Чтение онлайн

Аня прикрыла рот ладонью, едва сдерживая подступающий смех.

– А-а-а, вы сговорились против меня, да? – понимающе закивал Билан. – Сначала одна Полька на меня обижалась, теперь еще вы вдвоем к ней присоединились. Отличненько. Тогда, Поль, я поехал, ладно?

– Куда? – глаза певицы округлились от удивления, она подскочила с места.

– Ну-у, вообще собирался остаток дня провести с тобой, а теперь в компании самого себя, – он пожал плечами и, развернувшись на пятках, уже собирался выйти из кухни, как его остановила холодная женская рука. Почувствовав прикосновение Пелагеи, Дима хитро улыбнулся и, придав своему лицу как можно больше удивления и равнодушия, обернулся. – Что такое, Полюш?..

– Поехали, – Поля улыбнулась уголками губ и, вытерев руки полотенцем, вышла из кухни.

Нина Дмитриевна довольно переглянулась с младшей дочерью. «Все-таки жениха и невесту за километр видно!» – обрадованно заключила женщина, вновь принявшись за покраску яиц.

У подножия прозрачного чистого пруда раскинулся довольно большой теплый плед, укрытый от палящего солнца тенью деревьев, которые раскинулись по всему лесу. На плед легла корзинка с какими-то вкусностями, груда бутылок с водой и пляжный зонт. Все на месте. Дима и Поля, крепко взявшись за руки, гуляли по окрестностям, наслаждаясь прохладой природы. Здесь было практически так же хорошо, как и в детстве. Эта невероятная тишина завораживала: идея привести сюда Пелагею засела в его голове достаточно давно, вот только повода никак не было. В этом месте можно побыть вдвоем и отдохнуть от шумной столицы, работы или прочей ерунды.

– Ты со мной все еще не разговариваешь, да?..

Поля слабо улыбнулась и, отпустив Димину руку, направилась к пруду.

– Пелагея! Ну постой же! Хотя бы поговори со мной.

Она обернулась. Глаза излучали невероятное тепло и нежность, а на лице проступала лучезарная улыбка.

– Иногда поступки говорят громче слов, Дим. Так громко, что невозможно не услышать.

– Вот именно, Полюш, – он подошел и обнял ее со спины. – Посмотри, сколько всего я понаделал, чтобы тебе показать всю эту красоту, – Дима схватил Полю за руку и потащил за собой к покрывалу с корзинкой продуктов. – Смотри – плед! Мы в детстве с сестрами прыгали по нему, а теперь он лежит под этим деревом! Вот еще зонтик с семью гномами! – он, словно сумасшедший экскурсовод, тащил девушку от одного «экспоната» к другому. – Мы обожали этот мультик, а мама тогда нас знаешь как звала? Ворчун, Соня и Простачок! Угадай, кто был я, а кто мои сестры?

– Ты ворчун, – она улыбнулась.

– Да-а, я был Ворчуном и из-за этого постоянно обижался на маму, а папа на это лишь смеялся! Кстати, этот зонт мне сегодня шмякнулся на голову, когда я возился в кладовке в поисках всех этих воспоминаний.

Поняв, что рассказы возымели нужный эффект, Дима широко улыбнулся и попытался притянуть к себе Полю для поцелуя. Однако он забыл, с кем имеет дело: эта девушка так легко никогда не подавалась. Мужчина и сам не понял, что произошло в следующую секунду: кажется, его оттолкнули, и он, стоя спиной к лесному пруду, не удержал равновесие. Так или иначе Дима с громким всплеском шлепнулся в воду. Охлаждающий эффект был настолько неожиданным, что певец совершенно утратил самообладание. Часть воды выплеснулась на траву, брюки мгновенно промокли от пояса до колен, а футболка полностью погрузилась в воду.

И тут он услышал ее смех, громкий, искренний. Пелагея хохотала, обхватив руками живот, покачиваясь на месте и время от времени запрокидывая голову. Она была такой... честной и неприкрытой, словно лишенной маскирующей оболочки. Но самое удивительное – он влюблялся в нее все больше и больше. Поля была похожа на ребенка: непосредственная и смешная. Билан мгновенно выскочил из пруда: мокрый, взъерошенный и... счастливый.

– Смешно тебе? Смешно, да?

Поля испуганно попятилась назад, но тот уже подскочил к ней, схватил и, не дав ни секунды на осознание происходящего, крепко-крепко обнял.

– Ты мокрый, уйди! – попыталась выбраться из его объятий девушка.

– Не-а, из-за тебя я упал в этот пруд, а теперь ты будешь работать моей грелкой!

– Прекрати-и! – протянула она, легонько стукнув его кулачками в грудь.

