Чтение онлайн

Другой скотъ ничмъ не выдается. Коровы русской породы; свиньи тоже; только овцы мстнаго происхожденія; вроятно, здшнія овцы помсь русской породы съ киргизской.

Небольшое отличіе можетъ представить и та совокупность работъ, которая составляетъ земледліе. Искусственнаго удобренія, какъ сказано выше, не можетъ быть. Только огороды и капустники передъ посадкой огурцовъ и капусты требуютъ значительныхъ приготовленій. Въ земляхъ, поросшихъ кустарниками, приходится вырубать и корчевать кусты, но чаще всего это длается помощью огня, пусканіемъ «паловъ». Палы пускаютъ и въ степяхъ, и на жнивахъ, если это не грозитъ опасностью пожара. Во все продолженіе осени, если благопріятствуетъ погода, кругомъ видно зарево степного пожара; въ одномъ мст видно, какъ огонь змйкой пробирается по полямъ высохшей травы, то почти потухая, то вспыхивая; въ другомъ вдругъ цлый снопъ искръ и клубы дыма поднимаются вверхъ — это огонь встртилъ забытую копну сна или кучу валежника.

«Палы» — это все, что можетъ быть названо искусственнымъ подготовленіемъ почвы для будущей жатвы и снокоса.

Но зато самая пахота земли производится съ рдкою тщательностью. Одинъ знающій сельскій хозяинъ говорилъ намъ, что онъ нигд въ Россіи, въ степныхъ полосахъ, не встрчалъ такой превосходной обработки земли подъ пашню, какую онъ увидлъ здсь. Правда, въ нкоторыхъ мстахъ, напр., Курганскаго округа, гд почва — смсь чернозема и песку, по своей рыхлости, требуетъ только одинъ разъ вспахать и одинъ разъ взборонить ее, обработка не требуетъ ни особенныхъ усилій, ни тщательности. Но въ прочихъ частяхъ страны пахота отнимаетъ много времени, требуя страшнаго напряженія силъ.

Пары приготовляются слдующимъ образомъ. Весной, посл посва, земля вспахивается въ первый разъ. Затмъ посл снокоса пашется во второй разъ, причемъ поперекъ, и въ первый разъ боронуется; въ конц сентября земля иногда снова перепахивается и боронуется, наконецъ, весной передъ посвомъ она еще разъ тщательно разрыхляется бороной, посл этого засвается и въ послдній разъ заборанивается. Вообще, два раза вспахать и три раза заборонить считается для всхъ обязательнымъ правиломъ. Хозяева, особенно старательные, пашутъ три раза и боронятъ четыре раза.

Надо, впрочемъ, замтить, что этого требуетъ здшняя почва, лишенная примси песку, — такъ какъ кварцу и полевому шпату здсь и взяться не откуда, — составленная изъ одного перегноя и глины; она вязкая и липкая, какъ тсто; во время засухи твердетъ подобно кирпичу, а въ дождливое время размокаетъ на большую глубину, превращаясь въ болото.

Въ нкоторыхъ мстахъ Курганскаго округа вводится обычай на новыхъ земляхъ и залежахъ сначала сять картофель, а потомъ уже хлбъ. Длается это потому, что поле, засаженное картофелемъ, естественнымъ и необходимымъ образомъ разрыхляется, во-первыхъ, самыми клубнями и, во-вторыхъ, копаніемъ при снятіи урожая. Кром того, почва отъ картофеля удобряется ея травой. Но это нововведеніе входитъ туго и совершается безъ всякой системы.

Въ общихъ чертахъ мы показали теперь все, что характеризуетъ степень культуры. Длая послдній выводъ, мы должны сказать, что жизнь сибирскаго крестьянина здшнихъ мстъ не оправдываетъ надеждъ и ожиданій, которыя естественно являются при первомъ же вопрос: куда двались неизмримыя степи и безконечные лса? Какое употребленіе сдлано изъ окружавшихъ его естественныхъ богатствъ?

Прошли вка съ начала переселенія сюда русскаго крестьянина. Онъ пользовался на новомъ мст сравнительною свободой; подъ его руками имлось все, что необходимо для удовлетворенія человческихъ потребностей, и мы видли, какъ онъ воспользовался такимъ положеніемъ: свято сохранивъ обычаи, пріемы и преданія, онъ ничего не прибавилъ новаго, только количественно и качественно улучшивъ вынесенное изъ старой Руси. Типъ его культурнаго развитія неизмнно остался тотъ же самый, но только степенью выше. Достоинства и недостатки, вынесенные изъ старой родины, — все онъ сохранилъ и все поднялъ на одну ступень выше.

На старой родин было поголовное невжество — и крестьянинъ принесъ его на мсто родины, сохранивъ его здсь до послднихъ дней, въ продолженіе нсколькихъ вковъ. Мы должны констатировать абсолютное отсутствіе грамотности въ стран. Существующія при волостяхъ школы только роняютъ достоинство школы. Большинство деревень иметъ только одного грамотнаго человка — сельскаго писаря. Можно то и дло наткнуться на слдующую потрясающую до глубины души картину.

