитого английского актера Майкла Уайлдинга: ему было тридцать девять, он был, в отличие от Ники Хилтона, спокоен и мужественен, а его немного мальчишечье лицо было хоть и некрасивым, но необыкновенно обаятельным. Лиз обхаживала его, как могла, и смогла добиться не только совместных ужинов в лондонских ночных клубах, но и приезда Уайлдинга в США: Лиз даже собственноручно заполучила для Майкла выгодный контракт в Голливуде.

В феврале 1952 года они поженились: на этот раз Лиз пообещала журналистам, что родит Майклу детей и сделает его счастливым. Их первый сын Майкл Говард Уайлдинг появился на свет 6 января 1953 года – причем Элизабет, выполняя обязательства перед студией, снималась чуть ли не до последних дней и вышла на съемочную площадку через несколько недель после родов. Хоть она и вела себя на съемочной площадке, как капризная избалованная принцесса, но никогда не позволяла себе нарушать контракты. Через два года на свет появился второй сын – Кристофер Эдвард. Майкл обожал жену и детей, но было очевидно, что он предоставляет Элизабет работать за двоих, в то время как сам мог позволить себе отклонять одно предложение за другим. Элизабет дарила ему дорогие автомобили, а он ей – роскошные драгоценности (которые нередко оплачивались из гонораров Лиз). Супруги держали четырех собак, пять кошек и пару уток, и вся эта живность свободно разгуливала по дому, приводя в ужас прислугу. Однако супруги так мало проводили времени вместе, что им, по словам Элизабет, было совершенно нечего сказать друг другу. В итоге Уайлдинг и Тейлор развелись. «Возможно, я была недостаточно зрелой для него», – позже признавалась Лиз.

Всего через неделю после официального развода Лиз вышла замуж в третий раз: 2 февраля 1957 года ее новым супругом стал знаменитый продюсер Майкл Тодд, на двадцать семь лет старше ее. Тодд только что прославился роскошной кинопостановкой «Вокруг света за 80 дней», собравшей два десятка звезд в титрах, 16 миллионов долларов кассы и пять «Оскаров», в том числе – за лучший фильм. Он уже давно ухаживал за Лиз, осыпая ее драгоценностями, и таким образом смог легко завоевать сердце кинозвезды. На момент свадьбы, которую пришлось сыграть в Акапулько (так как американские законы требовали длительного перерыва между разводом и новым браком), Элизабет уже была беременна – их с Майклом дочь, названная Элизабет Френсис, появилась на свет 6 августа.

Элизабет обожала Тодда: она даже приняла ради него иудаизм, тщательно изучив свою новую религию и оставаясь верной ей до самой смерти. Он платил ей тем же: на Лиз сыпались самые лучшие драгоценности, к ее услугам были яхта, самолет и дома по всей Америке. Супруги неистово целовались на публике и так же неистово ругались в своем особняке, получая от этого, по собственному признанию, не меньшее удовольствие. Майк признавался: «У Элизабет покладистый характер. Если она начинает метать громы и молнии, я просто покупаю ей какой-нибудь крохотный бриллиантик за 80 тысяч долларов, и на четыре дня в доме устанавливается райская атмосфера». «Мы так счастливы, что это даже пугает, – говорила Лиз. – За Майком я пойду хоть на край света, позабыв обо всем, даже о своей карьере».