Чтение онлайн

– Привет! – звонко здоровается она с нами.

– Привет! – отвечаем мы с Мишей почти одновременно.

– Давайте играть! – девочка пускается бегом в нашу сторону, но выпорхнувшие из-под ног разноцветные бабочки отвлекают ее, и вот она уже носится с радостными криками за ними.

Мы продолжаем идти дальше и видим, как в очередном прыжке ребенок отрывается от земли и взлетает в воздух. Восторженно визжа, она носится за бабочками и мелкими верткими птичками, возникшими из ниоткуда. Это уже моя работа: ей будет интереснее гоняться за пичугами, чем за медленными бабочками.

Миша продолжает плести, меняя реальность, и мы минуем сон девочки. Река становится быстрее, ее русло сужается до нескольких десятков метров. Мы идем по дороге с каким-то твердым покрытием, но не с асфальтом. На скамейке сидит мужчина в твидовом пиджаке и читает газету. Когда мы проходим мимо, он лишь бросает на нас короткий взгляд из-под странного головного убора и снова возвращается к чтению.

Река сужается еще больше, и сейчас она выглядит беспокойнее. Стремительное течение несет воду по перекатам и создает много шума. Из воды выпрыгивают рыбины, чьи серебристые тела сверкают в лучах солнца. Воздух свежий, а легкий ветер добрасывает до нас редкие капли. Показывается мост, крутой аркой перекинутый на противоположный берег. Мы переходим по нему над пенным бурным потоком и ступаем на дорогу из желтого кирпича. Небо приобретает лиловый оттенок, а солнце прячется за высокими белыми облаками. Фиолетовые кусты с синими ягодами стоят сплошной стеной по обеим сторонам дороги, а в воздухе приятно пахнет жасмином. Я не отвлекаю Мишу разговорами, понимая, что он сейчас полностью занят изменением реальности. Да и, честно говоря, особо нечего выспрашивать о его странных снах. Мне самому две ночи подряд снилась незнакомая молодая женщина с цифрой на лбу, поэтому из рассказа друга я понял больше, чем он поведал.

Растительность вдоль дороги исчезает и открывает обширное пространство разбитых на ровные квадраты полей. Впереди показываются остроконечные круглые крыши небольших белых домов. Дорога из желтого кирпича ведет сквозь поселение, в котором живут невысокие люди. Они провожают нас настороженными взглядами из распахнутых круглых окон. Те, кто встречается нам по дороге, с опаской отходят в сторону и все время что-то жуют, а на их остроконечных голубых шляпах тихо позвякивают серебряные колокольчики. За несколько минут мы проходим небольшое поселение насквозь, но так и не встречаем по пути ни Элли, ни Тотошку.

Небо становится голубым. Где-то позади нас появляется солнце, и из-под ног вытягиваются тени. Обычная тропинка заводит в неглубокий овраг, на склонах которого растут густые кусты. Мы спускаемся и проходим по его дну, а когда поднимаемся, то упираемся в сплошную стену из деревьев, под кронами которых царит сумрак. Воздух становится влажным и наполняется множеством новых звуков: жужжанием, стрекотом, щелканьем насекомых разных размеров и расцветок.

– Уже скоро, – произносит Миша, чуть повернув в мою сторону голову.

– Подожди немного, – останавливаю его.

– Что такое?

– Я подготовлюсь, – говорю, – и тебе советую.

– Подготовишься? – моргает Миша.

Я не отвечаю. Снимаю тенниску и одеваю вместо нее рубашку с длинным рукавом. Потом «достаю» легкий бронежилет, протягиваю его через голову и липучками фиксирую по бокам. Надеваю наколенники и налокотники, чтобы предохранить суставы от возможных травм. Осматриваю шнуровку на высоких ботинках. Привычным движением проверяю наличие пистолета в набедренной кобуре. В последнюю очередь надеваю легкий углепластиковый шлем, каким обычно велосипедисты защищают голову. Завершая приготовления, надеваю тактические пластиковые очки. Миша наблюдает за мной с плохо скрываемым удивлением.

