Пленница варваров
Шрифт:
Несколько воинов с оружием, похожим на оружие Амана и Эвара. Впереди же остановился взрослый мужчина с гордой осанкой, за ним - его дочь Аяра, кажется. Она выглядывает из-за плеча высокого и поджарого мужчины, и, заметив Эвара, тут же кидается к нему. Словно одержимая, ей богу.
Эвар стойко держится, не оттолкнув и ничего не сказав. Просто наблюдает за тем, как старший мужчина проходит дальше, приближается ко мне и прищуривает свои бесцветные глаза.
– Ты и ответишь на мои вопросы. Почему у этого пленника такие глаза?
– он даже не сомневается, что я знаю и отвечу на его вопрос. Но я не собираюсь этого делать. Мне неизвестно, кто это, да и подчиняться я ему не обязана. Вижу, как незаметно для всех, ко мне ближе подобрался Аман.
– Ты умеешь говорить, девка?
– выгнул бровь мужик и снова спросил.
– Почему у него такие глаза?
Глаза псионита, и правда, отличают его ото всех. Кер, как и любой псионит, совершенно другой. Сейчас даже странно, что мою сестру, Руту, долго считали просто странной землянкой. Она бы и тут очень отличалась ото всех. Как и я, впрочем. С местными девушками мы различаемся кардинально. Я бы сказала, что у меня более округлые формы, чем у всех женщин, что мне уже попадались, и, конечно же, у меня светлые волосы и голубые глаза. А ещё я теперь вижу, насколько отличаются Аман и Эвар от местных. Они выше. Крупнее. Статура и физическое состояние тел просто впечатляют. Не удивительно, что Аяре нравится Эвар. Не удивительно, что она позволяет своим тонким пальцам провести по участку голой груди мужчины и нежно глянуть на него снизу вверх.
И почему она меня так бесит?! Аман закрывает меня спиной.
– Ты пугаешь её.
– говорит спокойно и твёрдо злому мужику.
– Откуда ей знать, почему чужак выглядит так или почему у него такие глаза? У неё-то глаза обычные. Разве не видишь?
– Почему ты защищаешь её?
– голос мужика стал злым.
– Думаешь, вам всё можно? Думаешь, если вы лучшие охотники, на вас и управы нет? Вы здесь - такие же чужаки, как эти двое.
– Мужик закипает всё сильнее. Я замираю, боясь, что он может кинуться на нас.
– Подожди, отец.
– неожиданно вступается Аяра.
– Давай поговорим спокойно. Аман, отойди, не защищай её.
– Ещё тебя я не слушал.
– презрительно фыркнул Аман.
– Ты-то кто такая?
– Аман, отойди.
– Повторяет за дочерью один из старших, как я уже поняла. – Никто девку трогать не будет, раз она тебе дорога.
– Аман... не нагнетай.
– Эвар тоже решил успокоить брата.
– Ладно.
– Аман отступил в сторону.
– Только не надо резких движений...
Мужик повторяет свои вопросы, а я упрямо молчу. Он теряет терпение.
– Бросьте её к нему.
– В конце концов, прищурив глаза, шипит он своим охранникам.
Аман снова выступает вперёд.
– Отойди.
– Ухмыляется один из верзил, пришедших со старшим.
– Нет.
– Коротко бросает Аман и потирает свой огромный кулак.
– Никто из вас не прикоснётся к ней.
– Взять их, тоже.
– шипит мужик.
От страха я уже плохо понимаю, что происходит. Братья устроили потасовку. До меня всё-таки дотянулись и потянули на ткань платья. Вдруг завизжала Аяра:
– Глаза, его глаза!
За секунду я успела мысленно попрощаться с жизнью. Если Кер не справится с гневом и выбросит энергию... нам всем крышка. Но ничего не происходит. За секунды братья расправляются и с охраной, и со старшим. Только Аяра остаётся стоять, и то только потому, что Эвар держит её, прижимая к себе спиной, и зажимает рот рукой.
Аман осматривает крохотное поле боя. Все мужики лежат на полу. Убиты или без сознания? Я не знаю. Просто хаотично осматриваю глазами страшную картину. Перевожу взгляд на пленника... Нет!
– Нет! Кер! Пожалуйста! Нет!
– хватаюсь руками за прутья решётки и пытаюсь их вырвать.
Обмякнув, Кер висит на цепях. Из его шеи торчит огромный дротик. Он пробил её насквозь, и с заточенного конца капают крупные капли крови. Бросив решётку, я кинулась к девке! Чёртова тварь! Она одна осталась в сознании, и я хочу убить её своими руками! Но Аман перехватывает меня за миллиметры до желанной цели. Он прижимает меня к себе и уговаривает:
– Тихо... тихо, Лита. Ты ничего уже не изменишь. Спокойно... Не надо.
Какой “не надо”?! Эти твари убили одного из самых достойных псионитов, того, кто не захотел убивать этих местных верзил, их женщин и детей! Того, кто пожалел их!
– За что? Что он сделал им?!
– из моих глаз льются слёзы. Я задыхаюсь от рыданий и горя. Твари! Мерзкие твари! Если б только я была псионитом!
– Лита... успокойся.
– Тяжёлая рука гладит меня по волосам.
– Сейчас надо собраться. Ты уже не поможешь пленнику. Теперь нам ничего не остаётся, кроме как уйти.
– Эвар, гаси её сознание. Она нам точно не нужна. И бабьего визгу нам тоже не надо.
Не знаю, что сделал Эвар. Когда я повернулась к нему, он уже укладывал тело Аяры, на пол. И делал это осторожно!
– Что будем делать?
– Эвар поднял глаза от Аяры к лицу брата.
– Уходить. И быстро. Успеем заскочить домой, забрать оружие, и в лес. Там нас не найдут. Потом решим, что делать дальше.
– Пошли.
– Аман чуть подтолкнул меня к Эвару, но я снова взялась за решётку.
– Прости меня, Кер... всё из-за меня...
– Пойдём, Лита. Некогда сейчас. Скоро поднимется шум, и уйти будет труднее.
Я кусаю губы. Да, сейчас эти варвары - мой спасение. Если я выберусь, если доберусь до Релона... я с ненавистью пнула тело старшего. Все они ответят. Все!
В спешке я не замечаю, как мы быстро дошли до их небольшого домика. Не оглядываясь и быстро шагая вслед за Аманом, я уже на подходе к уютному дворику почувствовала, как заболела от его грубого захвата рука. Аман тянул меня грубо и сжав так, чтобы я точно не выбралась из его стальной хватки.
В уютном домике они довольно быстро наполняют свои потрёпанные рюкзаки необходимыми вещами. Мне собирать нечего, потому я помогаю им. Даже цепляю на свою тонкую талию крепкий пояс и туда отправляю один из острых ножей Эвара, которые он тоже сложил в свой рюкзак.
Затем я аккуратно перевязываю заново свои густые волосы. Закручиваю пышную копну волос в тугую дульку на макушке и стягиваю прочной верёвкой. От натяжения в первые секунды непривычно, потому я пальцами осторожно вытягиваю немного волос у корней. Только после этого становится чуть легче.
Стараюсь не думать о Кере. Потому что горечь и боль тут же овладевают мной и в носу начинает печь. Я и не мечтала, что кто-то вообще выжил. Но эти минуты надежды на то, что он поможет мне выбраться из этого ада... Казались вечностью. И хотелось, чтобы так было и дальше. Если бы не Аяра!