Чтение онлайн

— Что? Какой старой девой? Каких женихов? — удивлённо воскликнула мама. — Это ты о Рэймсе? Так ему и надо было! Мне он никогда не нравился! Ходил тут порог обивал. И Сеш тебе не нужен. Пустой он, не надёжный.

— Эдрин тоже пустой? Он любит меня. А Айхо влепил ему ни за что! — сказала я и принялась смахивать со щёк несуществующие слёзы. При этом продолжая громко всхлипывать.

— Он сказал тебе, что любит? — поинтересовалась мама.

— Вот при чём тут это, мамуля?! — возмутилась я. — Все вокруг стремятся поскорее выйти замуж, но ко мне даже подойти нельзя! Мама, какой ужас будет, если люди узнают о проклятии. Меня начнут избегать.

Мама успокаивающе погладила меня по голове.

— Шани, нельзя тебе выходить замуж без любви. И про духа предков так говорить нельзя. Это не проклятие, а защитный дар.

— А к нелюдям мне, значит, можно, да?! Айхо, видимо, решил, что там моя любовь! — возмутилась я.

— Айхо не может ничего решать, — ответила спокойно мама, а затем с улыбкой в голосе спросила: — Ну и что же ты от меня хочешь, маленькая притворщица?

— Мамочка, ты же всё можешь! Сними с меня это проклятие! Мне никогда не выйти замуж с этим вашим Айхо, — взмолилась я, заглядывая в её тёмно-зелёные с хитринкой глаза. — Эдрин подарил мне цветочную цепь. Сделал предложение. А как я его приму?

— Ну, ну, успокойся, доченька, — мама обняла меня, поглаживая по голове. — Айхо не бездушный, не злой, Шани… Может, он ещё примет твоего Эда. Всё наладится, успокойся, девочка моя… — мама вдруг замолчала. Я увидела, что она смотрит поверх меня с полуулыбкой. — Выходи за Эдрина, раз так…

Я втянула глубоко воздух от волнения.

— А как же Айхо? — непонимающе спросила.

— А что Айхо… Белый дым, ветивер, дягиль и дух, глядишь, задобрится…

***

Этим вечером мы закрыли все ставни. В полумраке, освещённом дрожащим пламенем свечей, мама склонилась над дымящимися травами и долго шептала нараспев, читая заклинание. Я смотрела на неё как заворожённая. Её красивое лицо с едва заметными морщинками было окутано дымом. В больших глазах, которые сейчас казались чёрными, плясали огоньки. Волнистые волосы мамы отливали золотом.

Закончив, она подняла голову и долго молчала с задумчивым видом.

— Предки не одобрили твой выбор, Шани, — наконец сказала она. — Эдрин не твоя судьба. Я трижды обращалась к ним, но все три раза потерпела неудачу. Изменить предназначение духа, к сожалению, невозможно…

Моё сердце сжалось от волнения, но мама успокаивающе повела рукой.

— Некоторые вещи неподвластны нам, дочка, но иногда их можно сделать более гибкими.

Когда дым рассеялся, она сложила пепел в специальный амулет и перевязала его шёлковым шнурком. Прежде чем повесить его мне на шею, мама подержала амулет в руках, словно пытаясь согреть его и передать свою любовь.

— Пока на тебе этот оберег, Айхо не появится, — сказала мама.

***

Стрелки уже показывали час ночи. Мама кинула в ступу горсть лаванды, зерна перца, розмарин, змеиную траву и омелу, тщательно измельчила их, сопровождая процесс специальными словами, и бережно пересыпала получившийся порошок мне в руку.

— Ощути вместе со мной, — велела она.

Аромат смеси был сладковатым, но в то же время пряным и немного резким. Я погрузилась в свои ощущения. Вдыхала ауру растений, словно густой туман, пока границы реальности не начали размываться. Духи заговорили со мной. Я слышала их голоса. Как обычно, не могла уловить, на каком языке они говорят. Это был язык другого мира. Но я всегда могла понять его.

Речь духов была тревожной и полной предостережений. «Земля дрожит. Скоро что-то пробудится. Это будет не просто гибель…»

Мама положила смесь в специальный отсек в медном браслете и надела его мне на левое запястье, связывая магическими словами.

— Не снимай пока, — мама взяла меня за руки и внимательно посмотрела в глаза. — Шани, мы лишь маленькие частицы в этом огромном мире, брошенные в землю. Наша душа должна расти. Ты — часть живого: растений, деревьев, насекомых, животных. Не думай, что ты намного лучше их. Каждая травинка борется за жизнь, деревья воюют с деревьями, кусты — с кустами. Они испытывают приязнь и ненависть, и везде идёт война: одни побеждают, другие умирают. Мы становимся лучше, только когда любим. Поэтому береги дар предков. Будь сильной, что бы ни случилось, — сказала она и после паузы добавила: — Найди своего избранника, Шани. Он особенный, другого такого нет. Он многому тебя научит.

***

Мы улеглись спать. Наши кровати стояли напротив друг друга. Мама погасила свечу и зашуршала одеялом. Комната погрузилась во тьму, оставив после себя лишь аромат воска.

— Мамуль, а зачем приходила Галайка? — внезапно вспомнив о неприятной встрече, спросила я.

— Сама не знает, зачем, — коротко ответила мама. — В воздухе сгустились гнев и жестокость. Что-то их уплотняет. Люди не понимают, вот и злятся… Спи, доченька. Я потом тебе всё расскажу.

Тот порыв холода, вновь повторился. Я закуталась в одеяло, задержала дыхание, наблюдая за чувством.

Когда все прекратилось, положила ладонь под щеку, нащупала на груди мамин оберёг и закрыла глаза.

Тишина уже была настолько глубокой, что, казалось, даже птицы на крыше перестали шевелиться. Цветы будто бы утратили свой аромат, а ночь опустилась на землю, поглощая всё вокруг. Лишь шёпот травы за окном нарушал безмолвие, уносясь вдаль и наполняя душу тревогой и волнением.

Стала вспоминать, как на Эдрина иной раз засматриваются подружки и другие девушки в деревни. Начала боятся, что потеряю его.

А вдруг Эдрин уже передумал? Вдруг он не придёт… Ведь я толком ничего ему и не ответила…

Я свернулась калачиком, обняла сама себя. Постаралась не думать о плохом. Чтобы поскорее уснуть, успокаивала себя, что завтра будет новый день, когда я обязательно увижу Эда!

Сладкое предвкушение всколыхнулось в груди:

— «Неужели я скоро стану женой Эдрина?!»

Я вспомнила ощущение близости его сильного тела.

Внутри поднялась волна незнакомых ощущений и сердце застучало чаще.

«Зачем мне другой избранник? Где его искать?… — размышляла я. — Духи видимо ошиблись… В целом мире разве может быть кого-то лучше Эдрина?»

Тяжело было уснуть в эту ночь…

Утро началось как обычно — с пения петухов. Мама разбудила меня и подала стакан парного молока. Я с наслаждением слизнула пенку с верхней губы, потянулась и, зевая, отправилась в баню.

На улице было свежо, и я плотнее закуталась в вязаную шаль. Проходя мимо нашего цветника, я заметила, что он окутан лёгким туманом, а на цветах блестят капельки росы. Мохнатые шмели то и дело садились на раскрытые бутоны.

— Доброе утро, уважаемые! — поприветствовала я представителей цветочного царства.

И цветы ответили мне своими нежными голосами.

В небольшое окно бани светило солнце. Слышались хлопки кнута — это дежурный пастух подавал сигнал хозяйкам, чтобы они выгоняли на улицу свой скот. Пахло дорожной пылью, поднятой идущим стадом, прохладой, цветами, душистыми травами, влажной землёй.

Я сделала глубокий вдох, ощутив этот аромат — такой вольный, родной и близкий сердцу, — и меня переполнило чувство радости. В порыве восторга я опрокинула на себя ведро прохладной воды.