Чтение онлайн

– Тогда давайте распаковывать рюкзаки, доставать фонари и прочие наши исследовательские атрибуты, и займёмся детальным осмотром этой загадочной штольни, - предложил Генка.

– С вашего позволения, я займусь точной привязкой штольни на местности. То есть, займусь определением её географических координат и сделаю соответствующие зарисовки, - сказал Марк, доставая из своего рюкзака необходимые инструменты.

– Конечно-конечно, это надо обязательно сделать, - поддержал инициативу Марка Генка, - а мы займёмся обследованием внутренности штольни.

Пока Марк решал проблему с определением географических координат и делал зарисовки, Гена с геологом и агентом ФБР занялся основательным осмотром внутренних стен штольни. Бернард, после тщательного осмотра стенок штольни, сделал однозначный вывод, что горная выработка сделана в базальте, самой распространённой горной породе на Земле, и не только на Земле. При обследовании самой дальней стенки штольни, все трое пришли в замешательство. Стенка была не то, чтобы абсолютно гладкая, но достаточно ровная, без всяких следов механического воздействия. В то же время она отличалась от остальных поверхностей штольни ещё тем, что не являлась базальтом. Бернард определил, что это, скорее всего, гнейс. Всё говорило о том, что дальняя стена штольни имеет искусственное происхождение и играет роль заглушки в какую-то систему подземелья. Снаружи сильно потемнело. Генка обернулся к выходу из штольни и увидел, как Марк затаскивает рюкзаки внутрь штольни.

– Что случилось, Марк? – спросил Генка.

– Да, снаружи такой снег повалил, что наши рюкзаки за несколько минут так занесёт, что мы их потом не откопаем, - пояснил Марк, продолжая затаскивать рюкзаки.

Генка оставил Бернарда и Арчи дальше обследовать внутреннюю стенку, а сам поспешил к выходу, помочь Марку. Затащив последний рюкзак в штольню, Генка встал у входа и стал смотреть на то, как крупные снежинки тихо падали на землю. Через несколько минут поднялся сильный ветер, и всё закрутилось с такой бешеной скоростью, что снегопад можно было сравнить со снежной лавиной. Моментально видимость стала нулевой. Ветер закидывал снежные снаряды и вовнутрь штольни. Пришлось рюкзаки перетащить дальше вглубь, штольни. У самого входа начал образовываться огромный сугроб.

– Если и дальше так пойдёт, то нас просто законопатит непогода в этой штольне, - забеспокоился Генка.

– Наша штольня находится футов на 80-100 выше уровня дна долины. Будем надеяться, что снег не заметёт вход в штольню. У нас есть две лопатки, сапёрных, будем отгребать снег от входа, - с надеждой на лучшее, сказал Марк.

– Придётся снежную бурю переждать здесь, другого выхода нет. Вот только, кто его знает, сколько она будет продолжаться. Час-два, а может несколько дней. В любом случае, в такую погоду мы не сможем продолжать движение, - констатировал Генка, - будем устраиваться на ночлег здесь, а там видно будет. Заодно продолжим исследование штольни, хотя мне уже и так понятно. Это вход, или выход, в какую-то систему подземелья, что-то вроде шахты.

Дальнейшее обследование внутренностей штольни, ни к каким дополнительным результатам не привело. В ожидании улучшения погоды, путешественники постарались устроиться, как можно комфортней, возле дальней стенки штольни. Буря продолжала свирепствовать снаружи, закупорив вход в штольню, почти на две трети. Изредка кто-нибудь брал сапёрную лопатку, и отгребал снег в верхней части входа, чтобы оставался доступ воздуха и возможность в дальнейшем выбраться из этой снежной ловушки.

Часа через три, ветер снаружи стих. Казалось, буря утихла. Вдруг сверкнула молния, ударив где-то совсем близко, поскольку между вспышкой и страшным грохотом, практически, не было паузы. Сугроб у входа резко осел, освободив почти половину входа. Генка решил посмотреть, что твориться снаружи. Только он подошёл к выходу, как с неба полил настоящий ливень и вновь подул сильный южный ветер. Выпавший снег немного осел под каплями дождя, но под действием холодного южного ветра, моментально превратил снег в лёд. Ливень прекратился внезапно, так же, как и начался. И вновь лавина снега обрушилась на долину.

– Никогда не попадал в такие передряги. С Антарктидой шутить не стоит, - пробормотал Генка себе под нос, - нам здорово повезло, что обнаружили эту штольню, - Генка ещё раз посмотрел, что делается снаружи и пошёл вглубь штольни.

