ЖАНРЫ

Пленница жестокого дракона
Шрифт:

Потом я хоронила его.

Ходила в лес и думала, как буду жить теперь, когда все мертвы. Когда мертва моя мать, мой жених и отец моего жениха. Приходилось все равно жить хоть как-то.

Если бы я успела подумать, как мне встретить Эдиля в качестве невесты дракона…

Я бы хотела встретить его, нарядившись в самое богатое платье. Такое тяжелое от драгоценностей, чтобы было сложно идти. Чтобы на голове у меня была диадема из цельного рубина. А лицо укрывала вуаль с вплетенными бриллиантами. Чтобы за мной шли черные драконы с обнаженными мечами и несли лучшие яства, которые могут приготовить.

Чтобы сгрузили их у шатра Эдиля и я вошла бы в него как королева.

И сказала бы, что я - та женщина, которую получает победитель.

Если он не смог победить, победил другой.

Только так я смогла бы пробудить в нем ярость, с которой он сверг бы Даррака!

В этот момент я испугалась. Потому что не хотела, чтобы Дарр пострадал. И чтобы Эдиль пострадал не хотела тоже. Я запуталась окончательно!

Но я шла к Эдилю в одном покрывале, босая, с распущенными волосами и весь замок провожал меня взглядами. Не знаю, что они думали обо мне. Потому что меня волновало, как я взгляну в глаза тому, кому обещала хранить верность.

Он меня ждал.

В шатре больше никого не было, посередине стоял огромный стол, где были разложены исчерканные карты, за ним на полу была устроена постель.

Сам Эдиль стоял с бутылкой в руке и бокалом. Он наливал в него вино и тут же залпом выпивал. С каждым шагом, что я делала к нему от входа. Я вглядывалась в его лицо, пытаясь понять, чего он от меня ждет.

Мой золотокудрый Эдиль потускнел и истерся как монета. Светлые волосы припорошила унылая серая седина, стройный стан согнулся, кожа помертвела и взгляд стал недобрым.

Левой рукой он двигал неловко, должно быть, был ранен. И в целом за пять лет он из смешливого энергичного парня превратился только что не в старика.

– Эдиль… - сказала я, остановившись в пяти шагах от него. Просто испугалась идти дальше.

– Ларишия.

Я опустила голову. Это имя было как обвинение. Любое слово было бы сейчас обвинением, потому что я чувствовала себя виноватой. И мой бывший жених не собирался упрощать мне жизнь.

– Ты жив.

– Да. А мой отец нет. Но рад видеть, что и ты пережила тяжелые времена.

В голосе прорезалась насмешка, ударившая меня словно кнутом.

– Моя мама тоже умерла, - сказала я, чтобы что-то сказать.

– И как это тебя оправдывает?
– Скривился он.

– В чем мне нужно оправдаться?

– Ты сдала наш замок врагу!!!
– Заорал он во всю глотку и метнул бутылку в стол. Она разлетелась на осколки, которые порезали ему щеку. Капля алой крови поползла по лицу Эдиля, но он словно не заметил.

– Я не сдавала, - едва держась, сказала я.
– Они завоевали нас. Мы никак не могли бы…

– Если бы захотели…

– Десятки женщин и детей, Эдиль. А они воины. И… драконы.

– Драконы…

Он отвернулся. Допил из бокала оставшееся там вино.

Я смотрела в его спину и не знала, что сказать.

Он сказал сам.

– Мы впервые увидели, как сражаются драконы слишком поздно. Когда уже нельзя было повернуть назад. Мы набрали огромную армию с тех земель, по которым шли. Подкупом, шантажом, славными речами. Мы собрали всех, кого смогли и были уверены, что победим. Мы и побеждали первое время. Драконы выставляли нам навстречу отряды добровольцев из захваченных деревень. Зачем они шли сражаться за драконов? Не знаю.

Он допил вино и выронил кубок на землю шатра. Я сделала маленький шаг к нему, вдруг подумав, что еще есть надежда что-то исправить.

– А потом они вышли нам навстречу. В образе людей. Они сражались как демоны ада! Они убивали по сотне наших, прежде, чем хоть один из них умирал! А потом они… обратились в драконов…

Эдиль стиснул кулак и затрясся мелкой дрожью. Я его понимала.

– Я допускал, что ты меня не дождешься, Ларишия. Ты всегда была слишком мечтательной для хорошей жены. И тот случай с мальчишкой-драконом, которого мы почти захватили. Но все-таки я до последнего во что-то верил, иначе не вернулся бы в этот замок с остатками армии. Я готов тут погибнуть.

– Тут твоя мать, - напомнила я.
– Кроме меня, еще есть она.

– Ей осталось недолго. Только ты держала меня в живых. Когда я думал, что вернусь к тебе и все исправится само собой.

Я опустила глаза в пол.

– Скажи мне, Риш… - его голос был мягок, но я не обманывалась этой мягкостью, потому что знала жестокость Эдиля, когда он зол.
– Скажи мне, Риш… Ты уже ложилась в постель с Дарраком? Он уже сорвал твой цветок? Ты уже….

Он проглотил последние слова, словно хотел сказать что-то недопустимое.

Или просто не смог договорить.

– Да.

Я уронила с уст всего одно слово.

Эдиль стремительно обернулся и его ладонь хлестнула меня по лицу с такой силой, что я не удержалась на ногах и покатилась по земле.

Безумие

В глазах все померкло. Навсегда, навеки.

Я и не подозревала, что глубоко внутри я все-таки считала себя человеческой женщиной и надеялась на то, что все вернется на круги своя. Мы победим драконов, они уйдут, и мир возродится. И я снова стану счастливой невестой Эдиля.

Но когда его ладонь коснулась моей щеки - мир померк.

Тьма ударила меня хлестко, холодно, так сильно, что показалось, что весь мой череп разлетается на куски. Но это лишь разлетались мои иллюзии.

Я еще нашла в себе силы поднять голову от земли и увидеть яростный, полный ненависти взгляд Эдиля. И его губы, выговаривающие слова, которых я не слышала из-за звона в ушах. Но я и так понимала, что он говорит.

Драконья шлюха.

Кожа горела огнем и в первую секунду мне показалось, что этот огонь вырвался у меня из-под кожи и охватил разом весь шатер. Уродливое испуганное выражение на лице Эдиля - последнее, что я увидела.

Потому что легкий шатер разлетелся пеплом, открывая нас небесам.

Меня, лежащую на земляном полу с наливающимся красным синяком на лице.

И Эдиля, который стоял надо мной с самдовольной усмешкой.

А потом он превратился в живой факел.

Поделиться с друзьями: