По дороге на Оюту. Наперегонки со временем
Шрифт:
– Чё здесь забыла?
– раздалось за моей спиной.
Развернувшись, увидела одного из амбалов. Вид у него был недобрый.
– А ты чё, типо, хочу всё знать, - мгновенно наехала я на мужика.
– Отца своей дочери ищу. Опера сказали, прибыл он с утра в этот док. Я на него ещё пять лет назад заяву об изнасиловании накатала, да сбежал, упырь. Теперь вот опознание провожу. А вы, собственно, со своей командой, где были пять лет назад? Телосложение у вас подходящее.
– Что?
– может мужик и не до конца мне поверил, но отошёл от нас на шаг.
– Я говорю, где был пять лет назад? Глухой, что ли? Похож ты на папашу моей доченьки. И при бабле, я смотрю. Выбирай: алименты или в колонию. Судя по кораблю получаешь ты точно немало.
– Да иди ты, - мужик струхнул и рванул в сторону своей консервной банки. Я же, чтобы закрепить эффект, развернулась и пристально осмотрела каждого мужика.
– Папа, - заверещала Юла и потянула ручки ко всем разом.
У мужиков рожи вытянулись в раз.
– Молодец, мелкая, - похвалила я своё сокровище.
Весть о том, кто я якобы есть, быстро разлетелась по команде, и всех амбалов смело мгновенно. Видимо, лет пять назад они бывали в этом порту.
– Ну, ты мама и вруша, - пристыдила меня дочь.
– А ты соучастница. И, вообще, это - не враньё, а фантазии, - сболтнула я.
– Враки - это, мама. Враки!
Ухмыльнувшись, я снова двинулась в сторону нужного шлюза.
Только через час нам повезло. Ящики остались без присмотра. Приказав Юле молчать как рыба, я проскочила к грузу. Взобравшись по небольшим коробкам наверх, открыла тот контейнер, что судя по штрихкоду на крышке был с яблоками. Выдернув ключ, вставила его в замок.
Щелчок!
И панель бесшумно отъехала вверх, демонстрируя содержание ящика. Он был заполнен разве что на треть. И сюда бы влезли не только мы с Юлой, а ещё и амбал, которого я сватала в алиментщики.
– Мама зачем? Я боюсь, - пропищала моя малышка.
– Тихо, - шикнула я на неё.
– Будь послушной, родная. Так надо.
Взобравшись в ящик, я прикрыла крышку. Захлопнуть её наглухо возможности у меня не было. Сквозь вентиляционные отверстия в стенах внутрь проникал свет. Мы притихли, уместившись на горе фруктов. Спустя пару минут я услышала голоса и весьма специфичный хруст.
Опустив голову, поняла, что моя красавица наминает яблоки.
– Юла, - шепнула я одними губами.
Моё хитрющее дитё вздрогнуло и припрятала фрукт за спину.
– А ещё мне говорила, что врать нехорошо, - пожурила я её.
– Темно вокруг и не видно, - выдала эта ушлая особа.
– А если не видать, значит, можно брать чужое?
– уточнила я.
– И к тому же не мытое.
– Стыдно, когда видно, - припечатала меня эта не по годам умная пигалица.
И снова раздался хруст.
Тянулись минуты. Наш ящик подцепил портовый погрузчик и завёз в грузовой отсек бордовой межзвёздной махины.
Кажется, нам всё-таки удалось начать путешествие к лучшей жизни.
Но радость омрачала только одна мысль — время бежит вперёд.
А я могу за ним не поспеть.
Глава 20
Время тянулось нескончаемо медленно. Наевшись зелёных яблок, Юла крепко уснула прямо на моих руках. Ещё пару раз грузовой отсек открывался. Специфически дребезжа, погрузчик завозил универсальные контейнеры и металлические ящики. Почти все они были с нашей нелегальной овощеперерабатывающей базы.
Кому бы ни принадлежал этот корабль, а чисто он свои дела не вёл.
Контрабандист.
И весьма успешный, судя по количеству товара, что он закупил.
Мне становилось не по себе. Удача в глубоком космосе улыбается не только умным и хитрым, а ещё и жестоким мужчинам.
Безжалостным убийцам, пиратам и наёмникам.
Только сейчас я серьёзно призадумалась о том, что высадить нас с Юлой реально могут не и не на ближайшей станции, а и в открытом космосе. Просто с собранным мусором спешно отправят погулять, и всё.
С каждой минутой тревога стремительно нарастала.
Всё было слишком просто.
Но удача, ли это? Или последняя моя губительная ошибка.
Как ни странно, но себя мне жалко не было. Но вот Юла.
Сердце сжималось. А вдруг я её подвела и забрала у своей маленькой красавицы последние дни жизни, которые она могла скоротать со мной в счастливом полном неведенье.
С мультиками, в тепле и относительной безопасности.
"Нет!"
Я тряхнула головой. Риск того стоит. Надо будет, чем угодно отплачу свой проезд.
Как угодно и чем угодно.
– Мам, что это?
– сонно шепнула Юла.
Опустив взгляд, увидела тонкий красный световой луч, бегающий по товару.
– Заключительная дезинфекция, - прошептала одними губами, - ищут мышевидных грызунов.
– Фи, - поджав ноги, дочь притиснулась ко мне плотнее.
– Тут есть настоящие дикие крысы?
– Нет, милая, - я усмехнулась, глядя, как она тихонько активно набирает фрукты в собственный карман, - из опасных вредителей тут только маленькая девочка, которая жуёт не свои яблочки. А ну, положи на место.
– А я кушать хочу?
– недовольно проворчала она, но глубокие карманы курточки вывернула.
– Еда в рюкзаке, - поставив перед малышкой сумку, я распахнула её.
– Там противный бульон, - Юла ногой отпихнула то, что я ей предложила, подальше.
– Он как сопли. Бее.
– Ну, конечно, яблоки-то вкуснее, - "и полезнее" - добавила я про себя.
Схватив рюкзак за лямки, переложила его на свою сторону.
– Ещё раз пнёшь - сама стирать будешь. Поняла?
– Поняла, - надувшись, моя мелочь сложила руки на груди и отвернулась. Кажется, я что-то упустила в её воспитании.
Сверху до нас донеслось тихое жужжание ядра корабля. Мы стартовали.
Гул постоянно нарастал, закладывая уши. Юла захныкала, теснее прижимаясь ко мне. Я же, кажется, разом оглохла и ослепла. Меня сплющило и придавило к стене металлического ящика. Таких нагрузок мой организм ещё не испытывал.
– Мам!
– не знаю, каким чудом пробормотала моя малышка. Я открыла рот, чтобы её успокоить, но не смогла произнести ни слова.
Нас трясло.
Но постепенно нагрузка уменьшалась, позволяя сделать пару глубоких вдохов.