Там шум непогоды почти не был слышен. Пользуясь тем, что делать больше нечего, все пришли к мнению, что можно залезть в спальники и поспать. Правда, Генка поставил условие, что нужно установить дежурство, во избежание того, что выход из штольни, может быть завален снегом. Первым дежурить вызвался Марк. В глубине штольни было относительно тепло, темно и ничто не мешало заснуть под несильное завывание ветра. Часа через полтора Генку растолкал Марк.

– В чём дело, Марк?
– спросонья спросил Генка.

– Мистер Кулен, я слышал какие-то звуки, доносящиеся из-за внутренней стены пещеры, - шёпотом начал пояснять Марк, чтобы не разбудить товарищей, - такое впечатление, что где-то там за этой стеной, - Марк легонько постучал кулаком по гладкой стене, - промчался поезд.

– Какой поезд? – ещё не придя в себя, спросил Генка.

– Ну, простой, скорый, какая разница? Первый раз я услышал этот шум в четырнадцать часов сорок три минуты. Я в этот момент отгребал снег от входа и не очень хорошо расслышал, но машинально глянул на часы. Потом всё стихло, и я подумал, что мне шум показался. А вот только что, в пятнадцать часов сорок три минуты, отчётливо услышал характерный шум проходящего поезда. Будто там, за стеной, находится железнодорожная линия. Шум проезжающего поезда повторился ровно через час, - шёпотом доложил обстановку Марк.

– Ты не ошибся? А то может всякое почудиться в этой глуши, - с сомнением ещё раз переспросил Генка Марка.

– В первый раз, я может что-то и не расслышал, а вот во второй раз всё слышал довольно отчётливо. Даже могу предположить, что локомотив, или какой-либо другой тягловый механизм, тащил за собой, как минимум, вагонов шесть. Я, почему так уверен, да потому, что детство моё прошло недалеко от железной дороги, и мы с ребятами часто играли в такую игру. Услышав издалека, что приближается поезд, один из нас отворачивался и должен был определить на слух, сколько вагонов в составе. Другие смотрели на поезд, проходящий мимо нас, и считали вагоны. Я, практически, никогда не ошибался, - объяснил свою правоту Марк.

– Ты меня убедил, - сказал Генка, - подождём, понаблюдаем, может ещё раз проедет поезд-призрак. Странно всё это, конечно, но нас затем сюда и послали, в надежде, что мы найдём что-то необычное. Вначале это была тропа, потом каменные столбы с какими-то непонятными знаками, теперь вот эта штольня с загадочными звуками. Можно уже сказать, что наша экспедиция удалась. Не зря нас сюда послали.

У Генки сон пропал - он вёл тихий, неспешный разговор с Марком, выжидая время и прислушиваясь к звукам за стеной. В шестнадцать сорок две, по Генкиным часам, где-то в глубине за стеной послышался неясный шум. Генка схватил пустую кружку, приложил её к гладкой стене, а сам припал ухом к дну кружки. Шум постепенно нарастал, достиг своего апогея в шестнадцать часов сорок три минуты и начал удаляться. Марк тоже через кружку, прослушивал стену штольни.

– Точно, шесть вагонов! Ни больше, ни меньше, - вынес вердикт Марк.

– Интересно это всё, но самое обидное то, что мы не можем ничего увидеть. Что это за таинственная железная дорога в Антарктиде? Кто, куда и зачем по этой дороге ведёт поезда? Загадок всё больше, а ответов нет, - с тоской проговорил Генка.

– Снаружи непогода не утихает, по всей видимости, мы здесь застряли на какое-то время. Будем прислушиваться и фиксировать проходящие поезда, а что ещё делать? Может, определим, с какой частотой появляется этот загадочный шум, - предложил Марк, дальнейшие действия.

– Похоже, что так. Я бы не хотел сейчас оказаться снаружи. Делать нечего, будем сидеть, и ждать, пока погода не утихомириться, - согласился с Марком Генка.

Непогода заперла путешественников в штольне, почти на трое суток. За это время, исследователи установили, что звуки, напоминающие прохождение железнодорожного состава, появляются регулярно, один раз в час в дневное время и один раз в три часа, с двадцати одного часа до шести утра. На третьи сутки южный ветер стих, на небе не было ни одной тучки. Солнце играло в снежных вершинах западного хребта, где особо выделялась гора Джексон. Когда была низкая облачность, то гору не было видно, а сейчас она сияла во всей своей красоте. Загадочная штольня находилась как раз напротив горы Джексон. Генка решил не тратить больше времени, и продолжить дальнейший маршрут.