Чтение онлайн

На пороге стоял отчим. Вот уж кого не ожидала увидеть! Я так удивилась его приходу, что в первый момент не обратила внимания на то, как странно он выглядит. Отчим прошел в комнату, не раздевшись и не разувшись, сел почему-то перед компьютером — там так и стояли два стула после посещения майора Бородина, — взял аккорд на клавиатуре, как на клавишах рояля, потом резко повернулся на крутящемся стуле ко мне. У меня мелькнула сумасшедшая мысль попросить у него денег, и я даже открыла уже рот, чтобы начать разговор, но он яростно замахал на меня рукой и даже, мне показалось, зашипел.

— Знаю! Я все знаю! Можешь не объяснять! — отрывисто выкрикнул отчим. — Никитин мне все рассказал. Почему ты так поступила, прекрасно понимаю. Не оправдываю, нет, не смей так подумать! Но понимаю. Измену простить трудно, может, и невозможно, тем более… Но меня интересует другое. Как, скажи мне ради бога, ты вышла на этого человека?

Ну вот, признания и не потребовалось, все разрешилось само собой: шантажист вышел на отчима — Никитин, наверное, и есть шантажист — отчим сейчас позвонит в милицию и сам все расскажет.

— На какого человека, папа?

Зачем я к нему подлизываюсь, он ведь все равно позвонит?

— Перестань! — Отчим раздраженно стукнул ладонью по столу, но попал по клавишам — они сухо всхлипнули. — Ты прекрасно понимаешь, о ком я говорю! И отпираться нет никакого смысла — я видел вас в баре. Я его сразу узнал, хоть мы и не встречались много лет. Узнал, но… постарался остаться незамеченным. У меня есть причины не поддерживать с ним никаких отношений! И потому я к вам не стал подходить. Это было в тот вечер, когда убили Марину. В баре я оказался случайно, зашел с работы за сигаретами… Как, скажи, тебе удалось на него выйти?

Вот оно что! Он имеет в виду моего шантажиста. Какой же он в таком случае наивный человек. Разве на шантажистов выходят?

— Он сам на меня вышел. — Я усмехнулась. — Он шантажист, требует с меня теперь тридцать тысяч…

— При чем здесь шантажист? Он убийца. Наемный убийца. Я не знал об этом, понял только сегодня, когда Никитин… Впрочем, подобного и следовало ожидать, у него были все предпосылки.

— Наемный убийца? — оторопела я. Интересный поворот получается, и, может быть… Да нет, не стоит надеяться. Давно пора перестать на что-то надеяться: Марину убила я, а то, что об этом не помню, ничего не значит. — Кто же его нанял?

— Кто?! — Отчим так посмотрел, мне показалось, что сейчас плюнет в лицо. — Ты, кто же еще? Заказала ему сначала мужа, а потом и сестру.

— Я никого не заказывала! Я… я сейчас объясню…

— Ты заказала фильм. Чтобы убить Максима. Возможно, Марину ты не собиралась заказывать, но так получилось… Тебе ничего не оставалось, пришлось убрать ее как свидетеля.

— Фильм? Ты имеешь в виду… Мне майор Бородин говорил… Ты тоже думаешь, что фильм может убить человека?

— Господи, я не думаю, я точно знаю! — в отчаянии выкрикнул отчим. — Он украл у меня мою методику. Он развил ее и усовершенствовал, использовал компьютерные достижения.

— Подожди, ты хочешь сказать, что фильм, где Максим кончает жизнь самоубийством, где вечер и красное платье, сделал тот человек из бара? Но ведь тогда получается… Точно, тогда все сходится! Это он убил Марину! Не понимаю, зачем и почему он меня тогда шантажирует, но… Конечно, он и убил, поэтому я ничего и не могла вспомнить! Ты говоришь, он наемный убийца? Значит, его кто-то нанял. Надо позвонить в милицию и все рассказать. Нет, не в милицию, майору Бородину надо звонить, он оставил мне свой домашний номер… — Я дернулась в прихожую — у телефона лежала визитка майора.

— Стой! — Отчим вскочил и преградил мне путь. — Звонить никуда не надо. Сядь! И хватит разыгрывать комедию! Ты должна все мне рассказать. Как ты на него вышла? Посоветовал кто-то из знакомых? Нашла его по объявлению в газете?

Он не в себе, мой отчим, совершенно ясно. И, черт возьми, он сам должен все мне объяснить!

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. Я тебя вообще не понимаю! Ни на кого я не выходила, и никакого фильма не заказывала. Кто его сделал, не знаю, даже предположить не могу.

— Фильм заказала ты. Только ты могла представить весь необходимый материал для его создания в той мере, в какой он представлен. Ты водила Макса на консультацию в частную клинику, да? У него была депрессия? Все так и было, видишь, я знаю. — Отчим улыбнулся какой-то зловещей улыбкой. — Кто тебе посоветовал обратиться в ту клинику? Подруга? Как ее зовут?

— Никто мне ничего не советовал! И ни в какую клинику мы не ходили. Не знаю, кто тебе что рассказал, но тебя явно ввели в заблуждение. Все было совсем не так. Макса я не… Да я и не знала, что они с Мариной любовники! Тогда не знала. Я догадывалась, что у него есть другая женщина, и очень мучилась, но… А фильм увидела только вчера, майор Бородин принес…

— Значит, фильм уже дошел до милиции?! — горестно воскликнул отчим и всплеснул по-бабьи руками. — Тогда ничего сделать невозможно. С частным детективом еще была надежда договориться, а с милицией гиблое дело. Они обвинят в убийстве меня. Во всех убийствах! Сколько их было? Кто знает, сколько их могло за это время произойти… Я получу пожизненное! — Он обхватил голову ладонями и замер в скорбной позе.

— Не понимаю, чего ты-то боишься? И тогда понять не могла, когда ты выпытывал у меня информацию об отце Марининого ребенка.

Мне было его жалко, но в то же время и противно: трусливые мужчины всегда вызывали во мне отвращение.

— Расскажи все, что знаешь, — попросил отчим и так печально, так безнадежно посмотрел на меня, что отвращение прошло. Захотелось его срочно утешить и как-то так — раз и навсегда. Я даже что-то вроде зачатков любви начала к нему испытывать. А еще захотелось, чтобы он тоже меня пожалел. Он несчастен и я несчастна — мы с ним породнились в своем несчастье, душами сблизились. И я решила все ему рассказать и, может быть, попросить помощи.

— Я не знаю, как фильм попал к Максиму. Это правда, папа, ты должен мне поверить. Фильм полностью повторял наш последний день и самоубийство — все было именно так. Тот день, а особенно вечер, были странными, напоминали какую-то постановку, словно Максим написал пьесу и решил ее разыграть. Но Бородин говорил, что фильм был раньше смерти, что у них есть версия, будто фильм его и убил. Не знаю, может, и так, только мне трудно поверить. Хотя… если он возник раньше, значит, «пьесу» написал кто-то другой. В таком случае объясняются странности. Ее автор — чужой человек, который знал только факты, но не был в курсе деталей нашей жизни. Например, мы с Максимом никогда не праздновали годовщину свадьбы, я никогда не носила красных платьев, мы не пили французское вино «Божоле», мой муж никогда не произносил тостов… Максим вообще в тот вечер говорил совсем не так, как обычно, весь строй его речи был другим. Только я не понимаю… Да нет, все это просто нереально! Фильм такой сделать невозможно! Максим и я в нем как настоящие, как живые. И квартира наша… тут уж до мелочей все схвачено, даже бокалы наши. Разве такое возможно? Мистика, просто мистика!