Чтение онлайн

– Дим, а что ты будешь рисовать? – спросил мальчик.

– Не знаю, что-нибудь да получится, – пожал плечами Билан.

Молодой человек набрал кисточкой немного белой краски, осторожно нарисовал на чуть выше середины Полиного живота небольшой овал.

– Димка, щекотно! – рассмеялась Пелагея.

– Поль, ну, не крутись, размажешь ведь все! – возмутился Дима, набирая еще краску на кисточку и рисуя точно такой же овал рядом с первым. – Так, пусть сохнет, а потом нанесем черную краску.

Мужчина нарисовал сделал небольшую черную точку, и, дождавшись, когда краска высохнет, в уголке внутри сделал белый кружочек. Вокруг белых овалов, Дима нарисовал черный контур, а внутри маленькие овалы – зрачки и бровки над глазами.

– Дим, а что это? – внимательно смотря на получившийся рисунок, поинтересовалась девушка.

– Это смайлик. Теперь нужен рот.

На часах было девять, когда Пелагея, Дима и Ондрик сидели разукрашенные с ног до головы, а в телефоне память от новых фотографий была переполнена.

– Ну, почему на вас так мало места? – разочарованно спросила девушка, опуская кисть воду, тщательно промывая ее. – Я еще хочу рисовать!

– Поль, у нас еще есть мамы и папа, поэтому рисуй сколько влезет! – усмехнулся мужчина и взял с баночки кисть. – Ты со мной?

Поля обрадованно кивнула. Хитро переглянувшись, молодые люди встали с дивана и направились к женщинам.

– Э-эй, нет, дорогие мои, – протянула Нина Дмитриевна, увидев две хитрые мордашки, что-то прячущие за своими спинами. – Идите Феликса обрисовывайте!

– Ну, мамочки наши любимые, ну, мы совсем немножко, – прохныкала Пелагея, обнимая Светлану Геннадьевну за шею, отдавая Диме свою кисточку. – Пожа-а-а-алуйста-а!

– Поль, скоро Гагарина придет, вот на ней и порисуете, – улыбнулась Ханова-старшая.

– Поль, а когда мама придет? – растерянно спросил Андрей, обеспокоенный долгим отсутствием матери. – Вдруг с ней что-то случилось? А если на нее напали? – в уголках его глаз начали собираться слезки, а губы предательски задрожали.

– Андрюш, – ласково произнесла Поля, обняв крестника. – Ну, чего ты себе там напридумывал?

– Ну, где она?

– А вот давай сейчас Дима пойдет и поищет ее, хорошо? Да, Димон?

– Да, уже иду. Андрюх, давай нос кверху! – начиная обуваться, сказал Билан. Но не успел певец переступить порог дома, как пропажа нашлась сама. В дверях стояла Полина, кутаясь в вязаную кофту, по щекам были размазанные черные разводы туши.

– Мама! – сквозь слезы радостно крикнул Ондрик и налетел на девушку с крепкими объятиями. – Ты где так долго была?

– Ондрик, ну, ты чего? – улыбнулась Полина, смахивая слезы сына. – Я подругу встретила и, как всегда, заболталась.

– А почему у тебя тушь размазана? Ты плакала?

– Нет, сынуль. Просто соринка в лаз попала, а я растерла. Котен, ты можешь мне воды налить?

– Да, конечно, сейчас, – воодушевился мальчик и убежал на кухню.

– А теперь правду: где ты была? – к подруге подошла Поля, нежно поглаживая ее по руке. – Что случилось?

– Поль, нам нужно завтра вернуться домой. Я с Димой поругалась…

Комментарий к Глава 68. Летний день Приветствую критику только в мягкой форме, укажите все недостатки работы.

p.s Сегодня, может быть, будет еще одна глава.

