Пленница жестокого дракона
Шрифт:
Под флагом, который когда-то реял на самой высокой башне.
Здесь. В этом замке.
Я пошатнулась и схватилась за перила, чтобы не потерять сознание от чувств.
Враг у ворот
Хоть это было и бесполезно, но я настойчиво высматривала во главе войска Эдиля.
Кто еще мог бы осмелиться поднять знамена с гербом лорда, кроме него?
Но, конечно, я ничего не могла увидеть в утренней промозглой дымке.
Даррак ушел из спальни еще до рассвета, как он это делал всегда. Его ждало слишком много дел, чтобы позволить себе нежиться в постели с наложницей. Даже если она его невеста и почти жена. Но сейчас я бы не отказалась от его общества. Надо было узнать - кто? Кто пришел спасать нас в тот час, когда спасать стало уже поздно?
Мне было очевидно, что драконы с легкостью повергнут такое маленькое войско, но вдруг у него есть свои секреты?
Тем более, что захватчики повели себя осмотрительно. Закрыли ворота замка и в небе кружило не меньше десятка драконов.
Удивительно, что они не пытались сжечь наглецов с высоты!
Но потом я увидела торчащие среди людей острые наконечники заряженных баллист. И все стало ясно. Драконы только наблюдали, а спуститься вниз не смели, чтобы не получить огромный болт в крыло, а то и в тело.
Я уже знала, что драконы не любят тактику закидывания «мясом», не жертвуют собой и другими ради победы. Их задача - уберечь как можно больше своих и все равно поразить противника. Никак не могла понять, трусость это или мудрость.
Эдиль назвал бы трусостью без малейших сомнений, но я уже достаточно времени провела рядом с величайшим из ныне живущих генералов драконов, чтобы успеть заразиться его мышлением. И понимать, что каждая жизнь ценна.
Зато про войско людей сомнений не было - если понадобится, они полягут все до последнего человека ради того, чтобы победить хотя бы одного дракона.
Уйти с балкона было выше моих сил. Я только сбегала в спальню за шалью и стояла на ветру, чуть дрожа, наблюдая за тем, как войско устраивается вокруг замка, чтобы провести осаду.
Завтрак, купание, новые платья и подарки, обед, я все пропустила, боясь хоть на минуту отвести взгляд от темной массы людей со знаменем нашего лорда, которые то и дело перестраивались и суетились на равнине под замком.
Закусив губу, я смотрела, как один из драконов спланировал к огромному шатру со знаменем. Наверное, отправился на переговоры. Дракон был зеленым, я точно знала, что это не Даррак.
Но где же он сам?
Зеленый дракон через час благополучно вышел из шатра, взмыл в небеса и приземлился уже во дворе замка. Засуетились и там. Но сколько я ни высматривала своего генерала, я не могла его никак заметить. Это тревожило. Куда же он подевался.
Дошло до того, что ближе к вечеру я металась по балкону, заламывая руки и отказываясь есть, вовсе не потому что беспокоилась за войско. А потому, что за весь день во дворе, в небе, на равнине так ни разу и не мелькнула черная масть Даррака Темнокрылого.
Даррака Жестокого.
Вечером запалили костры и факелы, и в неверном их свете и резких тенях отличать одного мужчину от другого становилось все сложнее. Но я все равно вглдяывалась до рези в глазах и беспокоилась.
– Там твой жених.
Спокойный голос Даррака прозвучал как гром среди ясного неба.
У меня за спиной.
Я резко обернулась, коря себя за то, что не услышала скрипа дверей.
Он стоял у кровати, в расстегнутой рубахе, промокшей от пота, в кожаных штанах и с кувшином вина, из которого то и дело отхлебывал.
Даррак опирался на столбик балдахина как хозяин, но мне было видно, что он едва держится на ногах, настолько пьян.
– Ты мой жених, - тихо произнесла я, опуская глаза в пол.
– Да не ВРРРРРИ!
– Взревел черный дракон, запуская кувшином в стену. Ее бежевая чистота окрасилась алым пятном, словно кого-то жестоко убили рядом.
– Ты ждала его и дождалась, Риш! Твой жених пришел тебя спасать! Ты рада?
Я стояла, дрожа и не поднимая глаз и не зная, что сказать.
– Отдать тебя ему?
– Усмехаясь спросил Даррак.
– Не драться за этот замок, а отдать тебя и пусть катится на все четыре стороны! А? Я же видел, как ты весь день не сводила глаз с их лагеря, надеясь его увидеть!
Как бы я ни хотела крикнуть, что это ЕГО я хотела увидеть, мои губы не мог разомкнуть стыд.
Пошатываясь, Даррак приблизился ко мне, обнял пальцами за шею и дыхнул перегаром, глядя черными, как бездна глазами навылет.
– Отдать, моя хорошая? Пусть теперь он узнает всю сладость твоих соков, всю громкость твоих стонов, всю умелость твоего ротика, весь рай, что находится между твоих ног… Надо делиться… А то я захапал себе все. И замок, и женщину… Замок заберу, а женщину отдам. Особенно если она сама хочет вернуться к своему милому.
– А ты отдашь?
– Спросила я, дерзко подняв на него глаза.
– Меня. Ему?
Даррак отшатнулся, словно мой голос хлестнул его плетью по лицу. Его черные глаза стали еще темнее. Он попытался отхлебнуть из несуществующего кувшина, плюнул, пошатнулся и дернул меня к себе за рукав:
– Запросто! Если хочешь - иди!
Он потянул к себе тонкую ткань, добрался до ворота и резко рванул его, обнажая меня, оставляя в жалких обрывках ткани. Совершенно голой последи холодной спальни.
На лице Даррака была написана лишь ярость.
– Иди!
– Крикнул он.
– Я велю не чинить тебе препятствий. Эй! Откройте двери!
Я дернула к себе покрывало, укутываясь в него раньше, чем зашли стражники.
– Пусть идет!
– Скомандовал Даррак.
– Куда хочет. Проводите мою невесту к правителю осадившего нас войска!
Я кивнула, чувствуя себя как во сне. Мне не верилось, что он правда меня отпускает.
– Только я его убью… - прилетело мне в спину очень тихо.
Эдиль
Я думала, что встречу Эдиля счастливой. Что он вернулся, что мы поженимся, что у нас родится маленький голубоглазый мальчик. Представляла себе, как буду бежать с холма, задыхаясь, как упаду ему в руки, как он будет меня целовать, а потом мы будем сидеть на победном миру рядом и переглядываться, а его отец с матерью будут смеяться и намекать, что мы не дождемся свадьбы.
И мы правда ее не дождемся, став близки в ту же ночь его возвращения и победы. А наутро он подарит мне лучшее ожерелье, что захватил в своих походах и объявит своей женой. Потом будет и свадьба, и угощения, и гости…