Чтение онлайн

Фараон махнул рукой, и по его приказу в шатёр ввели Боби. Сделав несколько шагов вперёд, он как воин встал на колено, ожидая приказа Фараона. По правде сказать, Боби почему-то совсем не боялся Фараона, он казался ему таким же добрым как его отец. Такой же мягкий голос и такие же тёплые глаза.

— Кем ты собираешься быть, — усаживая Боби рядом с собой, спросил его Фараон.

— Не знаю, — чёстно сказал Боби, — я то рыбаком хочу быть, что бы поймать такую рыбу, что бы все удивились, то вот жрецом хотел. Но теперь не хочу. Наин говорит жрецом плохо быть, женится тогда нельзя. А сейчас я решил пойти добровольцем в армию, как Айс. Но я сильно по маманьке соскучился, вот побуду дома, потом женюсь, а тогда и в армию. Наин в армию не пойдёт, — продолжил он. Наин не за что свою Фуидж не оставит и будет жить дома и Айсу понадобиться другой лучник. Возьмёте меня к себе в колесницу? — обратился он к Айсу.

— Возьму! Тебя точно возьму, — ответил серьёзно Айс, а потом, хитро прищурившись, сказал, — только в колеснице место для двоих, куда мы твою жену денем?

Боби на секунду задумался, а потом заключил: — В обозе с Генатом будет ездить.

Все дружно рассмеялись.

— А вот ты вернёшься домой, — опять задал ему вопрос Фараон, — отец выдерет тебя или нет?

— Попытается, — ответил хитро Боби.

— Как это попытается, — удивился Фараон.

— А я всегда, — весело ответил Боби, — когда папа хочет меня побить, бегу к маме прижимаюсь к её ноге и жалобно вою, — маманька, маманька. Она тогда прижимает меня к себе и не даёт бить.

Все опять рассмеялись, а Фараон снял с пальца перстень и подал его Боби.

— Это тебе за твою любовь к Египту мой мальчик. Покажи его отцу и передай, что я приказал тебя не наказывать. Ну, а когда ты вырастешь, этот перстень откроет тебе любую дверь. Я не знаю, кем ты будешь в будущем, но в одном я уверен, что ты будешь хорошим гражданином нашей великой страны. Тут он хлопнул в ладони, и в шатёр внесли доспехи маленького размера.

— Это тебе парадные доспехи, — сказал Фараон, — закрой глаза и не вздумай подсматривать пока тебя не оденут.

Когда слуга затянул все ремешки и Фараон разрешил открыть глаза, то Боби увидел, что Генат и Айс почтительно склонили перед ним головы. На его нагруднике красовался золотой жезл Фараона.

Только теперь, когда армия возвращалась в Мемфис, Наин почувствовал, как он соскучился по Фуидж. Он торопил время и ему казалось, что колонна двигается чересчур медленно, но, тем не менее, с каждым пройденным метром его душа пела в преддверии долгожданной встречи.

Как не уговаривал его Айс остаться служить в его отряде, Наин не согласился. За то короткое время, что он провёл в армии, Наин понял, что служба не для него. Наина не привлекали ни военные походы, ни битвы, где можно прославить своё имя, ни хорошая солдатская плата.

А вот предложение Гената привлекло его, да так, что он почти согласился. Генат предложил ему место учителя в своей военной школе для сирот.

— Ты знаешь Наин, — уговаривал его Генат, — все солдаты неграмотные. Да что солдаты, командиры не знают основ письма и счёта. Было бы здорово научить сирот не только сражаться, но и помочь им познать науки. Согласись только и я улажу всё остальное.

— Зачем солдатам грамота, — спросил Наин, — у них другая задача.

— Какой ты прямо непонятливый Наин. Неужели ты не видишь, что люди уже поняли, что война это большая беда, и я верю, что в ближайшие сто-двести лет они прекратят это бессмысленное и жестокое занятие. Куда тогда пойдут солдаты, а?

