По мосту через пропасть
Шрифт:
В тот вечер, точнее в ту ночь, Сьюзен узнала, что такое слезы досады.
Но весь опыт ее предыдущей жизни говорил, что, если она чего-то захочет, у нее это рано или поздно будет. Скорее рано. А если на этот раз рано не получается, то ничего страшного: исключение только подтверждает правило.
Поэтому она стерла перемешанную со слезами тушь со щек и решила, что ей, наверное, даже полезно будет потомиться еще несколько недель, пока Адриан не вернется из тетиного имения. И тогда она возьмется за него вплотную.
А теперь – этот звонок тети Маргарет, который поверг ее в состояние, близкое к отчаянию.
Ясно, что у Адриана появилась женщина.
Естественно, он не жил затворником, и время от времени Сьюзен, исполняя свой дружеский долг, оказывалась в роли поверенного лица во всех его связях. Связи были мимолетными, и у Сьюзен складывалось впечатление, что эти влюбленности не задевают самых глубоких струн его души, и это очень правильно, потому что струны эти звучат только для нее. Она ждала подходящего момента, чтобы вступить в игру.
Дождалась…
Нужно срочно что-то предпринять, но что?
Она даже не представляет, с какой соперницей придется бороться! Где-то в душе Сьюзен подозревала, что в Эшингтоне вряд ли обитают утонченные дивы и светские львицы, которые могли бы по-настоящему заинтересовать Адриана. Но кто знает, что у него за причуды. Может, ему внезапно пришло в голову приударить за какой-нибудь местной учительницей. Сьюзен не была настолько наивна, чтобы полагать, что Эшингтон до сих пор держится на сельском хозяйстве, но, кто и как там живет, она совершенно не представляла. Но школа-то, по меньшей мере, должна быть… Наверное.
Переливчатый писк телефона заставил ее подпрыгнуть, как ошпаренного котенка.
– Алло? – Ладонь, обхватившая пластиковую трубку, мгновенно взмокла.
– Привет, Сью! – Голос Адриана был бодр, но звучал немножко напряженно.
Возможно, так только кажется, потому что она давно его не слышала и отвыкла. Возможно, это он отвык от нее… Все равно сердце Сьюзен вздрогнуло и забилось быстро-быстро. Она так и не успела продумать план дальнейших действий…
– О, Эйд, привет! Ты совсем про меня забыл. – Она пошла по испытанному пути – изобразила обиженную девочку. И только потом ей в голову пришла здравая мысль: вряд ли перед мужчиной, которого хочешь заинтересовать, стоит разыгрывать маленького ребенка.
– Ну что ты, Сью. Просто я в последнее время сам не свой и не хотел тебя тревожить. Извини. Мне следовало позвонить раньше. Что у тебя стряслось?
– Стряслось?.. – Сьюзен соображала быстро. – Эйд… – Она коротко вздохнула. – Я не хочу говорить об этом по телефону.
– Сью, брось…
– У меня неприятности с отцом, – брякнула она первое, что пришло на ум.
– С отцом? – Адриан был удивлен и обеспокоен: он знал, какое важное место занимает отец в жизни Сьюзен. Он для нее почти бог. А если отношения с богом складываются не лучшим образом… – Сью, говори.
– Эйд, мне очень нужна твоя помощь!
– В чем?
– Отец хочет отправить меня на стажировку в Сидней. – Драматическая история складывалась сама собой.
Адриан молчал – видимо, соображал, чем же ей так плох Сидней.
Значит, перспектива разлуки его нисколько не волнует…
– И?.. – осторожно подтолкнул он ее.
– Эйд, это же почти на Южный полюс! Я не хочу! Я не могу! Я должна ехать в Нью-Йорк, у меня приглашение, это мой шанс…
– Ты говорила это отцу?
– Да.
– И что он?
– Назвал меня упрямой и недальновидной и сказал, что, если я не полечу в Сидней, он больше не будет со мной разговаривать. Он и сейчас со мной не разговаривает…
– Хочешь, я завтра позвоню ему? Сегодня поздно уже…
– Эйд! – Вполне натуральный всхлип: Сьюзен стало внезапно себя очень жалко. Просто так. Вжилась в предлагаемые обстоятельства, как говорят актеры. – Пожалуйста, приезжай… Может, тебе удастся его убедить.
Пауза.
– А ты уверена, что телефонным разговором не обойтись?
– Ты же его знаешь – если ход разговора его не устроит, он просто повесит трубку. Эйд, он тебя послушает, пожалуйста…
Снова пауза.
– Хорошо, Сью, я приеду.
– О, Эйд, ты самый лучший на свете друг! – Сьюзен плакала – на этот раз от радости и умиления. Все-таки недаром говорят, что адвокаты – это те же актеры, только в строгих костюмах и с жестко определенным амплуа.
– Может быть, завтра или послезавтра.
– Я буду очень-очень ждать. Вместе мы ведь прорвемся, правда?
– Конечно, правда! Выше нос. Думай о хорошем. И спокойной ночи.
– Спокойной ночи, Эйд… До встречи. Спасибо тебе.
Гудки в трубке.
Ладно, папу можно убедить подыграть – ему нравится Адриан, и он был бы не против, чтобы они со Сьюзен составили пару. Этим можно заняться прямо сейчас, все равно он еще не спит… Сьюзен припудрилась светлой пудрой, чтобы казаться бледнее – на папу это всегда действовало безотказно.
Вот только что дальше делать с Адрианом? Ладно, впереди целая ночь и половина дня как минимум. Достаточно времени для рождения тактического плана.
– Ну как там Сьюзен? – Это был первый вопрос тети Маргарет, когда Адриан спустился к завтраку.
– У нее конфликт с отцом. Она хочет, чтобы я помог его уладить.
Тетя Маргарет кивнула, будто бы сочувственно. Адриану и в голову не пришло, что на самом деле это был кивок одобрения – молодец, девочка. Быстро сориентировалась.
– Она же твоя подруга. Думаю, она вправе рассчитывать на такую помощь.
– А я и не спорю. Только иногда мне кажется, что она мною манипулирует, – вздохнул Адриан.
– Что ты имеешь в виду?
– Что она настоящая женщина – взывает к моей силе и благородству, когда ей это нужно.
– Я рада, что ты наконец заметил.
– Игру?
– Женщину, – улыбнулась тетя Маргарет.
Адриан замолчал, озадаченный. Вроде бы даже немного смутился.