Чтение онлайн

Съ теченіемъ времени индивидуализація подвинулась такъ далеко, что въ общій строй захватной системы вошли и т земли, которыя лежали вблизи деревень; современемъ он стали передаваться по наслдству.

Т же самыя причины вліяли на способъ снокошенія. Косилъ всякій тамъ, гд ему нравилось и куда онъ явился первымъ. Впрочемъ, это практиковалось только на удаленныхъ отъ деревни участнахъ, да и то вело за собой безконечныя и непрекращавшіяся распри. Что касается луговъ, находящихся неподалеку отъ деревень, то они ежегодно передлялись, и сомнительно, чтобы было время, когда эти луга не передлялись.

Нарисованная нами схема землевладнія и выясненіе того пути, по которому шло развитіе сибирскихъ общинныхъ порядковъ, даютъ возможность представить прошедшее этого землевладнія лишь въ общихъ чертахъ. Схема не всегда совпадаетъ съ дйствительно существующими фактами.

Причина этому та, что порядки сибирскаго землевладнія не установились прочно до настоящаго времени. Зависитъ это не только отъ обилія земли, которое позволяетъ крестьянамъ относиться съ меньшею ревностью къ каждому клочку ея, но и отъ другихъ явленій сибирской деревни. Упомянемъ, напр., о той легкости, съ какой крестьяне бросаютъ свои надлы въ одномъ, перебираясь на другую землю другого общества; эти постоянныя перебжки совершаются всего чаще среди одного общества; одинъ домохозяинъ покупкой или другимъ какимъ путемъ пріобртаетъ землю другого, а этотъ другой тоже какимъ-нибудь путемъ завладетъ землей третьяго; и если бы еще участки переходили изъ рукъ въ руки цликомъ, а то переходятъ они мелкими частями, производя непонятную пестроту въ землевладніи. Нердко замчаются такія явленія: крестьянинъ владетъ безспорно извстнымъ участникомъ или группой участковъ, а платитъ подати за другія земли, находящіяся въ другомъ обще. ств; дале, нсколько домохозяевъ сразу предъявляютъ притязанія на одинъ и тотъ же участокъ, и между ними начинаются нескончаемые споры.

Система заимокъ также составляетъ источникъ путаницы въ землевладніи; такъ какъ заимки строятъ почти исключительно только богатые домохозяева, то бдные, вслдствіе захвата, часто лишаются очень существенныхъ частей земли, вслдствіе чего въ нкоторыхъ деревняхъ происходятъ отмежевыванія извстнаго количества земли отъ богатыхъ въ пользу недостаточныхъ.

Но самый ужасный безпорядокъ производятъ мертвыя души или, какъ он здсь называются, «упалыя души». Въ исключительно рдкомъ хозяйств нтъ этихъ мертвыхъ душъ, высылающихъ изъ своихъ могилъ подати. Большинство же домохозяевъ принуждено вчно считаться съ мертвецами. Принципіальный порядокъ при этомъ такой: всякій долженъ платить столько мертвыхъ душъ, сколько иметъ, и владетъ тою землей, какая искони принадлежитъ его роду. Это выходитъ просто. Но на практик этого почти никогда не бываетъ. Домохозяева несостоятельные просятъ міръ сбавить съ нихъ часть мертвыхъ душъ. Міръ уважаетъ просьбы и перекладываетъ души на боле зажиточныхъ, а зажиточные требуютъ за это извстныхъ привилегій при землевладніи, напр., при длеж покосовъ; часто ихъ требованія исполняются, а иногда нтъ — происходятъ безконечныя ссоры.

Особенно обильная пища для ссоръ является въ тхъ частыхъ случаяхъ, когда перелагается съ одного общинника на другого не цлая душа, а, напр., половина, четверть, — тогда происходитъ путаница, въ которой и сами крестьяне нердко ничего не могутъ сообразить. Извольте-ка удовлетворить надлежащимъ количествомъ земли, напр., осьмушку души!

Изъ сказаннаго видно уже, что сибирская община не пришла еще къ опредленнымъ формамъ землевладнія. Въ одномъ случа захватные участки признаются неприкосновенными и передаются по наслдству: въ другомъ случа т же самые участки признаются подлежащими урзк или прибавк — рзкое противорчіе крестьянской мысли. Въ одномъ случа община предъявляетъ свои верховныя права, въ другомъ она какъ бы забываетъ объ этихъ правахъ. Она пока считаетъ себя безсильною внести равномрный порядокъ во взаимныя отношенія между своими сочленами и ограничивается ожиданіемъ новой ревизіи, — ожиданіемъ, которое въ нкоторыхъ деревняхъ сдлалось просто мучительнымъ, — до такой степени безконечныя столкновенія всмъ надоли.