====== Глава 69. Попробуй почувствуй ======

Пелагея сидела на низком табурете перед деревянным трюмо, стоявшим в спальне. Она столько времени прожила в этом доме и только сейчас начала задумываться о том, что когда-то здесь, на ее месте, сидела другая женщина. Наверное, Вика тоже смотрелась в это зеркало, жила в этой комнате, спала в одной кровати с хозяином дома. Нет, Поля знала, точно была уверена и знала, что Виктория прожила здесь достаточное количество времени, что теперь каждый уголок этого коттеджа сохранил о ней воспоминание. Возможно, Дима временами вспоминает о своей бывшей девушке, думает, какими они были счастливыми до появления в их жизни Пелагеи, которая разрушила прошлое счастье. Правильно говорят, что на чужом несчастье счастья не построишь. Так и получилось. Поля, признавшись сама себе в своих чувствах, смогла открыть сердце для этого мужчины, но с того момента, как Дима обещал ждать и не давить, прошло достаточно много времени. Чувства могли угаснуть, правильно (?), если они не проявляются уже несколько дней и недель. В чем виновата лампа, если в нее забыли подлить масла? Поля не ответила Билану взаимностью, когда это действительно было нужно, а теперь она обычная подруга, которая подарит ему ребенка. В скором времени, Пелагея была уверена, она не будет нечем отличаться от остальных Диминых близких друзей женского пола. И только малышка станет единственной тоненькой ниточкой, которая свяжет их. Что будет дальше, девушка не знала. Оставалось только гадать, как сложится их жизнь после рождении дочери. Может, они станут еще ближе, чем прежде, а может, и вовсе перестанут поддерживать дружеские, хотя бы дружеские, отношения. А все эти девушки, которые вызывают в Полиной душе неимоверную ревность... Наверное, раньше она бы порадовалась, что Дима может связать свою жизнь с поистине хорошей особой, которая подарит ему счастье, а не будет выносить мозги постоянными упреками и капризами. Но теперь Поля боялась представить, что Билан может спешить вечерами к другой, может любить кого-то другого больше, чем ее. Вот и сейчас, сидя перед зеркалом и подбирая украшения, Пелагея то и дело возвращалась к своим неприятным соперницам.

Раздался легкий стук в дверь, и через мгновение в спальню вошел Дима, одетый в белую рубашку и темно-синий костюм, держа в руках галстук. Вид у него был таинственный, и молодой человек явно что-то прятал за своей спиной. Поля приветственно улыбнулась Билану через зеркало.

– Я выгнал машину из гаража, можем ехать, – сообщил он.

Девушка согласно кивнула, улыбнувшись уголками губ.

– А Яна? – осторожно спросила она. – Они с Женей едут на Анин праздник? Если честно, я до сих пор не понимаю, почему меня пригласили вместе с тобой, – Поля смущенно улыбнулась, пожав плечами. – Я ведь из вашей компании практически никого не знаю...

– Ты знаешь и именинницу, и Черного, и меня, и Янку с Женькой, – пояснил Дима. – Тебе мало знакомых, что ли? Не переживай ты так, я тебе заскучать точно не дам, – он посмотрел на блондинку и не увидел на ее лице ни малейшего намека на печаль по поводу сегодняшнего праздника. Это не могло не радовать Билана, и он снова обрел добродушный вид.

– А что ты там прячешь? – полубоком присела Пелагея, пытаясь высмотреть, что находится у молодого человека за спиной. – Опять какие-то тайны и секреты?

– У меня кое-что есть для моего телепузика, – сказал Дима и улыбнулся в предвкушении, вынимая из-за спины руку, которая держала черный футляр. Поля заметно оживилась, в ее глазах отразилось любопытство и радость. – Это для тебя, – он раскрыл футляр, и взору беременной открылось удивительно красивое украшение, напоминавшее нанизанные на нить лепестки роз.

– Какая прелесть... – восхищенно прошептала она.

– Все самое лучшее для моей подруги Пелагеи!

Девушка благодарно улыбнулась, ощутив, как эта “подруга” больно режет по ушам. О какой она тут взаимной любви мечтает, когда ее считают просто хорошим другом. Взяв украшение с футляра, Поля приложила его к изящной шее, примеряя подарок. В уголках глаз непроизвольно начали собираться слезки, и она опустила голову, дабы их не заметил Дима и не испортился макияж.

– Поможешь застегнуть? – подрагивающим голосом спросила Пелагея.

Дима кивнул и переложил распущенные волосы на одно плечо, осторожно застегивая застежку. Казалось, что он специально тянет время, что он пытается продлить этот момент. Эти невесомые прикосновения отдавались бешеным ритмом в Полином сердце, по коже моментально пробежались тысячи мурашек, и Билан заметил их, самодовольно улыбнувшись. Как же хотелось прикоснуться к нежной чувствительной коже губами, но нельзя. Мужчина дал слово, сказал, что не будет давить, дождется взаимности, поэтому теперь, несмотря на желания, спрятанные в глубине души, должен сдерживать свое слово, должен выполнять обещание. Передернув плечом и бросив последний взгляд на свое отражение в зеркале, Пелагея встала с табуретки и, взяв из Диминых рук галстук, начала его осторожно завязывать. Когда с галстуком было покончено, девушка наклонилась к его уху и еле слышно произнесла: