Чтение онлайн

Мне не понравился тон, которым были сказаны эти слова. Похоже Лагон в открытую смеялся надо мной. Но что мне было делать? Не мог же я бросить вызов своему новообретенному родственнику.

– Дай пройти, - неожиданно сказал дворянин и я с ужасом понял, что все это время загораживал ему дорогу. Возможно, если бы я сразу посторонился и пропустил вельможу к выходу он и не заговорил бы со мной. Я поспешно отошел в сторону. Дворянин прошел мимо и открыл дверь. С улицы дохнуло ветром и дождем. Уже на пороге Лагон обернулся и мне наконец удалось рассмотреть его лицо.

– Марон объяснил мне кто ты такой, - сказал он на прощание, - скажу прямо - мне не нравится опасная игра, которую затеял Гамон. Королевство не нуждается в возрождении твоего рода. Тем не менее я не стану доносить на тебя. Просто держись подальше от меня и моей семьи.

– Хорошо, - сказал я.

Лагон на мгновение задержался на пороге словно хотел еще что-то сказать, но видимо передумал, кивнул и вышел под дождь.

Я смотрел, как он идет прочь высокий и сутулый похожий на большую черную птицу и думал о том, что впереди меня ждет еще много неприятных разговоров. Вроде бы у Марона еще жива матушка, есть сестры и другая родня. Если все они думают так же, как Лагон, то мне не стоило останавливаться в доме Марона. Провожу его до ворот и сразу уйду.

– Эй, Тибон, - окликнул меня из комнаты Ругон, - это ты там? Иди скорее сюда! Пора выпить и закусить!

Прощальный вечер прошел весело. Старый воин много пил, шутил и смеялся. Казалось даже Марон развеселился. Когда Ругон ушел спать я немного задержался в доме, чтобы помочь вдове убрать со стола.

– Что ты делаешь?
– спросил Марон.

– Что ты имеешь в виду?
– не понял я.

– Зачем ты словно слуга таскаешь грязную посуду, бегаешь Ругону за едой? Для этого у старика есть оруженосец.

– А что в этом такого?
– искренне удивился я, - оруженосец вещи собирает, к тому же его рана еще не зажила, а Ругон мой наставник. Нужно уважать старших и помогать им.

Казалось мой ответ разозлил Марона.

– Как ты не понимаешь, - вспылил он, - в тебе течет священная кровь! Это они должны перед тобой стелиться и бегать на посылках!

Я не совсем понял кого он имел в виду, и кто должен был мне прислуживать, но ярость с которой были сказаны грубые слова напугали меня.

– Что с тобой, Марон, - попытался я успокоить его, - мне это ничего не стоит.

– Наследство моего дяди не поможет тебе измениться, - с обидой сказал мальчишка, - наверно ты так и останешься до конца дней простаком-деревенщиной.

Ругон ушел, и я оказался совсем один. Нет конечно по соседству жили и другие дворяне, в деревне и в лагере оставалось много раненых, но я старался ни с кем не сходиться и держался особняком. Больше всего я боялся сделать или сказать что-нибудь не то. Все-таки дворянином я стал совсем недавно, и любая мелочь могла меня выдать. Перед отъездом Ругон даже предложил мне на время снять и спрятать драгоценный амулет, но я отказался.

Маркитанты ушли и достать что-нибудь съестное становилось все труднее. Крестьяне продали почти все, что могли проходящим войскам и теперь вынуждены были отказывать нам в самом необходимом, чтобы зимой не опухнуть от голода. Сейчас мне пригодились навыки, полученные на монастырских полях. Вечно голодные послушники-огородники умели добывать еду разными способами. Я ловил рыбу самодельной острогой и воровал у соседей отложенные на зиму картошку и яблоки. Обнаружив пропажу, местные жители валили все на оставшихся в лагере слуг. На остановившегося в доме молодой вдовы дворянина они и подумать не могли.

Рана Марона заживала хорошо. Каждый день его навещал лекарь. Наверно не было в лагере другого такого дворянина за которым был бы такой уход. Гамон не оставил своего любимца и перед отъездом хорошо заплатил за его проживание и лечение. А тем временем похолодало еще сильнее, и хозяйка наконец пустила меня в дом. Я устроился ночевать в теплых сенях на старом сундуке. Наверно какой-нибудь молодой воин нашел бы такую постель слишком жесткой и неудобной, но ложе в монастырской спальне было немногим лучше, поэтому я не роптал. Дядя Марона ушел вслед за Ругоном. Он задержался на несколько дней, простился с племянником и отправился в столицу в сопровождении большого отряда слуг. Все это время я старался не попадаться ему на глаза. Странное дело, после ухода Лагона молодой воин перестал меня дичиться. С глаз Марона словно спала пелена и он стал радоваться моему присутствию в доме. Большую часть времени мы проводили вместе и только на ночь я уходил в сени на старый сундук.

И все-таки иногда от его странного взгляда мне становилось не по себе. Казалось, что мальчишка меня в чем-то подозревает. Раньше он сам любил поговорить, а теперь больше слушал. Неожиданно Марон заинтересовался моей прошлой жизнью. Он подробно расспрашивал меня о монастырских порядках, о владыке и Химоне. Казалось, ему нравились мои истории, но иногда я замечал, как во время моего рассказа по губам юноши проскальзывает презрительная улыбка.

Время шло, миновал первый месяц зимы, и мы с Мароном стали собираться в дорогу.

– Мы с тобой не пойдем по главному тракту, - говорил мальчишка, разглядывая небольшую карту, которую он захватил из дома и сам дополнил по дороге к западной стене, - так будет короче. Будем двигаться от деревни к деревне, через пару дней доберемся до ближайшего города, немного передохнем и свернем к горам.

Я с интересом слушал своего нового друга. Окружающий мир оставался для меня загадкой, поэтому до поры я решил во всем с ним соглашаться.

Мы отправились в путь, когда прекратились сильные снегопады. За последнее время Марон окреп и уже мог ходить без посторонней помощи. Он торопился домой и хотел поскорее обнять родных. Как только нам удалось нанять в деревне двух носильщиков мы с радостью простились с хлебосольной хозяйкой и пустились в дальнюю дорогу. Как не спешил Марон вернуться в родные края, но тяжелая рана не позволяла ему быстро идти. Мы часто останавливались и делали длительные привалы, чтобы молодой воин мог восстановить силы, поэтому до ближайшего города мы добрались не на третий день, как планировали, а только на пятый. Люди радовались победе короля, поэтому в деревнях нас встречали хорошо, кормили даром и бесплатно оставляли на ночлег. Наш путь лежал вдали от главного тракта, поэтому прошедшее ранее королевское войско не успело опустошить кладовые местных жителей. Охочие до новостей крестьяне с радостью приглашали нас к себе, чтобы послушать о великой битве со степью. Так медленно двигаясь от селенья к селенью, мы прошли через всю страну.

По сравнению с Паусом город Нуйс выглядел бедно, грязно и убого. Это было самое последнее крупное поселение на севере. Дальше нам могли встретиться только небольшие деревеньки, хутора, хижины пастухов и охотников. В единственной таверне нам отвели две широкие лавки у огня, предложили вина и жаренного мяса. За последнее время мой кошелек порядком полегчал и видя мои страдания Марон сжалился надо мной.

– Здесь есть один торговец. Он с удовольствием купит у тебя мою старую куртку.

– А ты не обидишься?
– спросил я.

Все-таки в свое время мы поменялись доспехами, и я не был уверен в том, что Марон обрадуется, если я попробую избавиться от вещи, которая раньше принадлежала ему.

– Вот еще, - юноша скривился словно от зубной боли, - тебе она больше ни к чему.

Он с завистью посмотрел на доспехи Булина, которые теперь красовались на мне.

– Вон какая у тебя теперь броня.

– Тогда кинжал, которым тебя пытались заколоть я тоже продам, - сказал я.