Это регулированіе владніемъ землей все-таки идетъ естественнымъ путемъ, хотя и медленно, почти незамтно. Чтобы указать, въ какую сторону направляется это движеніе, мы разскажемъ два случая изъ деревенской жизни Ишимскаго округа.

Одинъ касается разграниченія земель между двумя или нсколькими общинами, владвшими землею до этого времени сообща. До послднихъ лтъ между крестьянами разныхъ деревень происходили ежегодно схватки, ссоры, драки; то и дло крестьянинъ одной общины завладвалъ землей крестьянина другой общины, пользуясь тмъ, что междуобщинвой грани не было и земля считалась общей. Чаще же всего схватки происходили между двумя деревнями во всемъ ихъ состав; при снокос драка между двумя мірами была дломъ до такой степени обыкновеннымъ, что, собираясь на снокосъ, вс запасались оружіемъ: кто бралъ хорошую сырую березу, кто ограничивался литовкой, надясь, что на мст побоища онъ всегда можетъ найти достаточно толстое дерево. Обыкновенно одна деревня успвала раньше пріхать на луга и выкосить много травы; въ такомъ случа другая деревня, приведенная въ негодованіе этимъ поступкомъ, сразу нападала съ кольями и косами. И, прежде чмъ убирать сно, об партіи успвали сдлать достаточное число фонарей подъ глазами и глубокихъ дыръ на тл.

Это продолжалось, повторяемъ, до послдняго времени, когда вс ршили такъ или иначе покончить съ этими драками. Приглашали землемровъ и разверстывали свои угодья. При этомъ раздлъ совершался не на основаніи только права захвата, но и на принцип равноправности: къ тмъ землямъ, которыми члены общины владли испоконъ вка и на правахъ наслдственной собственности, пріобртенной захватомъ, прибавлялись земли, не принадлежащія собственно данной общин, а прирзанныя къ ней другою общиной въ виду равноправности и соблюденія справедливости. Правда, во многихъ случаяхъ, при этихъ размежеваніяхъ, происходилъ подкупъ землемра одною общиной, чтобы заставить его обрзать въ угодьяхъ другую общину, но даже и въ этомъ случа признаніе каждымъ права за каждымъ другимъ на ровное надленіе землей было несомннно, хотя на дл это признаніе и не осуществлялось, благодаря подкупу.

Другой случай рисуетъ взаимныя отношенія односельчанъ.

Въ одной изъ ишимскихъ деревень ршили сдлать прирзку по десятин на каждую душу. Прирзка должна была совершиться на счетъ луговъ, которые каждый годъ передлялись; но случайно было открыто, что на этихъ лугахъ родится отличный хлбъ, и ршено было снокосы обратить въ пашни. Къ несчастію, во время длежа нсколько десятковъ домохозяевъ находились въ отсутствіи, такъ что раздлъ произошелъ безъ нихъ; сходъ ршилъ только, что дастъ имъ землю въ другомъ мст, если луговъ недостанетъ. Но когда отсутствовавшіе собрались и узнали, что безъ нихъ совершился раздлъ, подняли такой шумъ, что деревня надолго превратилась въ сущій адъ; на улицахъ и въ домахъ, на сходкахъ и въ одиночку люди сходились и ругались. Наконецъ, когда всмъ стало тошно отъ этой распри, послали старосту къ посреднику. Возвратившись, староста объявилъ ршеніе: сидть каждому тамъ, гд кто сидлъ въ старыя времена, а луговъ не трогать.

Но это легко было сказать, а не исполнить. Многіе уже успли вспахать пары на лугахъ. Такимъ образомъ, и луга были испорчены, и пашни не оказалось, и на ше сидитъ безконечная тяжба.

