Чтение онлайн

— К сестре? — усмехнулся он, отпуская меня, однако я не решилась опустить взора, так и смотря в его тёмные глаза, что походили на ночь, и не зная, чего ожидать от их пугающей черноты.

Выдохнув, кивнула в ответ, будучи не в силах говорить из-за нарастающей боли в горле, что затеняла собой даже страх и стыд.

— Вы пробыли без сознания много дней. Свадьба состоялась без вас. Ваша сестра не пожелал ждать, пока вы поправитесь. Они с Мстиславом, наверное, уже добрались до своего замка, так что вскоре вы получите весточку от счастливой жены своего мужа, — с некой холодной радостью поведал мне Святослав, ввергая меня в пучину отчаяния.

— Как это возможно… — попыталась выкрикнуть я, заливаясь слезами, только с губ слетел тихий и почти безмолвный шёпот, хотя и тот всё равно был услышан.

— А чего вы хотели? Вы всего-то пожинаете плоды, которые сами же и взрастили. Ваша сестра очень самолюбива и, к большому несчастью, она так хорошо подошла Мстиславу… Сомневаюсь, что этот слюнтяй будет способен её перевоспитать, — хмыкнув, заметил Великий князь, присаживаясь рядом.

Неожиданно протянув руки, он перетащил меня к себе колени, к счастью, не избавляя от простыни, в которую мне вмиг захотелось с головой завернуться. Я вся сжалась и стала будто бы деревянной, с трудом понимая, чего от меня хотел мужчина.

— Не лейте слёзы. Они вам не идут, княжна Милолика, — тихо попросил тот, утирая моё лицо без какого-либо отвращения и затрагивая даже ту щёку, что была усыпана шрамами.

«Верно, я действительно пробыла здесь довольно долго, раз его гнев от моего вида вдруг сменился на милость», — решила про себя, несмело опуская глаза в пол.

А Святослав же, тем временем, прижал меня к себе, кладя голову на плечо и начиная что-то напевать. То оказалась мелодия без слов, бывшая, по всей видимости, боевым пением. «Совершенно немелодичная, но такая успокаивающая», — пришло ко мне понимание и, когда я наконец затихла, князь вернул меня на лежак, являвшийся кроватью, хотя и совсем не княжеской. Соломенный матрас ощущался неудобным и колким, но при этом очень тёплым и даже жарким.

— Сейчас вы оденетесь, и я представлю вам всех, от кого вы могли получить то ведро. Попытайтесь вспомнить, кто отправил вас к реке, когда вы не должны были приближаться даже к колодцу! — заметил мужчина и с этими словами развернул передо мной парчовый халат, принадлежащий явно не мне.

Что до меня же, то я посмотрела на него с ужасом, не представляя себе, как могла перед ним встать, сбросив простыню с тела.

— Когда я достал вас из реки, то сразу снял ваше платье, иначе бы вы точно околели. Тогда я вдоволь нагляделся на ваше прекрасное тело, княжна, так чего же вы робеете сейчас? Ну же! — поторопил меня князь, требовательно встряхнув передо мной халат.

Краснея, как рак, брошенный в кипящую воду, я быстро вскочила с кровати и, не отпуская простыню столько времени, сколько подобное оказалось возможно, скользнула руками в широкие рукава. Мужчина тут же резко развернул меня к себе лицом, и я едва успела запахнуть полы так предусмотрительно нагретого им халата.

Поймав своими пронзительными глазами мой взгляд, он туго завязал обвивавший мне талию пояс и совершенно неожиданно притянул меня ближе. Так, что наши губы почти соприкоснулись. Я не смела сопротивляться его напору, ничего не помня и не понимая, почему всё чувствовалось так неправильно…

— Должен вас предупредить, княжна Милолика, несмотря на то, что наша с вами свадьба состоится лишь весной, отныне вы всецело принадлежите мне, равно как и все ваши ночи, —произнёс князь.

Он словно и не говорил вовсе, а читал какое-то привораживающее заклинание, заставившее меня кивнуть, соглашаясь с услышанным.

Моё сердце зашлось, и дыхание окончательно сбилось. Казалось, душа была не в силах вынести столько напастей сразу, да только едва я кивнула, как к моим губам прильнул сам Великий князь. И я едва не перестала дышать, когда он пленил меня поцелуем, а руки мои повисли вдоль тела, как плети, да и на ногах устоять удалось лишь каким-то чудом.

Взяв своё, Святослав отпрянул, словно не целовал меня вовсе, а просто выпил все мои силы. Пошатнувшись, я чуть не упала, только он вмиг подхватил меня и вернул на кровать.

— Вы ещё так слабы, — с горечью признал мужчина, выправляя мои волосы из-под халата и пропуская их между пальцами. — Отложим до вечера попытку восстановить вашу память.

15

15

Мне было так волнительно сидеть столь близко к самому Великому князю, что не хотелось лишний раз шевелиться, да только ноги быстро озябли на каменном полу. Решившись, я осторожно приподняла их, думая, что мужчина и не заметит, однако моё едва заметное движение всё же не укрылось от его внимания.

— Вы босы, —сказал он и метнулся за другой край кровати, чтобы затем выставить передо мной необычную обувь, нелепый вид которой заставил меня улыбнуться. — Вы и валеши не помните?

Заметив моё недоумение, Святослав нахмурился и помог мне сунуть в них ноги, согревая перед этим похолодевшие ступни руками.

Я отрицательно покачала головой, перестав улыбаться. Хорошо, что хотя бы теперь в этой странной обувке было тепло, но правда и колко.

Оставив меня на краю кровати, князь отошёл, чтобы наконец одеться.

— Ваши ленты, княжна Милолика, —проговорил тот и передал их мне, указывая рукой на лавку, перед которой стояло большое зеркало.

— Спасибо, — смущённо поблагодарила я, поднимаясь и проходя туда, чтобы заплести косу.

— Новый наряд, что был вам так к лицу, сберечь не получилось. Плащ унесла вода Большой реки, а ледяную ткань платья пришлось разорвать, — посетовал хозяин замка, вставая за моей спиной с гребнем в руке.

— Я даже не помню, каков он был…— едва прошептала в ответ, содрогаясь от его неожиданных прикосновений к голове.

Святослав сам взялся расчёсывать меня. Разделив волосы на пряди, он забрал красную ленту, чтобы вплести её первой.

— Вы считали, что платье цвета неба, а плащ сравним с грозовыми тучами. Мне же казалось, что весь ваш наряд можно было сравнить с водами океана. Княжна Милолика, выходит, что вы и нашей прогулки к роднику не помните? — спросил мужчина, глядя мне в глаза через зеркало. — И хитрую синицу?

Я вновь попыталась хоть что-нибудь припомнить, да только совершенно ничего не вышло. Кроме тяжёлой дороги, холода, пробирающего до костей, и волнительного знакомства с женихами, никаких воспоминаний у меня и не наблюдалось. «Словно их стёрли, пока я была не в себе», — мелькнула у меня мысль, полная грусти.

— К сожалению, мне нечем вас порадовать. Я ничего не помню… Совсем.

— Не волнуйтесь об этом. Ваша память вернётся, я уверен, а до родника и по-новому сходить недолго, — произнёс князь, вытягивая из моей руки вторую тёмно-синюю ленту.

Когда он закончил плести косу, то перекинул её мне на плечо, чтобы я смогла полюбоваться причудливым плетением, что напоминало колосок.

— Спасибо. Очень красиво, — поблагодарила его, решительно поднимаясь с места.

Улыбнувшись, Святослав повернулся к выходу и поманил меня за собой.