– Ты всегда так… готовишься? – спрашивает он, запнувшись на последнем слове.

– Всегда, – киваю ему. – Это всего лишь меры предосторожности.

– И бронежилет? – недоумевает он.

– Конечно.

– Но зачем? Кто в тебя будет стрелять?

– Ты должен знать, что он предназначен не только для защиты от пуль. Осколки, холодное оружие, стрелы, дротики и камни, брошенные умелой рукой, могут нанести серьезные травмы и ранения. Поэтому использовать его совсем не лишне. Всегда.

– Теперь я понимаю, почему тебя так называют, – бормочет он. – Ты просто помешан на всем, что связано с оружием. И вообще у тебя такой вид, будто ты на войну собрался.

– Миша, – говорю ему настоятельно, – запомни одну простую вещь: для нас, Плетущих, не бывает безопасных снов. Мы не обычные люди и можем, как ты должен знать, погибнуть во сне. Защитный механизм у обычных людей сработает и выбросит сознание из смертельно опасной ситуации в самый последний момент. У нас этот механизм отсутствует, поэтому, если справиться с ситуацией не в наших силах, мы уходим из сна. Хотя подобное случается крайне редко. Но все равно лучше обезопасить себя даже от случайных травм. Если ты, например, сломаешь ногу или вывихнешь ее из-за того, что на тебе вместо таких ботинок, – киваю на свои ноги, – сандалии или туфли, будешь вынужден покинуть сон, чтобы избавиться от травм. Так не лучше ли заранее исключить подобные возможности и избавить себя от недоразумений, тем более что я описал сейчас не самый худший вариант?

– Ну да, наверное, – задумчиво тянет он. – Просто я раньше никогда об этом всерьез не задумывался.

– Надеюсь, ты сделаешь правильные выводы.

– Постараюсь.

У него уходит гораздо больше времени на то, чтобы облачиться в бронежилет, но от кроссовок он так и не отказывается. А я с веселым удивлением гляжу, как он «достает» металлическую каску армейского образца и с хмурым видом напяливает ее на голову.

– Сейчас именно ты выглядишь так, словно на войну собрался, – не могу сдержать улыбки. – Зачем тебе эта железяка? Она тяжелая, и у тебя уже через полчаса начнет ныть и болеть шея. А бронежилет? Это штурмовой экземпляр, предназначенный для защиты от автоматных и винтовочных пуль.

– Ты сам сказал, что лучше заранее защитить себя, – мрачно бросает Миша.

– Верно, но не следует доводить это стремление до абсурда. Снимай эту дурацкую каску и бронежилет.

Он раздраженно поджимает губы, но без лишних слов делает, как я говорю.

– Вряд ли мы будем участвовать в перестрелке, но, даже если так, не следует натягивать тяжелый армейский «броник». Вот, погляди, – я демонстрирую ему свой и вытягиваю из нагрудного отсека титановый лист, защищающий корпус спереди. – Видишь, какой он толщины? Подготовь таких два: на спину и на грудь.

Спустя минуту Миша держит их в руках и по моему кивку отдает мне.

– Теперь сам жилет. Сделай его короче, чтобы он доставал только до пояса. Давай.

Совсем скоро на моем друге сидит совсем другой бронежилет, а не тот, что он надел в начале.

– Ну как, легче? – спрашиваю его.

– Гораздо, – довольно кивает Миша. – А почему твой так странно поблескивает? Что это за ткань?

– Это не ткань.

– Не ткань? – удивляется.

– Это паучья нить.

Миша недоуменно глядит на меня.

– Если ты не знал, паучья нить считается самой прочной и в то же время самой легкой из всех известных.

– Не знал… А она не липнет?

– Это же не паутина, – улыбаюсь я. – Сама по себе нить не липнет, таковой ее делают множество шариков слюны, которые паук на ней оставляет.

– Понятно… Можешь показать ее структуру?

– Конечно, но не сейчас… Теперь наколенники и налокотники. Подготовь их.

– Из какого материала?

– Сделай их обычными, войлочными, а после я тебе покажу структуру материала, который использую сам.