Чтение онлайн

— Эй, может быть мы найдем здесь что-нибудь? У меня начинает развиваться клаустрофобия.

Люсинда приняла вызов.

— Посмотри на этих вешалках, — она выбрала несколько платьев и сунула их мне. Потом зазвонил её телефон, и она ответила, растворившись в беседе на португальском. По меньшей мере, я могла уединиться в примерочной.

Я глубоко дышала в течение нескольких минут, прежде, чем начать раздеваться. Я решила остановиться на первом. Почему нет? Зачем агонизировать, натягивая бесконечное количество платьев через голову. Я знала, как выглядят мои наэлектризованные волосы. Здравствуй, Африка. Моё было желтым. Нет, поправила меня Люсинда, шафрановым. Оно было простого покроя принцесса с небольшой плиссировкой под грудью, глубоким вырезом и достаточной длины, чтобы прикрыть мои узловатые колени.

— Ты выглядишь прекрасно, — сказала Люсинда, когда я продемонстрировала его.

— Ой, ладно тебе, — сказала я.

— Это правда. Этот цвет действительно хорошо выглядит с твоими волосами и глазами. Оно идеально для твоего цвета кожи.

Идеально для моего цвета кожи?

— Ну, спасибо. Я в нем выгляжу высокой?

Люсинда наклонила голову:

— Но ты и правда высокая.

— Я знаю, но я не кажусь еще выше в этой вертикальной плиссировке?

— Кейси, оно хорошо на тебе смотрится, — Люсинда выбрала голубое и я думала, что она выглядит потрясающе. Наши платья прекрасно подходили для того, чтобы стоять в одиночестве в большой, темной, похожей на пещеру, комнате и на протяжение целого вечера наблюдать, как другие люди танцуют. Миссия счастливо выполнена.

Ну, почти счастливо. Прямо тогда, когда мы приближались к выходу, я заметила Нейта. Что он здесь делал? Видеть его вне школьного окружения было странно, хотя любое окружение, казалось, так же действовало на меня. Сухое горло, бабочки в животе, желание закричать. Я попыталась сделать плавный маневр и выйти из его поля зрения, но вместо этого, наткнулась прямо на стойку с блузками, почти опрокинув ее. Он увидел меня. Конечно, он увидел меня! Целый магазин остановился понаблюдать. Он и глазом не повел. Ладно, я — это крушение поезда, ты не обязан пялиться. Наконец, он посмотрел на то, зачем наблюдал ранее, а именно тем, как Джессика показывает симпатичное платье цвета слоновой кости. Сначала она казалась встревоженной тем, что увидела меня, но потом она злобно усмехнулась. Что? Неужели она думала, что выйдет за него? Оно выглядело, как тупое свадебное платье. Я правда надеялась, что она его не выберет. Волна головокружения накрыла меня, когда я попыталась встать. Потом — вспышка яркого света.

Мне было девять лет, когда это случилось впервые. Мама только подоткнула мне одеяло и выключила свет. Красные электронные цифры на часах показывали 8:31. Как многие дети, я боялась темноты и чудовищ под кроватью и без спроса посмотрела в тот день страшное второсортное кино. Каждый раз, когда мама заходила, я быстро переключала на семейный канал. Так что, когда мама закрыла дверь в спальню и оставила меня в темноте, меня охватила паника. Я потеряла дыхание, голова закружилась, и я провалилась в яркий свет.

И да, я потеряла самообладание. Но вам остается только рыдать и кричать посреди дремучего леса, который, как выяснилось позже, был там же, где в итоге был построен мой дом. Чтобы было еще хуже, шел дождь, и к тому времени, как мой нервный срыв прошел, пижама промокла. Сообразительность, в конце концов, вернулась ко мне, и я заметила огромное дерево с дуплом и забралась в него, чтобы укрыться от дождя. Испуганная, я провела целую ночь, дрожа.

Следующим утром солнце сияло ярко, поэтому я сняла пижаму и положила ее на камень сушиться. Нежась на солнце, я согрелась, но хотелось есть. Я походила вокруг в поисках еды, будучи только в трусах. Должно быть, я выглядела, как девятилетний Маугли, с недоразвитым телом и моими короткими темными кудрявыми волосами. Наконец, я нашла немного ягод и съела их, не задумываясь о том, что они могли быть ядовитыми. С тех пор я делала домашние задания, так что узнала, что, к счастью, те ягоды были нормальными, и я не отравилась.

