По этим ценам
Шрифт:
– Словом, предел желаний!
– пробормотала Мел, исподтишка обозревая капельки, поблескивающие в уголках рта Беллы; от предвкушения бесплатных сокровищ у той потекли слюнки.
– Я считал, что награда лучшему продавцу выдается на основании соответствующих заслуг, - заметил Берри.
– Много ты понимаешь, карлик, - хмыкнула Белла.
– Это жестокий мир, и единственная возможность продвинуться - брать, брать, брать все, что можешь, хватать обеими руками и, самое главное, быстро соображать.
Она вдруг швырнула пакет с кофе прямо в лицо карлику. Мел встревоженно вскрикнула, но прежде чем нос Берри столкнулся с темной погибелью, карлик инстинктивно выбросил вперед руку и перехватил снаряд в воздухе. У Беллы был вид кошки, слизавшей сливки.
– Священный кофеин теперь в твоем распоряжении, великан. Так как насчет клятвы?
– Я инженер и не боюсь правды.
Берри благоговейно баюкал кофе в сложенных ладонях.
– Клянусь честью, мы пришли спасти Биксби исключительно из дружеских побуждений.
– Вот как…
Белла выглядела потрясенной, словно не только поставила на безнадежную лошадь, но и сделала то же самое на собачьих бегах.
– И еще потому, что если мы не заполучим Биксби на еженедельную партию в покер, придется заменить его Линдоном.
Карлика передернуло.
– Линдоном?
– переспросила Белла.
– Чудовищем-людоедом, - пояснил Том.
– Кровожадным сокрушителем костей, пожирателем плоти, паршивым игроком в покер, вечным неудачником, истязателем троллей, палачом карликов, угнетателем ундин и ненавистником фей. Великаном-людоедом Линдоном, - пояснила Селина.
– Линдоном, который терпеть не может проигрывать.
– Да, тем самым Линдоном. Флористом из независимого цветочного магазинчика в вестибюле отеля, - добавил Берри.
– Нашему маленькому покерному клубу завидуют служащие других гостиниц, и не только из-за нашей тесной дружбы, но и возможности выиграть серьезную сумму.
– Что Биксби и делал последние шесть недель до того, как вы его захватили!
– горячо воскликнула Селина.
– Этот негодяй разорил нас, и мы все хотим получить шанс отыграться!
– И на сколько разорил?
– осведомилась Белла.
– На пару тысяч.
– М-м, действительно большие деньги, - почтительно прошептала Белла.
– Не деньги. Подарочные сертификаты «Старбакс» [4].
– Наши коллеги знают, что мы играем честно. Всякое применение магии недопустимо. А вот они не доверяют друг другу настолько, чтобы организовать собственную игру, - продолжал Берри.
– Поэтому и попросили завести список очередников, на случай, если кому-то из нас суждено выбыть из игры по той или иной причине. Первым в списке значится Линдон. Еще одна неделя без Биксби - и нам придется позволить людоеду войти в игру.
От волнения Берри с такой силой сжал злополучный пакет, что треть зерен превратилась в мельчайший порошок.
– Поэтому, мэм, ради искренней дружбы и из сочувствия к нам, несчастным, ради честной игры в покер умоляю вас, отпустите нашего брауни!
– Попросите еще раз - после моей вечеринки, - провозгласила Белла, взорвавшись торжествующим кудахтаньем, сходившим у нее за смех.
Биксби с пачкой бумаг под мышкой стоял под знакомым зеленым с золотом навесом, укрывавшим главный вход в отель «Тернан». Дежурным швейцаром в тот день был гном по имени Хорк. При виде пропавшего брауни он широко улыбнулся.
– Клянусь благословенной Мельницей, старина, неужели ты снова свободен?
– воскликнул Хорк, широко распахнув двери.
– Мел рассказывала мне о твоих тяжелых испытаниях. Ужасно, дружище, просто ужасно. Но теперь ты опять дома…
– Закрой дверь, Хорк, - мрачно перебил Биксби.
– Я не свободен. И пришел сюда только для того, чтобы передать список пожеланий миледи относительно вечеринки, которую она выиграла на пари. Не хватает воли переступить порог горячо любимого отеля. Будь хорошим домовым, позови кого-нибудь из моих партнеров по покеру.
– Биксби многозначительно потряс кипой бумаг.
– Я уполномочен передать ему вот это.
Хорк заложил в рот два пальца и издал такой пронзительный свист, что к отелю, словно чайки на баржу-мусоровоз, слетелись такси едва ли не со всего города. Резкий звук привлек внимание Мелузи-ны, прелестной в своем комбинезоне водопроводчика. Биксби молча вручил ей список и повернулся, чтобы уйти.
– О, Биксби, как жаль, что мы так и не смогли тебя спасти!
– крикнула она ему в спину.
Биксби остановился и оглянулся.
– Это неудивительно, - пробормотал он с таким трогательным смирением, что из глаз ундины покатились капли чистейшей морской воды.
– Я заточен в темницу жестокой смертной, с пальцами более липкими, чем нити паутины. Ей нравится выставлять себя жертвой тяжких обстоятельств, но я ни разу не слышал от нее слова сочувствия другим страждущим. Она ощущает лишь собственную боль и не замечает страданий других. Я умру у нее на службе, Мелузина.
– Биксби, ты не должен думать ни о чем подобном.
– О смерти? В данный момент это было бы, как говорит Клинт Иствуд, наилучшим выходом.
Мел вытерла глаза и глянула на бумаги, переданные Биксби. Берри велел Белле Франклин как можно точнее изложить свои пожелания, намекнув, что она получит только то, что просит, не больше и не меньше. Подобные ограничения не были в привычках великодушного карлика, но поведение этой смертной вывело его из себя и лишило остатков терпения. Белла же с ее цепким умом, в свою очередь, делала все, чтобы побить карлика в его же игре. Нужно сказать, что юриспруденция очень-очень много потеряла, когда Белла Франклин вместо изучения законов занялась продажей губной помады. Список всего необходимого для вечеринки был составлен рукой весьма опытного и беспощадного педанта. Тут было все: от закусок и аперитивов до десертов и декора. Похоже, она упустила из виду только одно.
– Глупая пожирательница пыли сильно промахнулась, - пробормотала Мелузина себе под нос.
– Как же это она не догадалась? И хотя прекрасно знает, что мы не обязаны поставлять то, чего нет в списке, бьюсь об заклад, закатит истерику, если мы не позаботимся об этом! А, ничего, все легко исправить.
Мел вытащила водонепроницаемую ручку, чтобы дописать недостающий пункт внизу списка.
– Сейчас зайду к Линдону, и…
И тут ундина осеклась. Ручка застыла буквально в волоске от страницы.
– О-ой!
Сияющая улыбка вдохновения озарила ее лицо. Зеленовато-желтый язычок скользнул по острым рыбьим зубкам. Ундина так поспешно ринулась в отель, что Хорк, гном-привратник, еще долго недоумевал, действительно ли он слышал из уст ундины гортанное, злорадствующее муа-ха-ха-ха-ха.
Вечеринка Беллы Франклин, немноголюдный, но роскошный бранч [5], устроенный в элегантно обставленном номере «Оберон», принадлежавшем отелю «Тернан», выгодно контрастировал с ухоженной и отшлифованной вульгарностью гостей.