Чтение онлайн

Он берет телевизионный пульт. Щелкает кнопку, телевизор стоящий на тумбочке быстро вспыхивает цветной картинкой. Экран транслирует рекламу товаров народного потребления. Смотрю ролики об услугах населению, потребительских свойствах товаров. Шоколад «Mars», банковские вклады, прокладки гигиенические, автомобили «Лада», приучают телезрителей к комфортной, беззаботной житухе. Реклама скоротечно уступает голубой экран криминальным новостям за минувший день. Мираков натренированно стучит по печатной, пишущей машинке «Смит Корона». Полноватый, непричесанный телеведущий, к тому же видимо с большого бодуна зачитывает сводку свежих преступлений. Текстовку в меру дозируют документальными сюжетами. Бытовая разборка двух алкоголиков закончилась поножовщиной, крупная автомобильная авария на улице Люсиновская, взлом квартиры, какого то «нового русского», заказное убийство банкира. Ведущий, подгоняемый похмельем, скоротечно заканчивает доклад. Важное сообщение со знаком молния прерывает прощание телевизионщика со зрителями. Он нехотя озвучивает присланную свежую весть.

– -Вчера в районе 20 часов,--читает мужчина с поднесенной помощницей бумажки.

– -На посту ГАИ. При выезди со МКАД в сторону Московской области по Ярославскому шоссе,--сглатывает накопившуюся во рту слюну ведущий.

– -Был задержан гражданин России, проживающий в Москве, Антон Михайлович Кнутиков1974 года рождения,--он приостанавливается, как будто перечитывает про себя произнесенный только что текст.

– -В багажнике автомобиля, которым управлял задержанный, обнаружена крупная партия героина,--продолжает ведущий, переведя дух.
– -Антон Кнутиков ранее подозревался в контрабанде наркотических веществ «экстази»,--делает глоток воды телеведущий из принесенного стакана помощницей.

– - Кнутиков является одним из организаторов, главарей крупного синдиката по поставке и продажи наркотиков. Партнером Кнутикова был известный преступный авторитет, один из руководителей Измайловской преступной группировки господин Шмелев. Преступник застрелен четыре дня назад при выходе из ресторана «Терем». Сейчас задержанный Кнутиков помещен в следственный изолятор. Если вина Кнутикова в контрабанде будет доказана, нарушителю закона грозит до 15 лет тюрьмы,--на одном дыхании читает воспрянувший силами после выпитой воды телевизионщик.

– -Кнутикова на протяжении нескольких лет не могли поймать. Слаженные, профессиональные действия сотрудников правоохранительных органов привели наконец-то к задержанию особо опасного преступника. Мы весьма надеемся…

Следователь не дослушивает диктора, выключает телевизор.

– -Видишь Кнутиков!—указывает Мираков рукой на телевизор,-- Ты уже популярная звезда голубого экрана,--следователь хмурит брови.

Трезвонит оглушительно телефон. Сергей Геннадьевич резво снимает телефонную трубку аппарата.

– -Мираков слушаю!—басит он.-- Подъехал! Добро! Проводите ко мне в кабинет.

– -Ваш адвокат!--следователь кладет телефонную трубку. Невозмутимо набивает текст на пишущей машинке.

Приезд Левинзона приободряет. Вселяется желанная уверенность, что пусть со скрипом, но выберусь из трудной передряги. Неприкрытая подстава Колошенко скоро раскроется. Выйду из изолятора. Воплощу мечту о новой жизни. Мне делается непривычно спокойно и тепло на душе.

Часть3. «Бангкок-Хилтон».

«Каждый умирает в одиночку»

Ганс Фаллад

31.

– Антон, твой день рождение я испортил. Ты прости меня. Не умею пить как человек. Надеюсь, никого не обидел. С прошедшим тебя.

P.S. Было весело.

Свернув электронное сообщение одноклассника Гарика, я прикурил сигарету. Тайские «Мальборо» плохо тянуться, воняя химическим раствором. Гарик извинялся за свой распущенный вид на моем дне рождения трех месячной давности. Данная искренность друга, искренность интеллигентного алкоголика: перебрал спиртного, тихо уснул, проснулся с похмельной тоской, извинился за «выпил».