– Радуйся, что ты беременна и отмазалась от купания в пруду таким вот легким способом!

Она извивалась, пытаясь выбраться из Диминых рук, но он прижимался к ней крепко, не давая пошевелиться. Поля вцепилась пальцами в мокрую футболку мужчины, если оттолкнуть его не получилось, то певица сама попятилась назад, а он следом, их лица оказались на опасно близком расстоянии. После долгого, изучающего определенные черты лица взгляда, вновь ощущая его уверенные собственнические объятия и желание поцеловать, Пелагея летела с высоты в пропасть. Но было уже все равно. Нет, не так. Ей это нравилось – самое лучшее ощущение на свете. Хотя на другом краю сознания возникали пугающие очертания мыслей: если она его поцелует и ничего не почувствует, то все иллюзии вмиг развеются. Поля сойдет с ума, ведь такой теплой дружбы уже не будет. Она сама уже не будет прежней Полей. Никогда.

– Дим... – нарушила она затянувшуюся паузу, брыкания в мужских руках тоже давно прекратились.

Молодой человек внимательно посмотрел на нее, на лице отразилось изумление, через миг сменившееся широкой улыбкой.

– Что?..

– Мне холодно, может, отпустишь?.. – жалобно попросила Пелагея, почувствовав, как дышать становиться легче, а хватка Диминых рук заметно ослабла. – Спасибо, – она благодарно улыбнулась и, встав на носочки, поцеловала Диму в уголок губ.

– Попробуй это печенье, – Пелагея томно взмахнула пушистыми ресницами, – оно очень вкусное! Нам с Мией понравилось, – молодые люди сидели около пруда, Дима обнял девушку, а она, откинув голову назад, смотрела на чистое небо, лишь изредка встречаясь глазами с мужчиной.

Расположившись поудобнее, Дима и Поля разговаривали обо всем на свете: начиная вчерашним приездом в дом родителей Билана, заканчивая сегодняшним пикником. Пелагея призналась, что очень скучала по маме Нине, и за эти четыре года в их жизни, на ее взгляд, практически ничего не изменилось. А Билан начал беспокоиться: вдруг во время столь близкого общения мама проговорилась Диминой “невесте” о свадьбе, о которой и речи никогда не было. Ну, раз Поля еще не стерла своего друга в порошок, значит, Нина Дмитриевна ничего не спрашивала и ничего не говорила. Мужчине не хотелось обманывать возлюбленную, но и сказать правду он тоже не решался. Хуже всего было то, что Дима понимал: когда ложь раскроется, Пелагея и видеть его не захочет.

– ...Значит, ты постоянно, когда обижался на родителей, убегал сюда?..

– Да, – он кивнул, широко улыбнувшись. – Мне было четыре года, когда я вместе с Ленкой, старшей сестрой, нашел это место. Здесь я провел практически все грустные и веселые моменты своей жизни: обижался на маму или папу, а потом, посидев немного под этим деревом, успокаивался и шел просить прощения. Искал какого-то вдохновения, ответы на определенные вопросы, а теперь сижу здесь с тобой.

Пелагея тепло улыбнулась, погладив свой живот.

– Здесь очень красиво, – продолжила изумляться она. – Дим, а знаешь... Сегодня Аня мне призналась, что я понравилась тебе еще тогда, когда мы только познакомились. Она сказала, что ты не мог отвести от меня глаз, когда я появилась у Полины, что я была словно ангел, посланный с небес, в облике человека, – проговорив это, Поля покрылась алым румянцем. – Это правда?..

Забыв на минуту о своих воспоминаниях, Билан улыбнулся девушке.

– Это правда. Я втайне мечтал подружиться с тобой, узнать тебя поближе, а когда ты стала проявлять знаки внимания другому приглашенному гостю, то я очень страдал, а когда мы поругались на целых четыре года...

– Теперь все разрешилось благополучно, – перебила Пелагея, – и я на седьмом небе от счастья!

Ее лицо осветилось, но через мгновение на него снова нашла тень.

– Мне так стыдно... – проговорила она, – ведь я выдала Анину и твою тайну. Интересно, почему она решила мне обо всем рассказать? Мы ведь и близкими-то подругами никогда не были...

Тут Дима невольно сделал тяжелый вздох, потому что вспомнил, что все в родительском доме думают о свадьбе, вот поэтому и раскрывают некоторые секреты, касающиеся их с Полей отношений. А зачем что-то скрывать от девушки, которая вскоре станет Диминой женой и родит ему ребенка?.. Однако сейчас не хотелось ничего объяснять, говорить, ворошить то, что пока не беспокоит. И мужчина решил промолчать. Взглянув на Пелагею, он заметил, что та отрешенно глядит на лесной пруд.