Чтение онлайн

Однако не все относились одобрительно к такого рода потехам: «Не подобает христианам игр бесовских играти, иже есть плясание, гудба, песни мирские». И дело не ограничивалось лишь поучениями; известно, например, что однажды в XVII веке в Москве по домам горожан изъяли и затем сожгли пять возов (!) музыкальных инструментов. Но это касалось простолюдинов, а при царском дворе специально держали скоморохов, шутов и песельников. Кстати, бытующее до сих пор выражение»шут гороховый» обязано своим происхождением шутовской погремушке из бычьего пузыря с сухими горошинками внутри. Впрочем, нас, понятно, интересует, какие «настоящие» музыкальные инструменты, основу которых составляло дерево, услаждали слух наших прапра- (… и т. д.) дедушек и бабушек.

Первыми на память приходят, конечно, гусли. Ведь именно на них аккомпанировал себе вещий Боян. Под его пальцами звонкие струны вторили музыке слов о подвигах русских воинов на бранном поле. А звуки гуслей былинного Садко заставляли до упада плясать морского царя и всю его свиту. Вероятно, первое письменное упоминание о гуслях (гусль) содержится в летописи «Повесть временных лет» (1015 год), где они носят эпитет «пеньные» — поющие, песенные.

До самого последнего времени мы могли судить об их конструкции лишь по старинным рисункам. Но вот совсем недавно ученые получили, так сказать, материальное воплощение этих изображений. При раскопках в Новгороде археологи нашли фрагменты гуслей. Инструмент был восстановлен профессором Б.А. Колчиным, который определил и время его создания — XI век. Самые старые и самые простые звончатые гусли имели форму птичьего крыла и 5–12 струн из тонких жил. Со временем менялись и формы основы — деки. Она была треугольной (шлемовидной), прямоугольной (столообразной), а струн у наиболее крупных гуслей насчитывалось несколько десятков.

Гусли, видимо, можно считать древнейшим русским щипковым инструментом. Соперничает с ним, пожалуй, только домра, пользовавшаяся вниманием скоморохов еще в XVI–XVII веках. «Рад (радеет, печется) скомрах (скоморох) о своих домрах», — говорит старая поговорка. К сожалению, в отличие от гуслей, ни описаний, ни достоверных изображений этого инструмента до нас не дошло. Предполагают, что она имела округлый, плоский с двух сторон корпус и три струны. Так или приблизительно так выглядят реконструированные домры в современном народном оркестре.

А вот широко известная русская трехструнная балалайка намного моложе: она появилась сравнительно недавно — лишь в конце XVII века. Интересно, что одновременно с первым упоминанием о ней мы узнали и имена игравших на ней балалаешников. В 1688 году в Стрелецкий приказ в Москве были приведены посадский человек Савка Федоров и Важеской волости крестьянин Ивашко Дмитриев (вероятно, за нарушение общественного спокойствия), а с ними была доставлена балалайка. Им вменялось в вину то, что они, въехав «на извозничьей лошади в телеге в Яуские ворота, пели песни и в тое балалайку играли».

Балалайка, надо полагать, сменила домру, сначала позаимствовав у нее округлый или овальный корпус, который впоследствии приобрел треугольные очертания. Первые инструменты делали двухструнными. К концу XVIII века, как говорилось в одной из книг того времени, «нелегко было найти в России дом, где бы на этом инструменте молодой работник не наигрывал служанкам своих вещичек. Способствует его распространению то обстоятельство, что его можно легко изготовить самому». Причем, следует добавить, не только из дерева. Известно, например, что знаменитый русский композитор, музыкант и дирижер И.Е. Хандошкин (1747–1804) имел балалайку, корпус которой был сделан из высушенной тыквы, проклеенной изнутри составом с использованием измельченного хрусталя. Говорят, балалайка эта обладала удивительно чистым, серебристым звуком.

Был на Руси и свой смычковый инструмент — гудок. Он отдаленно напоминал скрипку с тремя струнами, но без характерных для нее выемок по бокам и с плоской, как у гитары, верхней стороной грушевидного корпуса. Музыкант (он назывался гудец) ставил инструмент вертикально на колено и водил по струнам смычком, напоминавшим маленький лук. Мы можем так определенно говорить о гудке не только на основании его старинных изображений, но и потому, что ученые нашли его фрагменты при раскопках новгородских построек и сумели восстановить подлинные образцы этого старинного русского инструмента.

Образ звончатых гуслей и домры подсказала древним славянам, возможно, звенящая тетива лука. А первых духовых инструментов? Кому, как и когда пришла в голову мысль извлечь звук, например, из полого стержня, какой-нибудь трубки? Окружающий нас мир полон своеобразной музыки, и, может быть, ветер, прогудев в обломке трубчатой кости, внушил человеку идею простой конструкции, в которой звук, родившийся на остром краю, усиливается колебаниями воздушного столба. Или изобретателем был подросток, приблизивший к губам зажатый между пальцами зеленый листок, как это делают и современные ребятишки. Звучал и полый коровий рог, если с острого конца ему передавалась вибрация напряженных губ трубача, — так рождается звук в мундштуках современных фанфар. Эти три простейших звучащих предмета можно, по принятой сейчас классификации, отнести к трем различным группам духовых инструментов — свистковых, язычковых и мундштучных (амбушюрных). Возраст каждого исчисляется, видимо, тысячелетиями, и появились они независимо в разных частях земного шара. Первоначально же у славян их объединяло общее наименование — дудка.