Не знаю, что вызвало путешествие обратно. Возможно, эмоциональное и физическое утомление. Я почувствовала головокружение, но сразу ничего не произошло, как когда я из настоящего провалилась в прошлое.

Я направилась к месту, где оставила пижаму, но не смогла найти ее. Я потерялась! Однако выяснилось, что мне не надо было об этом волноваться. Я упала в туннель света, и следующее, что я поняла, это то, что я очутилась в своей кровати в пижаме и мама только закрывала дверь за собой. Я посмотрела на часы — 8:31. Нисколько времени не прошло вообще!

Но сейчас, здесь, я вращалась в коридоре из света центра Бостона. До этой поездки я всегда путешествовала около своего дома в Кембридже и аналогично около тайника и фермы Ватсонов. Это был первый раз, когда я путешествовала во время нахождения в Бостоне. Я не знала, почему. Ничего не вызывало этого раньше. Я винила в этом Нейта Маккензи, и то, как он повлиял на мой пульс. Во всяком случае, я была в чужой воде, так скажем. На самом деле, я находилась в чьем-то деревянном сарайчике.

Женщина с грязным лицом, грязным длинным платьем и в грязном переднике, для комплекта, уставилась на меня огромными глазами. Могу сказать, я делала то же самое. Потом ее глаза сузились, и она практически зашипела.

— Убирайся из моего дома, воровка... или вор? Девчонка? Что ты вообще?

Я не стала задерживаться, чтобы ответить. Я бросилась через дверь на пыльную улицу, чудом не попав под лошадь и повозку. Дамочка не дала моему вторжению остаться незамеченным. Я слышала ее крик "Вор, вор", когда мчалась. Не могла представить, что, по её мнению, я взяла. Не похоже, чтобы у нее было что украсть.

Я рванулась сквозь толпу, надеясь скрыться из виду до того, как кто-то сумел бы схватить меня. Я вздрогнула от мысли, что меня арестуют, и не было способа объяснить мой внешний вид: джинсы, футболка и длинные, непослушные волосы.

Я обогнула острый угол и оказалась в тускло освещенной аллее. Большая бочка для дождевой воды стояла рядом со зданием, и я нырнула за неё. Я не позволяла себе дышать до тех пор, пока не стала уверена, что меня не преследуют. К счастью, все пешеходы продолжали идти мимо меня, не проявляя ни капли интереса к тому, что происходит в аллее. Переведя дыхание, я осмотрела то, что меня окружало. Мои глаза привыкли к темноте, и я была вознаграждена бельевой веревкой и бельем, которое на ней сушилось.

Я схватила испачканную белую рубашку на пуговицах и натянула пару мужских штанов поверх своих джинсов. Быстрый поиск в куче мусора, лежащей на земле, принес мне кусок веревки. Я затянула волосы в низкий хвост и запихнула его под горловину рубашки.

Опустив глаза к земле, я вышла в поток пешеходов и направилась к Мосту Лонгфелло, который оказался на приличном расстоянии от меня. Через некоторое время мои ноги ныли, голова болела и я умирала от жажды. Мне нужно было найти способ ускорить мою прогулку. Приблизившись к мосту, я увидела карету, очевидно дорогую, с отделкой и бампером. Я побежала за ней, схватилась и подтянулась. Это было время без амортизаторов и эффективных подвесок. Тонкие деревянные колеса катились по брусчатой мостовой и гравий стучал по моим ребрам. Я держалась крепко.

Люди, мимо которых мы проезжали, свистели и улюлюкали мне, некоторые думали, что ездить на запятках было дешево, другие подбадривали меня как героя. Я просто держала голову наклоненной, радуясь, что большая упряжка лошадей производила много шума своими подковами и ржанием, и что на карете не было зеркал заднего вида. Она остановилась в Лексингтоне. Я спрыгнула и скрылась в ближайшем лесу. Я все еще не чувствовала себя здесь как дома, но по меньшей мере я знала, как добраться до Ватсонов.