Конечно, Генат прав и когда ни будь, войны на земле прекратятся. Но эка он хватил сто- двести лет?!Наврятли, слишком маленький срок, чтобы понять всю жестокость войн. А вот через тысячу лет вполне возможно. В то время люди действительно будут другими, намного умней. Они не позволят своим фараонам учинять кровавые побоища. Но то, что людей надо учить, не только воевать, Генат абсолютно прав.

В этот момент Наин вдруг понял, что это его призвание быть учителем. Он представил себя ходящим по классу и объясняющим ученикам счёт, письмо, историю и ему стало так хорошо, будто он на самом деле учитель и у него есть своя школа.

— Своя школа, — подумал Наин, — вот что он хочет!

Озарённый этой идеей, Наин стал продумывать каждую деталь ещё не сформировавшегося решения.

Конечно, и при храмах есть школы, но там учат только счёту готовя собирателей налогов для Фараона. Нет, это совершенно не то, что хочет он. Он откроет школу, где будет не только счёт, там будут все, история, архитектура, познания мира. Он найдёт себе помощников, которые передадут детям все последние достижения в науке и чтобы ему это не стоило он откроет именно такую школу.

Занятый этой идеей, Наин не заметил, как они подошли к Мемфису, и переправа через Нил отодвинула все его мысли о школе на задний план. Потом было расставание с Айсом и Генатом, слёзы Боби и его обещание Айсу вернуться в отряд.

Когда Ниан и Боби, наконец, попали на базар, на них обрушилась другая проблема. История побега Боби в армию получила огласку, и по столице поползли невероятные слухи, будто маленький мальчик спас тонущего Фараона и вытащил его на берег. Стоило им появиться на рынке, как люди увидев золотой знак Фараона на груди у Боби, сбегались со всех сторон, и вокруг их образовывалась толпа людей. Каждый тянул их в свою лавку, постоялый двор, мастерскую, прося оказать честь быть в гостях только у них. Воспользовавшись предложением хозяина маленькой харчевни, Наин затянул туда Боби, и приказал снять доспехи. Боби яростно сопротивлялся решению брата, пока Наин не пригрозил его побить.

— Ты что не понимаешь, что нам не дадут теперь прохода, — сердито выговорил он Боби, — каждый житель будет тащить нас к себе и когда мы попадём домой?

Подождав, когда народ снаружи разошёлся, Наин и печальный Боби в простой одежде, двинулись по базару выбирать подарки для всей семьи.

На базаре они встретили земляка и даже соседа из родного города хромоногого Ирту, приезжавшего в столицу по делам и спешащего обратно домой. Обрадованный земляк вкратце рассказал им новости города и успокоил Наина, что все его родные живы и здоровы, но расстроил Боби сказав, что отец уже давно приготовил хворостину для его встречи.

— Героя не будет бить, — храбро сказал ему Боби и, воспользовавшись тем, что Наин засмотрелся на красивую тунику для Фуидж, развязал мешок и показал соседу золотой знак.

— Так это ты спас Фараона? — удивился Ирта слышавший ходившую в Мемфисе легенду о юном спасителе Фараона. — Поехали сейчас же домой, вот радость то нашему городу выпала!

День клонился к закату, подарки были не куплены, и Наин не решившись появиться дома без приличных подарков, решил отправиться домой на следующее утро. Как не уговаривал его Ирта отчалить с ним, Наин отказался, а тот, спеша на пристань, всё оглядывался, и оглядывался, ища глазами маленького героя.

На утро они отплыли, и Боби ссылаясь, что на борту лодки нет толпы, облачился в доспехи и стал ждать, когда появиться их дом.

— Наинчик, — приставал он, не отходя от борта, — ну когда же?

— Отстань, — злился Наин, когда он пристал к нему в сотый раз. — Я тебе сто раз уже повторил, завтра, к обеду, а сегодня вечером мы ещё заночуем в маленьком городке на пол пути до дома.

Наин прекрасно понимал брата, он помнил своё возвращение домой, тогда после побега из храма и злился лишь для вида. Ему и самому не терпелось очутиться дома и он зная, что ещё далеко, нет нет да и поглядывал вперёд словно там должен показаться родной берег.