Во весь опоръ скачетъ куда-то мужикъ верхомъ на лошади, безъ шапки и босикомъ, и, очевидно, крайне взволнованный. Это деревенскій староста. Ему пришла изъ города черезъ волость бумага, и онъ бросился къ своему писарю, но тотъ куда-то ухалъ. Староста поскакалъ въ другую деревню, но тамошній писарь лежитъ безъ сознанія, и его никакъ не могутъ три дня вытрезвить. Волненіе старосты доходитъ до послднихъ предловъ, и онъ мечется въ большомъ страх. А и вся бумага-то, можетъ быть, состоитъ изъ записки засдателя: «Приказываю теб ко дню Благовщенія купить и привести мн щуки въ три четверти каждая».

Но мало того, что здшній крестьянинъ сохранилъ всю умственную безпомощность Московскаго періода, но онъ еще на одну степень увеличилъ ее. Тамъ, гд крестьяне живутъ плотною массой, невжество приняло только боле яркую окраску, но тамъ, гд были часты сношенія съ инородцами, умственный уровень ихъ совершенно понизился.

А, между тмъ, жизнь все-таки измняется. Явились новыя нужды, новыя задачи, требующія своего разршенія, но крестьянинъ только чувствуетъ ихъ тяжесть, не умя взяться за нихъ, и приписываетъ вс свои тяжести природ и тснот, но это составитъ предметъ слдующей главы.

Населились эти степи и лса не вдругъ, конечно; шли сюда въ продолженіе нсколькихъ вковъ массами и единицами, шли вольные и невольные переселенцы, примыкая къ тому ядру населенія, которое образовалось съ начала открытія и завоеванія. Такъ продолжалось вплоть до семидесятыхъ приблизительно годовъ, когда переселенческое движеніе нашло для себя новыя мста впаденія — Томскую губ. и отчасти Востокъ Сибири. Объясняется это тмъ, что именно около этого времени открылась для русскихъ крестьянъ большая свобода переселеній, большая свобода выбора и большая возможность руководиться основательными знаніями о будущемъ мст поселенія. А до этого времени переселенецъ радъ былъ, если успвалъ выбраться безъ особенныхъ приключеній изъ Россіи, и радъ былъ остановиться въ первомъ попавшемся мст, вчно опасаясь быть возвращеннымъ назадъ, на разоренное старое пепелище. Когда же переселенческое движеніе сдлалось боле регулярнымъ и боле или мене оффиціально руководимымъ, русскіе крестьяне узнали, что въ Сибири есть мста богаче Тобольской губ., мало населенныя и вольныя; туда, въ Бійскій и Барнаульскій округа и въ другіе углы Томской губ. и направилось массовое движеніе переселяющихся, минуя Курганъ, Ишимъ, Тюкалу.

Такимъ образомъ, къ названному времени въ эти округа почти совершенно превратилось массовое переселеніе, сдлавшись явленіемъ для этихъ мстъ исключительнымъ. Когда въ Курган или Ишим останавливалась партія, то это былъ уже чистый случай, не поддававшійся предвиднію, и сами переселенцы являлись только частью движенія, отставшею отъ общей массы движенія, законъ котораго можно объяснить и предсказать заране, какъ явленіе природы. Въ послдніе же, восьмидесятые, годы, благодаря тяжелымъ мстнымъ бдствіямъ, переселенческое движеніе сюда, можно сказать, совсмъ прекратилось. Отъ времени до времени только приходятъ или, лучше сказать, невзначай забредаютъ сюда только маленькія группы, чаще же всего — единицы. Забредая, они приписываются къ обществу уже сложившемуся.

Въ виду такого ничтожнаго значенія переселенческихъ вопросовъ для описываемой страны, мы коснемся ихъ вскользь, не вдаваясь въ мелкія подробности, и дадимъ только самое общее понятіе о здшнихъ переселенцахъ.

Для примра возьмемъ два случая: переселенческую деревню и переселенческую единицу.

Въ Ишимскомъ округ есть Старо-Локтинское село, населенное сибиряками съ незапамятнаго времени. Но въ шестидесятыхъ годахъ сюда прибыла партія переселенцевъ изъ средней полосы Россіи. Сначала они помщены были возл Локтинскаго на особомъ мст, но это мсто имъ не понравилось, и они перебрались со всми постройками на другое мсто, также возл Локтинскаго, но по другую сторону его. Въ первые годы между старожилами и новоселами происходили частыя недоразумнія изъ-за земли, тмъ боле, что подлежащія власти долго не утверждали законнымъ порядкомъ факта переселенія. Такъ, напр., старожилы, зная напередъ, что къ нимъ назначены новоселы, поспшили вырубить лучшія деревья въ лсу, жаля, что не могутъ вырубить всего лса. Но года черезъ два, черезъ три вводъ во владніе землей для новоселовъ былъ совершенъ, новая деревня названа Ново-Локтинской, отношенія опредлились между старыми и новыми крестьянами, и недоразумнія окончились.