Случайно сошлись въ моей квартир два крестьянина этой деревни, мои знакомые. Чуть не съ первыхъ же словъ они принялись укорять другъ друга въ недобросовстности, забывъ совершенно обо мн. Ссорились они все о томъ же. Когда луга были раздлены, то одинъ изъ двухъ крестьянъ, которому ничего не досталось, купилъ у какого-то Васьки его надлъ на этихъ лугахъ, — купилъ около двухъ десятинъ за 16 копекъ и обработалъ землю подъ будущую пашню, т.-е. вырубилъ и выкорчевалъ кусты. Но когда приказано было всю длежку считать недйствительной и раздлить луга, попрежнему, подъ снокосъ, то эти дв десятины очутились принадлежащими второму моему знакомому. И началась между ними ссора, не разбиравшая ни мста, ни времени. Только вмшательство посторонняго лица оказало дйствіе: первый крестьянинъ согласился уступить купленную (арендованную) землю законному владльцу ея. а этотъ послдній обязался выплатить первому 16 копекъ. Но очевидно, что вырубка кустовъ, а для другого 16 копекъ пропали совершенно напрасно; очевидно также, что оба они, каждый свое, будутъ помнить и эти кусты, и эти 16 копекъ вплоть до будущей ревизіи, если когда-нибудь она будетъ.

Наиболе безпорядочные случаи въ пользованіи земельными угодьями совершаются въ Тюкалинскомъ округ {Мы считаемъ пріятнымъ долгомъ выразить г-ж Ш-вой благодарность за доставленіе многихъ свдній о Тюкалинскомъ округ.}. Тамъ, при населеніи, далеко уступающемъ по количеству населенію Ишимскаго и Курганскаго округовъ, и до настоящаго времени много свободныхъ земель, не вошедшихъ въ захватные и наслдственно передающіеся участки. Рядомъ съ этими участками существуютъ поля, гд каждый беретъ столько земли, сколько ему хочется, и длаетъ на ней все, что ему угодно: пашетъ, коситъ, запускаетъ въ залежи или бросаетъ, предоставляя пользоваться брошенною землей другому. Правда, практика установила и для такого рода землепользованія нкоторыя ограниченія; такъ, крестьянинъ, облюбовавшій извстный участокъ, но не поставивщій на немъ какого-нибудь знака, не можетъ заявлять притязанія на этотъ участокъ; если другой крестьянинъ завладлъ имъ, онъ долженъ поставить знакъ присвоенія, и тогда земля считается его собственностью; но эта собственность ограничена во времени; если крестьянинъ надолго заброситъ свою землю, — положимъ, по недостатку силъ обработаться или потому, что занялъ другое мсто, — то всякій другой иметъ права взять ее. Относительно покосовъ существуетъ также извстное ограниченіе, состоящее въ томъ, что снятіе сна въ одномъ году не даетъ права считать своимъ этотъ снокосъ и на другой годъ. Община, главнымъ образомъ, наблюдаетъ за тмъ, чтобы вольныя земли въ дйствительности были вольными, чтобы участки пахотной земли не закрплялись въ однхъ рукахъ на вчныя времена, чтобы покосы не считались частною собственностью, чтобы вольные лса не вырубались однимъ, оставляя безъ дровъ другого, — однимъ словомъ, община нкоторыми ограниченіями и здсь наблюдаетъ, чтобы окружающій просторъ былъ доступенъ одинаково для всхъ.

Но, тмъ не мене, безпорядочность землевладнія въ Тюкалинскомъ округ подтверждается чуть не ежедневными фактами. Одинъ вдругъ начинаетъ отбивать участокъ, занятый на томъ основаніи, что онъ нкогда владлъ имъ; другой отбиваетъ землю, занятую просто потому, что она ему нравится. И фактическое ршеніе этихъ споровъ не всегда совпадаетъ со справедливостью.

Теперь мы перейдемъ къ возможно точному описанію типической формы землевладнія, безспорно существующей въ изучаемой мстности Сибири, несмотря на безпорядочность, хаотичность и разнообразіе въ способахъ пользованія земельными богатствами. Самое броженіе это показываетъ, что кажущееся разнообразіе иметъ явное стремленіе принять типическую, однообразную и организованную форму землевладнія.

Для удобства мы раздлимъ вс угодья на пахотныя, снокосныя, выгоны, огороды, усадьбы, лса, озера и рки.

Пахотныя земли, ближайшія къ деревн, а часто и отдаленныя, находятся въ подворномъ владніи, причемъ количество земли въ исключительныхъ только случаяхъ соотвтствуетъ числу душъ, такъ что по размрамъ своимъ эти участки безконечно разнообразны: доходя иногда до 50 десятинъ, они нердко содержатъ только одну-дв десятины. На каждый дворъ такихъ участковъ приходится по нскольку въ разныхъ поляхъ. Верховное право на нихъ принадлежитъ общин, которая считаетъ ихъ мірскою собственностью; это идеально, но фактически они являются собственностью домохозяевъ, никогда не передляются и передаются на наслдству изъ поколнія въ поколніе. Неравномрность этихъ участковъ сильно безпокоитъ крестьянъ, но они ждутъ ревизіи.