Конечно, Гарик пытался мне дозвониться, но я давно вне зоны действия сети.

Ноутбук, интернет организовал мой адвокат Андрей Ливензон. У меня после ареста отобрали полностью личные вещи. Я видимо стал исключением из правил, потому что по правилам тюрьмы личные вещи не отбирали, забирали мобильные телефоны, колющие, режущие предметы, остальное оставалось у арестованного. Первые две недели мне не разрешали ничего, кроме собственной одежды и зубной щетки, купленной в магазине при тюрьме. Как Левинзон реализовал возможность интернета, представляю. Тайские надсмотрщики, самые коррумпированные надсмотрщики в мире.

Командоры знаменитой тюрьмы «KLONG PREM», в народе «Бангкок-Хилтон» не исключение. Формула действующая здесь, очень проста. Хочешь комфорта, плати. Можно проводить срок заключения в одноместной камере с неплохим ремонтом, иметь телевизор и своего повара, который будет готовить твои любимые блюда свободы. Но если денег нет, европейцу лучше сюда не попадать. Камеры, где нет даже туалета, арестованные опорожняются прямо в угол, набиты заключенными как килькой в банке, отсутствие свежего воздуха, насекомые, грязь, не берутся в счет. Питания в его привычном смысле здесь не существует. Тюрьму для приговоренных, а так же находящихся в ожидании своей участи арестованных «KLONG PREM» прославила на весь мир Николь Кидман, снявшись в одноименном фильме. Тюрьма знаменита своей невозможностью побега из нее. «Бангкок-Хилтон» вырос между берегов одного из прорытых в городе в 19 веке городских каналов, «великого города, города ангелов, города вечное сокровище, счастливого города», и это все он, Бангкок.

Я не любил Бангкок, Таиланд, всю вместе взятую Азию Центральную, Восточную, Южную, Среднюю. Рабочие поездки, не более того, которые я совершал в Азиатские мегаполисы, периодически напрягали, при любой возможности, я посылал помощников, планируя в ближайшем будущем свернуть бизнес, продав азиатскую, дистрибьюторскую сеть партнерам. В Азии я не чувствовал себя комфортно. Имея с местными общий бизнес, не понимал их менталитет, традиции, религию, законы. Не переносил жару, антисанитарию, еду. Никогда не разумел туристов едущих с наслаждением вкушать плоды культуры, которая абсолютна, чужда и далека от нас. Европа с Азией, два мира, которые создатель решил противопоставить друг другу на земном шаре, дабы не нарушать баланса сил. Либо для разнообразия, веселья для самого себя. Пусть состязаются в противоборстве, подумал он, вылепливая из вечного хауса Европу с Азией.

Оказавшись под следствием тайских правоохранительных органов, ограниченный четырьмя облезлыми кирпичными стенами двух местной тюремной камеры, перспективой смертной казни либо пожизненного, я платил за нелюбовь к городу «Бога Индры».

32.

Тридцать четыре дня прошло с момента задержания. Международный аэропорт Бангкока «Суварнабхум», деловой самолет зафрактованный мной у частной компании «Эир Сап-с» приземлился утром тридцатого октября, рейсом из «Рейн-Майнский» Франкфурта. На борту остроносого, подтянуто аккуратного «GUIFSTREAM 550» находился я, четыре члена экипажа и товар на 7млн. долларов США, лучшего, марочного «экстази», чистого МДМА. «Экстази» к новому сезону туристов. Скрасить их пресный азиатский досуг легким состоянием эйфории. Приземлились. Солнечные лучи, пробившиеся сквозь стекла иллюминаторов забегали по белоснежной кожаной обивке кресел. Я надел солнцезащитные очки, отстегнул ремень безопасности. Настроение не очень, но я сюда ненадолго.

Через встроенные динамики по периметру салона самолета запела Жанна Агузарова.

– -Однажды гостила в волшебной стране, там плещутся рифы в янтарной волне.

Кондиционер мерно обдувал меня сверху. Я с ужасом представлял, 35 градусную жару, на ближайшие два дня поездки.

Самолет плавно развернулся на полосе, под припев:

– -Меня ты поймешь, лучше страны не найдешь, тра-ра-ра-ра…».

Медленно поплыл к стоянке миниатюрных, белоснежных лайнеров.