Чтение онлайн

– -Тебя даже Андрюша не волнуют мое хотение, желание бросить торговлю наркотой. Закончить с прошлым, начать новую жизнь,--мои глаза наполняются слезами, но я перемогаю наплыв искренних чувств.
– - Вы все решили! Нет, выражусь четче, приговорили, печать, подпись, приговор обжалованию не подлежит. Правильно?—завожусь эмоционально по полной.

Колошенко видит мой моральный исход.

– -Ладно, хрен с тобой,--сдается он.-- Хочешь горькую правду? Хорошо,— он словно скидывает тяжелый груз со спины, который доволок, как мог до назначенного пункта. Сбросив тяжеленную ношу оземь с облегчением глубоко вдохнул-выдохнул.

Андрей присев и откинувшись на спинку стула, кладет ногу на ногу, прищурившись, разглядывает рисунок на стене пожухлых зеленых обоев. Изображение похоже на детское творчество. Лист формата А-4 выцветшей бумаги, краски картинки потускнели под напором одного или двух временных десятелетий, не разобрать кто или что на рисунке.

– -Ты абсолютно прав,--Антон делает гримасу то ли задумчивую, то ли брезгливою.-- У нас другие намерения в отношении тебя!

– -Не понял?--вставляю я.

– -Сейчас растолкую Антош,-- он устремляет колкий, пристальный взгляд на меня,--ты же умный парень, хитрый, деловой. Вон, каких высот добился, даже не сидел никогда. Безнаказанно бродишь по белу свету. Когда твои коллеги уже по две ходки на зону сделали за барыжничество наркотой, -- испытывающе взирает он, словно требует разъяснений по этому факту.

Концовка «даже не сидел никогда» больно застревает у меня в ушах. Крутит заевшей пластинкой в голове.

– -Короче Антош!-- угрожающе резюмирует опер.-- Отныне мы твои партнеры, «крыша», смысл думаю понятен. Доля в бизнесе поровну! Наша прерогатива безопасность бизнеса, легализация денежных средств. Твоя стихия поставки и продажами «экстази», карт-бланш в этом направлении, мы не лезем.

– -В конце скажу одно, партнер!--Колошенко подходит ко мне, кладет ладонь на плечо. От касания меня обдает холодом, по телу пробегает не шуточный мандраж.

– - Ангела или обиженного из себя не строй,--он убирает руку, прохаживается по комнате, закуривает сигарету.

– - Сажать в тюрягу такого или убивать, смысла нет,--философствует он.-- Место пусто не бывает. Придут другие барыги. Антон Кнутиков сегодняшнего дня-это основной наркотрафик в Россию «экстази», ЛСД, амфетаминов,--скашливает он.
– - Далее по списку.

Мы не в состоянии регулировать и контролировать наркооборот в стране. Наркотики не победить в нынешней экономической и политической ситуации. Былые возможности перекрыть лазы поставок улетучились. Рыночная Россия просит иных форм борьбы с наркоторговлей. Для народонаселения трудимся!--давит омерзительную улыбку Колошенко.

– -Когда то я уже слышал о ваших новшествах,--глумлюсь по полной программе над опером. Чревато. Но мне уже пофиг.-- Оказывается вы гуманисты!

– - За людей переживаете? Деньги с продажи наркоты очевидно в детские дома перечислите?-- неистово хохочу.

Андрей круто взбешен и всерьез негодует.

– -Кнутиков! – рвет горло он.--Тебя не должно волновать, куда мы заработанные деньги направим. Повторю!
– - уже успокоившись,-- Мы не лезем друг другу в карман. Достал!!!

Он слышно затягивается сигаретой. Льет водку в стакан, опрокидывает в себя спиртное. Минуты две мы сидим в полнейшей тишине. Одиноко тикают настенные часы.

Молчание разом прерывает Андрей.

– -Да либо нет,--ставит перед выбором Колошенко,-- определяйся.

– -Смысл думаю, ты понял моего предложения?—он ожидающе смотрит на меня.

– - Дальше воздух гонять бессмысленно. Если есть вопросы, то спрашивай. Может что- то не устраивает в моем деловом предложении?
– - как то озадаченно узнает он.

– -Меня вы не устраиваете!--не колеблясь, кидаю ответ.

– Ха, ха Антон! –гадко кривит физиономию Колошенко.-- Рылом не сошли для тебя? А? Бандюги милее? Антош?—пускает очередь вопросов по мне оперативник.

– -Бандиты? Чем вы отличаетесь от них? Позволь спросить! Формой одежды, содержание то-же самое! Тем более…

– -Ладно, кончай философ!—экстренно тормозит меня Колошенко.

Он тушит сигарету о крышку стола с отпечатками выкуренных и затушенных ранее сигарет. Бросает окурок на пол.

– - Отвечай на вопрос,--грубо требует он.

– -Ты умолчал Андрюш. Если я откажусь?

– -Если нет?--он рисует на лице, что впадает в раздумье.
– - Эх, Антон, Антон!—разочарованно выпучив глаза, глядит на меня-- я считал тебя толковым парнем. Окей. Пора кончать с лирикой, переваливаемся на конкретику, беседуем по существу.

– -Как говаривал вождь всех времен и народов, наимудрейший товарищ Сталин:--«У нас не заменимых нет»!—непринужденно, прозаично извещает Колошенко.
– -Замену тебе давно подыскали. Бович! Дружбан твой неразлучный и компаньон по криминалу! Сдал он тебя с потрохами,--он широко разводит руки по сторонам, вытягивает лицо, хлопает глазами.—Ничего нет подковырестого в предательстве компаньона, все вы барыги одинаковы.

Колошенко сосредоточенно глядит за реакцией пациента. Я внешне держусь, выказывая всем нутром неверие к апокалипсическим откровениям мента.

– - Бович сговорчивей тебя,--весело молвит Колошенко,--согласный он уже.

Опер морально давит, прижимая, словно пойманную блоху ногтем. Он неторопливо опускает в ужасный итог вследствие моего отказа от сотрудничества с ментами.

– -С тобой порешаем мужик,--опять противно ухмыляется Колошенко.

– - Мер остудить твой пыл несговорчивости море. Включая мероприятия перечисленные тобой. Тюрьма, например, которую ты ссышь парень как черта из ада,--он склоняет набок голову, глазами шарит по мне, точно ищет кнопку, нажав которую я скоро соглашусь.

Ну, че Антош? Как ты там базарил? В кошки мышки рубиться будем или ты на чистоту ответишь с нами или…?

– - Не сомневался в вашей прыти,--выдержанно удостоверяю.

Мне расклад переговоров ясен. Колошенко заведомо явился на встречу, уже определившись с подельниками, кем и на каких условиях внедряют меня в процесс продаж препаратов. Выход один. Безоговорочно подписаться под условия выдвинутые ментом. Похерить давно лелеемые мечты вне наркотиков. Нет! Я свыше меры, сполна перенес, чтобы заполучить бонусом тихую гавань в моей последующей жизни. С целью вылезти из поруки наркоторговли я даже пошел на убийство человека.