Чтение онлайн

Виктор хмыкает, наклоняется и шарит рукой под кроватью.

На покрывало передо мной приземляется бита. Настоящая бейсбольная. Я несколько мгновений молча смотрю на это киношное орудие хулиганов. Потом касаюсь пальцами полированного дерева.

Макс бы никогда мне такой свободы не дал.

— Я давно хотел тебя перевезти сюда, Лик, с тех пор как увидел, что они делают с девушками.

Виктор неожиданно чмокает меня в губы. Замираю.

Я не успеваю даже почувствовать омерзения от поцелуя.

Виктор единым движением встает на ноги.

— Ты хозяйка моего маленького поместья. Увидишь доктора и решишь, казнить его или миловать.

С этим Виктор уходит.

А я рассматриваю биту, которую он мне оставил. Все это очень интригующе и странно. Особенно доктор и то, что я стала хозяйкой поместья.

Невиданное повышение по сравнению с безотказной шлюхой!

Какое-то время я сижу в кровати, переваривая все то, что услышала. Наверное, Виктор хочет посмеяться над наивной девчонкой. Вытереть ноги, доломать.

Довольно долго я жду того, что он вернется и начнет командовать.

Но Виктора по-прежнему нет. Внутри рождается обжигающее чувство. Он был серьезен! Однако Виктор далеко не безобидный: забрал меня у Феликса и хочет дальше содержать по своим правилам.

Перевожу дыхание. Если подумать, еще вчера я рассчитывала умереть. А теперь у меня есть призрачный шанс вернуться к сестре.

Плотно ем — я должна поправиться.

Потом еще какое-то время сижу в кровати, пока не затекает тело.

В конце концов, я ведь маленькая хозяйка. Сбрасываю ноги на пол, подхватываю биту и решаюсь выйти из спальни. Мое оружие кажется слишком тяжелым, поэтому приходится волочить его по полу.

Дом действительно большой, и, как и говорил Виктор, безлюдный. А еще он какой-то бездушный.

Но хотя бы это не клуб. Потихоньку настроение улучшается, когда я думаю о том, что больше никто не будет требовать от меня послушания, распоряжаться как куклой. Но все ли я знаю про Виктора?

Тут мой нос улавливает запах еды и желудок скручивает в тугой узел.

Соблазнительным ароматом тянет с лестницы. Там кто-то готовит!

Я закидываю биту на плечо и спускаюсь боком, стараясь ступать бесшумно.

Не знаю, кто там у Виктора на кухне, но впервые за долгое время у меня в руках есть оружие. Да я ему голову размозжу, если он только попробует…

Картина, открывшаяся мне при спуске, удивляет и настораживает одновременно.

У Виктора на кухне орудует мужчина в одних трусах. Еще удивительнее то, что вся его спина исполосована.

Это что, его личный раб? Или личный мазохист?

Я не хочу в этом разбираться и пытаюсь дать заднюю, но слишком поздно. Мужчина оборачивается.

— Бэмби?

Замахиваюсь битой.

— Не приближайся!

Личный мазохист Виктора выставляет вперед руку, а потом оглядывается по сторонам. Наконец он подхватывает фартук и, слава всем богам, повязывает его спереди.

— Зачем тебе бита? — звучит удивленно.

Я делаю еще один взмах чтобы он понял, что я серьезно.

— Почему ты в трусах? — не хочу отвечать на его вопрос.

Я же хозяйка поместья. Я в своем праве.

Мужчина смотрит на фартук и хмыкает.

— Моя одежда в стирке.

— Виктор тоже тебя похитил? Он тебя плетью бьет? — говорю я.

— С чего ты взяла?

— Спина.

— А! — мужчина смотрит себе через плечо. — Так плохо?

Наш диалог начинает напоминать мне беседу в дурдоме.

— Да.

— Это Феликс.

Вздрагиваю.

Тогда мужчина поднимает перед собой руки, оставляя в покое сковородку.

— Я знаю кто ты. Феликс… — он вздыхает. — Феликсу конец, но мы с тобой оба знаем о клубе слишком многое и нам не дадут спокойно жить.

— Ты доктор?

Он приподнимает брови и указывает на стол.

— Можно сказать и так. Бэмби, спускайся.

Я осторожно делаю два шага вниз.

— Бита остается при мне.

— Как хочешь.

Мы садимся за стол друг напротив друга как будто затеяли переговоры.

На самом деле мне легче от того, что здесь есть еще одна живая душа. Раньше я мечтала о том, чтобы меня никто не трогал, но теперь мне действительно хочется говорить.

Я кладу биту себе на колени и смотрю в глаза собеседнику. Удивительно, он брюнет, а глаза у него голубые.

— Я не Бэмби. Анжелика.

— Я Логинов Андрей. Приятно познакомиться, Анжелика.

Вспоминаю распоряжение, хотя нет, скорее предложение Виктора решать самой: миловать или казнить еще одного его постояльца.

— Объясни, что у тебя с Виктором, если не садомазохизм?

Целых полтора года я вынуждена была сдерживать язык, отвечая короткое «Да» на приказы. Я никогда раньше не была ехидной, но сейчас я очень хочу демонстрировать все самые мерзкие стороны характера чтобы больше никто близко не подходил ко мне.

Он опускает голову на руки и выдыхает с шумом.

— Я его психотерапевт.

Под столом я сжимаю биту так, что болят пальцы. Если Виктор решил грохнуть своего психолога, то дело плохо.

Андрей продолжает:

— Я помогал ему со вспышками агрессии. Все четыре года.

От этого мне еще сильнее не по себе.

— Клянусь, у него был прогресс! — Андрей поднимает голову и смотрит вверх, на потолок. — Пока я не узнал, что он сломал руку конкуренту, выставил свою последнюю содержанку на мороз в одном платье и вступил в клуб, когда в очередной раз разочаровался в людях.

Я сглатываю. Уж лучше бы ты молчал, Логинов!

— Анжелика, ты стала для него своеобразным лучиком света.

Мне кажется сейчас я готова натурально махать битой. Выпрыгнуть из-за стола, разбить окно и бежать. Нестись прочь отсюда прямо по снегу. Хватило с меня маньяков! Еще одного я не вынесу!

— Дай ему шанс! — заявляет Андрей, вставая.

Он выглядит очень взволнованным для психотерапевта.

— Это потому что если я откажусь, он тебя прихлопнет? — я смотрю на Логинова снизу вверх.