Самые древние дудки — так называемые сопели. «Повесть временных лет» 1074 года говорит: «Возьмите сопели, бубны и гусли и оударяйте…» На первый взгляд, казалось бы, странное имя — сопели и производные от него: сопеть — извлекать звуки из этого инструмента, сопельник — музыкант, играющий на нем. Но только вслушайтесь: сопеть, совместно петь, в унисон, подпевать, создавать аккомпанемент пению! Нет, вряд ли выразишься точнее.

А знакомо ли вам название кугиклы (кувикла, кувычка)? Пожалуй, лишь немногие ответят утвердительно. Так именовался старинный духовой инструмент, состоявший из трех-пяти трубочек разной длины, самая длинная — чуть больше ширины ладони. И археологи, и этнографы считали, что кугиклы давно исчезли из народного обихода подобно тому, как безвозвратно утрачена древняя домра. Но вот незадолго до Великой Отечественной войны фольклористы обнаружили в Брянской области не только кугиклы, но даже целый играющий на них самодеятельный ансамбль. В конце 1940 года этот музыкальный коллектив из старинного села Торжова дебютировал в Москве и имел большой успех. Тогда все и увидели, как играют на кугикле: попеременно дуют в края срезов трубочек, которые не скреплены между собой, а могут несколько перемещаться в руке музыканта. Само же название кугиклы происходит, как полагают, от слова «куга» — так в народе зовут тростник. Но встречаются трубочки, сделанные из дудника зонтичного растения с полым стеблем, а также из бузины, если удалить ее мягкую сердцевину.

И сопели, и кувиклы — инструменты, можно считать, наипростейшие. Их дальнейшие модификации (свирели, пищики, пыжатки) содержали в себе уже более сложное устройство — свистки или пыжи. Чтобы представить себе эту конструкцию, вспомните, как ребята и сегодня мастерят деревянные свистки. Обрубок молодой ветки тополя (годится также ива или осина) с одного конца срезают наискосок, а с другого — строго поперек. Вблизи косого среза делают в коре полукруглую выборку, выпуклой стороной обращенную к прямому концу. Затем начиналась самая ответственная операция. Кору очень аккуратно обстукивают черенком ножа и по выделившемуся под ней клеточному соку, как по смазке, осторожно снимают целым зеленым «чулком». Дальше проще. Из вынутого основания отрезают два «пыжа» — прямой и косой, которыми затем затыкают торцевые отверстия «чулка». Предварительно в косом «пыже» делают тоже скошенный срез с той стороны, которая ориентирована вверх. И вот свисток готов. Не всегда с первого раза он способен издавать нужные звуки: все зависит от аккуратности изготовления и опыта мастера, но главным образом от качества и расположения косого «пыжа». Если же в пространство между «пыжами» поместить легкий шарик, например маленькую горошину, то вы получите заливистую трель на манер милицейской.

И инструменты со свистковым устройством наподобие описанного выше, и без него, вроде кугикл, основаны на одном и том же принципе действия. Струя воздуха, направляемая губами музыканта, разбивается об острый выступ ближайшего к косому «пыжу» отверстия или о край трубки без «пыжа» и создает колебания столба воздуха внутри. Чем больше длина этого столба, тем ниже звуки, извлекаемые из инструмента. А все остальное — уже поле деятельности для конструкторской фантазии. Разнообразия звуков можно было достигнуть, главным образом, двумя путями: используя набор звучащих стволов разной величины (такой «забор» из труб нагляднее всего выражен у органа) или регулируя воздушный столб в одном стволе. Это делается, например, с помощью нескольких отверстий, которые можно открывать и закрывать.

Состав русского старинного оркестра не исчерпывался перечисленными струнными и духовыми инструментами. Можно упомянуть также рог, который делали из двух деревянных согнутых и выдолбленных стволов. «Роговая музыка» достигла своего апогея при Екатерине II, когда обер-егермейстер А.В. Нарышкин создал специальный оркестр из крепостных, игравший на придворных пирах. Рог (рожок) по принципу звучания отличался от других духовых инструментов. Если многие из них были близки так называемой продольной флейте современного оркестра, то деревянный рог можно считать прообразом духовых медных инструментов, непременной принадлежностью которых является мундштук, прижимаемый чашеобразной выемкой к губам. Источником звука тут служат сами губы, а при их вибрации колеблется в унисон и столб воздуха в инструменте. Мундштук в рожке — не съемный, он составляет о инструментом единое целое.