Чтение онлайн

"Вот и прекрасно, мистер Икс! Желаете оставаться неизвестным — бога ради!"

Сначала Элис недоумевала и сердилась, потом решила, что просто не будет обращать на подарки внимания, в конце концов, это стало забавным. Ухаживания неизвестного поклонника были такие искренние и милые, что обижаться на них было просто глупо. Гадая, от кого могут быть все эти знаки внимания, она подчас становилась такой рассеянной, что почти не слышала, о чем говорили на тренировках, а один раз отвлеклась настолько, что перепутала движения и опалила себе брови, подняв настроение всем, кроме Тайлера.

Никто из курсантов, однако, так и не выдал себя ни взглядом, ни жестом. Элис мысленно представила себе лица молодых людей. Питер влюблён в Анабель — это знают абсолютно все, даже Тайлер, влюблённый в свою работу по уши. А Теренс и Луиза — вроде как пара. Во всяком случае, Луиза на него смотрит, как на свою комнатную собачку. Может быть, Арнольд? Он, конечно, не слишком разговорчив, но…

Осознав, что рано или поздно она познакомится со своим воздыхателем, Элис в ужасе зажмурилась. А в голове почему-то вспыхнула яркая картинка: темноглазый брюнет в шёлковом костюме лениво поглаживает большими пальцами рулевое колесо своего турбомобиля… В ту же секунду дверь распахнулась, со свистом всосав воздух, и, подчиняясь закону гравитации, Элис полетела на пол.

— Спасибо, Терри, — она выразительно посмотрела на мраморный шарик, — Два дня заряжала!

— Ой, прости, Элис, я не знал, что ты здесь… Почему тебя не было за обедом?

— Я не голодна.

Он бросил ей шоколадный батончик, Элис поймала.

— На всякий случай… Между прочим, мы едем за город, в Изумрудные холмы. Прямо сейчас.

— Сейчас? — Элис полезла в карман за карандашом и блокнотом, — Координаты скажешь?

— Едем. На машинах. Тайлер сказал, что заодно проверит наши навыки вождения, — Теренс вдруг замялся, — А что, твой "Гелиос" ещё не починили?..

— Нет ещё… — сердито буркнула она, тут же себя отругав: Терри не виноват, что её турбомобиль до сих пор в сервисе.

— Можешь просто… Я хотел сказать, что буду рад, если ты составишь мне компанию.

— Терри, ты водить-то хоть умеешь? — с сомнением спросила Элис, когда десятью минутами позже они выбрались на дорогу и пристроились в хвосте, замыкая стройную колонну из восьми алых машин. Выезжая со двора, Теренс поворачивал руль так резко, что бампер турбомобиля дважды чуть не познакомился с чугунной оградой.

— А как же! — ухмыльнулся парень, на скорости вписываясь в поворот. Элис на всякий случай пристегнула ремни.

К счастью, на сей раз всё обошлось без приключений. Потолкавшись в пробке на забитом перекрёстке возле городской мэрии, они довольно быстро выбрались на свободную дорогу, и покатили по направлению к ближайшей развязке. Светофоры моментально переключались на зелёный, стоило возглавляющей колонну машине, за рулём которой сидел сам Тайлер, приблизиться к ним достаточно близко, — очевидно, отметила Элис про себя, здесь не обошлось без магии.

Изумрудные холмы оказались весьма симпатичным местом. Они были выше, чем холмы в пригородах Айзенбурга, но до Барденских гор им было, конечно, далеко. Сочная зелень травы, покрывавшей каждый дюйм земли густым ковром, вполне оправдывала название этого места.

Припарковавшись на обочине, они поднялись на самый высокий холм. Тайлер нёс с собой бархатный мешочек, в котором что-то негромко звякало.

Сегодня Малый парад планет, — сказал он, жестом призывая курсантов подойти ближе и встать вокруг, — А Таурус в противостоянии. Событие достаточно редкое: последний раз подобное наблюдалось семь лет назад. Итак, кто мне скажет, какая от этого польза нам?

— В такое время энергетический канал полностью открывается, — мгновенно отреагировала Анабель, и Питер застыл на вдохе с полуоткрытым ртом, досадуя, что его опередили, — Это даёт нам возможность аккумулировать гораздо больший потенциал силы, чем в обычные дни. А подключаться к эгрегору энергии удобнее, находясь на возвышенности. Я правильно понимаю, сэр, что мы здесь именно для этого?

— Неплохо, — Тайлер наградил девушку благосклонным взглядом, — Да, ты права, именно для этого. Каждый день мы пропускаем через себя большое количество энергии, преобразуя её в ту или иную форму. Однако сегодня нам предстоит нечто гораздо более интересное и сложное.

Он развязал мешочек, и высыпал себе в горсть восемь плоских блестящих кругляков — по числу курсантов. Элис подумала сначала, что это монеты, но, разглядев крепления для цепочек, поняла, что Тайлер держит в руках медальоны из какого-то чёрного сплава.

— Это октаниум с небольшим добавлением серебра. Чистый октаниум слишком мягок и довольно быстро тускнеет. Сегодня вам предстоит зарядить эти медальоны энергией, — настолько, насколько возможно. Будьте внимательны. Важность этой работы трудно переоценить.

Элис осторожно взяла заготовку для амулета, взвесила на ладони. Тяжёлая, а по виду и не скажешь.

— Надеюсь, все помнят, как заряжают амулеты? — проговорил Тайлер, сурово сверкнув глазами, — Мы посвятили изучению теории целых три дня. Помните: энергия медальона — ваша страховка и защита в Реверсайде. Это своего рода последняя соломинка для утопающего. Можно сколько угодно надеяться, что они вам никогда не понадобятся, — я сам искренне желаю, чтобы никому из вас не пришлось прибегнуть к их помощи, — он прищурился на солнце, — Но всякое случается… Энергия сейчас на пике. Разбирайте заготовки, и приступайте.

Курсанты разбрелись в стороны; кто-то уселся на траву, скрестив ноги, кто-то остался стоять.

Глубоко вздохнув, Элис положила медальон на ладонь, накрыла другой рукой и бережно сдавила, стараясь уловить колебания и завихрения пространства, попасть в резонанс. Чтобы лучше сосредоточиться, она прикрыла глаза, но даже сквозь опущенные веки увидела, как всколыхнулся воздух вокруг неё, и почти осязаемые потоки энергии, бурля, заструились по телу. Стало так жарко, словно она оказалась в чреве доменной печи. Чем больше заряжался амулет, тем горячее он становился.

Минуты тянулись медленно, как резина. Сколько прошло времени, понять было невозможно. В какой-то момент жар стал нестерпимым, и Элис испугалась, что металл не выдержит и расплавится, но внезапно почувствовала, что процесс достиг предела и постепенно сходит на нет, — октаниум впитал в себя столько энергии, сколько смог.

Она разжала руки и увидела, как на доселе ровной, гладкой поверхности медальона от центра к краям проступают точки, штрихи и линии. Переплетаясь, они выводили замысловатую двойную спираль, в которую вписывались треугольники и звёзды, и вскоре переливчато блестевший металл покрылся изящной сетью символов и знаков.