Чтение онлайн

Полуразум погрузился в поток речи, распространявшийся ниже узловой матрицы и одновременно – внутри нее. Пустотные щупальца, отправленные на предварительную разведку, вернулись с океаном информации. Без них полуразум потратил бы на сбор необходимых данных не один день. Теперь же он утвердился в своих предположениях, внеся лишь небольшие поправки. Грамматика в целом соответствовала миллионам других грамматик. Аналогии пролегали на такой глубине, что становились осмысленными едва ли не на поверхности.

Он переключил внимание на второй вид. Основным средством коммуникации здесь была хеморецепция плодовых тел, которыми обменивались растительные структуры. Разумные – да. Нагруженные значением – да. Но медлительные. Очень медлительные, глубже укоренившиеся в локальном биоме и зависимые от него сильнее, чем гласили данные пустотных щупалец. Казалось, они почти не сознавали, что происходит над уровнем почвы. Воздух оставался для них тайной, а пространство, звезды, вселенная были окутаны чем-то плотнее темноты.

Полуразум рекомендовал учитывать – по крайней мере, на начальной стадии колонизации, – только первый вид. Позже они смогут определить степень полезности других анджиинских организмов. Полуразум выдал координатору заключение. Каррикс поразмыслил и одобрил его.

В бункерах по всей планете все громче звучали голоса тревоги и страха. Лидеры государств, зон совместных интересов, сообществ связывались друг с другом в надежде, что события этого дня – не то, чем они кажутся. Каждый пытался переложить ответственность на других, но ни одному это не удавалось. К узлам и кораблям за ними полетели радиосигналы: «Назовите себя и объявите о своих намерениях», «Мы желаем мира, но способны защитить себя в случае провокации», «Немедленно отведите свои корабли во избежание последствий». Единства не было, но, если бы оно и было, Каррикса это не интересовало.

Военные базы, построенные местными группировками для защиты друг от друга, оживали, старые средства обороны спешно приспосабливались к новым обстоятельствам. Тихоходные бронемашины, скоростные воздушные корабли и малые мобильные города, предназначенные для поддержки военных усилий и грузоперевозок, рассыпались по равнинам самого большого материка планеты. В воздух поднимались бомбардировщики, истребители и дирижабли заграждения. Открывались ракетные шахты. Уходили под воду платформы подводного пуска. Сильные мира сего бежали в укрытия или одевались в мундиры, чтобы лучше выглядеть в исторический момент контакта. Хаос этого дня выдавал глубинную беспорядочность организма, хотя и был интересен в определенном отношении. Карриксы вышли за пределы обозначенного срока, чтобы понаблюдать за этим миром в его естественном состоянии, прежде чем менять его.

В плотные нижние слои атмосферы поднялись несколько ракет. Хвосты раскаленного газа и дыма показывали, как трудно им двигаться, наперекор тяготению, к матрице узлов. Они взлетели из Ондоска, Ирвиана, Даяна и Соладана – давние соперники наконец достигли согласия, когда в этом уже не было смысла.

Каррикс выждал столько, сколько счел нужным, и обезоружил агрессивные ракеты разрядами с узлов – стрелы молний, ударивших с заоблачной высоты. Одна ракета испустила облако ядерного взрыва, но большая часть бессильно упала или дала обычную химическую детонацию. За несколько секунд узлы медленно, методично выявили места пуска ракет и другие подобные сооружения на всей планете, после чего уничтожили их. Сгорели несколько городов и военных баз. Это еще не было атакой – так певец прочищает горло перед песней.

Полуразум уведомил координатора, что закончил перевод и готов выдать сообщение.

В переводе на человеческие языки это сообщение сводилось к чему-то вроде «сломаем ногу». Карриксу эта идиома была чужда, зато он понимал стоявшую за ней логику: социальное доминирование устанавливается при помощи сокрушительного акта насилия. Узловая матрица полностью переключилась на поверхность планеты, фиксируя положение всех представителей первого вида: сосредоточенных в больших городах, рассеянных по сельской местности и даже редких индивидуумов, избравших одиночество в силу непостижимых и неинтересных для Каррикса причин.

Узлы выявили температурные диапазоны, электрические сигналы нервных систем, тонкие изменения концентрации газов при дыхании, десятки других признаков и меток, позволявших узнать одного среди множества других. Три миллиарда шестьсот семьдесят миллионов восемьсот шестьдесят две тысячи пятьсот тридцать три – и еще двести семнадцать неопределенных сигналов.

Бесстрастная машинная логика разделила вид на две смешанные популяции, а их, в свою очередь, – на подгруппы. В абстрактном неразуме узловой матрицы было принято решение, выделена одна из восьми групп. Полуразум потратил целых несколько минут на окончательное уточнение и подготовку. Узлы получили приказ, и каждому назначили цель для выбраковки.

Бронзовые оболочки ста тысяч узлов раздвинулись, оттуда вышли белые полупрозрачные тела, которые развернулись в атмосфере и отрастили себе кости из углерода и кремния. То были безымянные квазиорганизмы, созданные лишь для того, чтобы исполнить свою задачу и умереть. Огромные, дрожащие, они боролись с ветрами разреженных слоев атмосферы, выжигая питавшие их длинные углеродные цепочки, потом раскрыли мембраны, придали им устойчивость и обратились к полуразуму с чем-то вроде благоговейной преданности. Повинуясь ему, они задрожали – рябь на их поверхности гармонизировалась у поверхности планеты, распространяя в воздухе колебания отчетливого, не дававшего эха голоса.

Будущее надвинулось на обитателей Анджиина – незримо, со скоростью звука. «Вы, каждый в отдельности и все вместе, находитесь под властью Каррикса. Вы были измерены, и сейчас определяется ваше место в долях…»

8

Первые разрывы донеслись от военной базы, располагавшейся к югу от комплекса. В доме Ньола, за толстыми терракотовыми стенами, они казались далекими раскатами грома. За ними последовали тревожные сигналы и сирены. Над базой поднимался густой белый дым. Ньол не знал, атака это или авария. Не исключено, что кто-то с перепугу задействовал давно не использовавшуюся систему и допустил ошибку.

Но разрывы стали доноситься и из других мест; пришлось признать, что это атака. Ответная, поскольку их войска начали первыми, и все же атака. Ньола это огорчило. Он считал эскалацию несвоевременной, но его никто не спрашивал.

Илси Янин смотрела на него через коммутатор домашней системы. Глаза у нее были чуть круглее обычного, щеки горели, но голос звучал уверенно и твердо.

– Это в полуподвале моей сферы. Она укреплена. Тоннер с Кампаром добудут питьевую воду. Иринна…

Система зависла, Илси застыла с приоткрытым ртом, с полусомкнутыми веками – моргала. Каналы связи были перегружены. А как иначе? Ньол ждал.

– Для всей команды, но если вы доберетесь сейчас же…

– Понял, – сказал он, что в целом было правдой. Илси с Тоннером заготовили для него и Синнии нору, на случай, если дела пойдут так плохо, что понадобится укрепленное помещение в полуподвале, но не настолько плохо, чтобы не спасло и оно. Учитывая мощь атакующего флота и предполагаемый уровень технического развития пришельцев, промежуток между этими двумя состояниями выглядел невероятно узким. И все-таки о них проявили заботу.

– Я поговорю с Синнией.