Чтение онлайн

Сердце заходится от радости, и я запираюсь в санузле.

Ночнушка у меня шелковая — легкая маечка и шорты, больше напоминающие трусики. Виктор сам мне на нее указал.

В комнате темно, когда я появляюсь в дверях, но даже несмотря на это я замечаю как Виктор пожирает меня взглядом.

Так мы будем делать это или нет?

— Подойди, — звучит как приказ.

Я не готова отдаться, но я ничего не могу поменять.

Приближаюсь.

Он указывает на свое бедро, и я сажусь. Виктор сжимает мои ягодицы, впрочем, не снимая с меня ночнушку.

Я замираю. Если у него куча денег, то почему тогда он не найдет женщину, которая согласится все это терпеть? Почему надо вот так?

Я чувствую как его член твердеет.

— Лик, ложись на кровать.

Я следую приказу.

Когда я уже готова раздвинуть ноги, он нависает надо мной, задирает мою шелковую майку, обнажая грудь и жадно меня рассматривает.

Я слышу его тяжелое дыхание. Сама я почти не дышу.

Шортики все еще на мне и это радует.

Тогда он освобождает из трусов свой член. Я откидываю голову и готовлюсь к тому, чтобы принять его в себя, но ничего не происходит. Я слышу, как он дышит все чаще, а так же звуки трения.

Чуть приподнимаю голову. Он дрочит на меня?

Со мной еще никогда такого не было.

Виктор кончает себе в кулак и откатывается в сторону. Потом идет в ванну.

Там загорается свет, а я приподнимаюсь и смотрю ему в спину. Прислушиваюсь к звуку льющейся воды.

Что это только что было?

Я спешно одергиваю маечку, когда Виктор возвращается. Падаю в кровать и натягиваю на себя одеяло.

— Не хочешь? — хрипло спрашивает он у меня.

Отрицательно качаю головой.

Он выдыхает и ложится рядом.

Сквозь одеяло я чувствую его тепло и чуть-чуть подвигаюсь в его сторону. Он поступил со мной как в девственницей. Это вызывает уважение.

— Я точно не должна… — не знаю, как произнести это: «отсосать тебе, как-то еще удовлетворить?»

От самих этих мыслей мне мерзко.

Он накрывает меня своей огромной рукой.

— Спи, Лик. Психолог сказал больше не совать в тебя ничего. Потому что тебе это может не понравиться.

Я выдыхаю. Вот уж не подумала бы, что Андрей меня прикроет. Я привыкла не рассчитывать на мужчин.

— Еще он сказал на тебя не дрочить, но срать я хотел на Логинова с его уроками страсти. Я все-таки здоровый мужик.

Даже одеяло не способно скрыть того, что у него снова встал. Виктор поглаживает меня по ключицам, гладит шею, впрочем, не позволяя себе ни разу тронуть мою грудь.

А я невольно вспоминаю все, что делал со мной Макс.

— Зачем? — вырывается у меня.

— Что «зачем»?

— Ты мог бы купить себе шлюху.

Виктор приподнимается на локте.

— Если шлюха мне не нужна?

А я тогда кто?

Он разворачивает меня к себе лицом и смотрит с какой-то мукой. Странное ощущение, непередаваемое. Я для него словно запретный плод.

И тут я вспоминаю слова Логинова о том, что Виктор в меня влюбился. Мне кажется, я забыла, как это.

Разве чудовища умеют любить?

— Ты мне стоила такого геморроя, Лик. Если бы я просто хотел тебя оттрахать, то не стал бы заморачиваться с Феликсом и клубом. Я бы во все дыры тебя поимел столько раз, сколько захотел бы. Денег бы мне на это хватило.

С этими словами он накрывает меня одеялом с головой. И тут я понимаю: значит, Виктор хочет чего-то большего. Чтобы я могла его… полюбить?

Он даже не знает, что я за человек, точнее, кем я была до того, как стала товаром и что я поклялась не продавать свою душу.

Меня будит луч солнца, бьющий сквозь занавески, и я впервые за долгое время действительно радуюсь утру и тому, что дышу.

Я вытягиваюсь на постели, понимая, что чувствую себя гораздо лучше, чем вчера.

И замираю, когда касаюсь теплого тела.

Виктор. Он тут. Я слишком привыкла ночевать одна. В груди просыпается навязчивое желание спрятаться, свернуться в маленький комочек.

Оно очень вовремя, потому что хозяин накрывает меня своей лапищей.

— Как спалось, Лик?

Я притягиваю к животу колени.

— Н-нормально.

Почему он все еще в постели? Он же бизнесмен. Ему нужно на работу. Надеюсь.

Надеюсь, он не будет меня трогать.

Виктор нависает надо мной и пристально рассматривает. Наконец выдыхает:

— Щеки порозовели, — он легонько сжимает мои ягодицы. — Я рад.

— Можно мне в душ?

Я очень не хочу секса.

Виктор отстраняется и выпускает меня, и я сбегаю.

С наслаждением смываю с себя все то, что было в клубе: пот, копоть и гарь. Оборачиваюсь полотенцем и очень долго стою у двери, прислушиваясь к тому, там ли еще мой хозяин.

Наконец мне кажется, что все тихо. Приоткрываю дверь и едва не влетаю ему в грудь.

Нет!

Виктор ловит меня за плечи.

— Разве у тебя не должно быть работы? — тараторю.

— Лик, — он смотрит мне в глаза. — Сегодня воскресенье. Вчера была суббота. А спасал я тебя в пятницу, кстати, после работы.

Господи, как же долго у меня под рукой не было календаря!

Виктор одет и это радует. Он вынимает что-то из кармана и крепит мне на руку.

Браслет? Нет, это часы. Умные.

— А это для связи, — он дает мне кнопочный телефон и пристально смотрит в глаза. — Лик, если ты вызовешь скорую, полицию или пожарных, я предупредил охрану в дом их не пускать.

— А если я позвоню на номер психологической помощи?

Он смеется.

— У тебя в пользовании есть самый дорогой в Питере сексолог.

Которого ты чуть не укокошил.

Виктор снова придерживает меня за плечи.

— Лик, давай смотреть на вещи реально. Если ты отсюда выйдешь, кто-нибудь из этих уродов докопается до тебя. Здесь лучше…

— Это клетка.

Виктор легонько меня встряхивает.

— В этой клетке, Лика, есть парк, телек, бассейн. Попросишь, я привезу тебе любые развлечения. Да хоть розового пони! Чего тебе надо?