Чтение онлайн

— Много пятен от чернил на листе, — вынес он вердикт и сжег вторую бумагу. — Заново.

— У вас ручки не найдется?

— Нет. Старайся.

Вздохнув, я крепко сжала перо, выводя, как мне казалось, ровные буквы на грубом листе. Но исход был точно таким же.

— Ты допустила ошибку в трех словах. Будь внимательней, — сказал Бальтазар, уничтожая третью жалобу. — Переделывай.

— Может вы напишете, под диктовку? А я не буду упоминать про ваш разговор с Господином Ваалом, — с надеждой спросила я и получила подзатыльник.

— Наглеешь, рабыня.

Вскоре четвертая жалоба превратилась в горстку пепла. И я поняла, что подобное мы уже проходили, когда играли в шахматы.

Демон взялся за старое и устроил очередную провокацию. Гнусно, но ожидаемо.

— Сейчас-сейчас, — мстительно сверкнув глазами, пообещала я, стараясь, словно от идеальности текста зависела моя жизнь. Бальтазар стоял за моей спиной, руками опираясь на стул. Нервирует. Мысли сбивались, выходила откровенная лажа. Крупная капля чернил упала на лист, уродуя на вид безупречные буквы.

— Бездарность, — сухо выдал демон.

— Это все из-за вас! — развернулась к его господскому величеству. — Стоите над душой, в затылок дышите.

— Солома в голове у тебя, а виноват я? — поинтересовался Бальтазар, забирая последний лист. — Диктуй. Нельзя допустить, чтобы подобный исторический момент — первая претензия, составленная в аду, не состоялся из-за твоей криворукости.

— Сразу бы так! — обрадовалась я и в красках описала демону его же злодеяния. Под запись.

— Это все? — спросил он, передавая мне исписанный лист. Я бегло прочитала, отмечая, что у него довольно красивый почерк. Вышло лучше, чем у меня, тут не поспоришь.

— Да, — кивнула, ставя аккуратную подпись в конце жалобы. — Можете отправлять.

— Анна, разве я могу доверить слугам важный документ? Передам лично Повелителю, — он с серьезным видом свернул жалобу в форму свитка, — в ближайшее десятилетие. Более ранних встреч с Люцифером не запланировано.

Я пустым взглядом уставилась на Бальтазара. Вот, значит, в чем дело!

— Я так и знала! — в негодовании всплеснула руками. — Честность — для вас незнакомое слово.

— Я честен с тобой. Жалобу сохраню и отдам при первой же встрече Повелителю. И ты сразу узнаешь об этом, — губы демона растянулись в улыбке, — если доживешь.

— А вы, конечно же, поможете мне не дожить до этого радостного события! — едко заметила я, скрывая за напускным гневом страх. Десяти лет не надо, он сумеет извести меня за десять дней.

— Зачем мне тебе помогать? — удивился Бальтазар. — Нет, Анна. Я буду тебя беречь. Как и любую свою наложницу.

У меня непроизвольно дернулся глаз. Сначала один, а потом и второй. Я зажмурилась, надеясь, что нервный тик пройдет также внезапно, как начался.

— У вас есть гарем?

— Да. Посмотри на меня, — велел он. Я открыла глаза. — Считай мою волю повышением по статусу. Тебе повезло.

Повезло? Нет, я была с ним не согласна. Больше всего меня волновал технический процесс. Может, меня и освободят от мучений, но сам Бальтазар… он окажется куда большим испытанием, чем огонь или кипяток. Чувство безнадежности затопило меня. Я в ловушке, с какой стороны не глянь. Либо меня отправят на веки вечные в адское пламя, либо заставят пройти оставшиеся семь уровней, либо… об этом даже думать не хотелось, как и о физиологических особенностях Бальтазара.

— Наша сделка еще в силе? Та, в которой вы обещали избавление от страданий, если я пройду все уровни?

— Хочешь — проходи. Станешь наложницей после. Я подожду.

Я еще больше помрачнела. Итог один.

— Что меня ждет в вашем гареме? — спросила, надеясь, что он сам посвятит меня в тонкости интимных отношений с ним.

— Будешь жить под моей защитой и ждать, когда позову на ложе.

— Как у вас это происходит? Вы же… не человек.

Вопрос демона развеселил. Уголки его губ приподнялись, являя самоуверенную ухмылку. Взгляд откровенный по моему телу прошелся, задерживаясь на обнаженной груди. Я покраснела.

— Это? Что именно, Анна? — вкрадчиво спросил Бальтазар.

— Ну, это, — пояснила я раздраженно. Не младенец, сам догадается.

— Ах, это! — с пониманием покачал головой он. — Рассказывать не буду, лучше наглядно покажу. Практика ведь приятнее, чем теория, верно?

— Не надо, — округлила глаза я, запоздало понимая, что навлекла на себя беду раньше, чем это могло произойти. Детали интимного процесса можно было выяснить и позже, у наложниц. — Господин, давайте сегодня теорию, к практике перейти я пока не готова.

Бальтазар рассмеялся. Сел в кресло и погладил подбородок, не на миг не переставая нагло рассматривать меня.

— Как у людей, — сказал он. — У нас это происходит точно так же.

Я незаметно выдохнула, но расслабляться не стала. Он ответил на вопрос не так, как рассчитывала. Допустим, их секс похож на человеческий, но что делать с той особенностью его тела, которая оставляет ожоги на коже?

— А вы можете погасить пламя внутри себя?

Демон молчал. Долго. Взгляд его колючим стал, неприятным. И я искренне не понимала, что не так спросила. Нравится быть ходячей жаровней? Да, пожалуйста! Пусть только ко мне не прикасается. А если лапы тянет, то должен подстраиваться и под мои интересы.

— Я неуязвим, потому что во мне горит адское пламя. Погасить его невозможно.

Любопытно. Попади в людской мир такой интересный экземпляр, ученые умы разобрали бы его по частям, принеся в жертву Богу науки. Особенность эта больше смахивает на проклятье. Слишком высокая цена его неуязвимости, на мой взгляд. Все, чего касается рогатый, плавится от жара, даже металл раскаляется докрасна. И как же я должна выдержать его в постели?

— А вы пробовали? Может, есть какой-нибудь способ, чтобы уменьшить это пламя?

— Зачем? Меня все устраивает.

— Вас-то понятно, — поджала губы я. Эгоист. — А других? Меня, к примеру, или ваших наложниц? Вы вообще интересовались, каково им, быть с вами?

— Они молчат. А раз молчат, значит, их, как и меня, все устраивает.

Странно. Может, молчат, потому что не в силах говорить? Или боятся ему перечить?

— Их точно живых от вас уносят?

— Анна, сколько еще идиотских вопросов у тебя в запасе? Я же сказал, что берегу своих наложниц, — он ударил железным кулаком по столу. Я вздрогнула. Пора заканчивать — настрой демона на разговор улетучился.