Чтение онлайн

«Помни, Шелана, что Тревор Таррел — твое зеркальное отражение. Играть с ним опасно». Она вздохнула и, глядя ему в глаза, сказала:

— Я знаю, кто ты. Ты знаешь, кто я.

Ни один мускул не дрогнул на лице лорда Таррела. Шелана продолжила, чувствуя себя так, будто ступает по тонкому льду:

— Ты знаешь, что мой муж, Дейв Вескерли, был одним из Венетри.

— Знаю.

— А я знаю, что отныне в тарлеонской резиденции Венетри главенствуешь ты. И я хочу стать частью Венетри.

Тревор Таррел едва заметно усмехнулся.

— Ас чего ты взяла, что это мне интересно?

Вопреки его словам, Шелана видела во взгляде лорда искорку любопытства, вот только в его голосе по-прежнему звучало равнодушие.

— Ты красивая женщина, но этого недостаточно, чтобы стать одной из нас. Твой муж… был великим магом, одним из лучших, кого я когда-то знал.

— А я — его лучшей ученицей, — парировала Шелана. — Да, я переняла не все его умения, но я быстро и охотно учусь. И я хочу — и всегда хотела — того же, что и вы, Венетри.

— Значит, граф Вескерли обучил тебя некромантии? Это похвально, но Венетри всегда мало интересовала некромантия из-за особенности Бездны забирать тела убитых ею.

— Знаю, — спокойно отозвалась Шелана.

— У тебя остались от твоего мужа какие-нибудь артефакты, записи — что-то, что может представлять для нас интерес? Что ты можешь нам дать, чтобы мы захотели принять тебя?

Шелана закусила губу. Разговор повернулся не так, как она того ожидала. Дейв Вескерли был экспериментатором, которого побаивалась даже элита Венетри, фанатиком, одержимый исследованиями, готовым идти на любые жертвы ради новых открытий. Но, увы, все его исследования касались в основном именно некромантии, попыткам довести до совершенства умение управлять жизнью и смертью.

Выбора не было — пришлось не только открыть все свои карты, но и бросить на стол туз в рукаве.

— Человеческая жизнь мало что значила для него, — глухо сказала Шелана. — Любая, кроме моей. Я была для него опорой, его светом… но погибла на его глазах.

Вот теперь в черных глазах Тревора Таррела читался неподдельный интерес. Даже… изумление.

— Я стала первым его творением, — с горькой усмешкой произнесла Шелана.

— Его первой — и любимой — игрушкой. И Дейв… он сумел обмануть законы Бездны. Ведь, ожив там, с первым же Слиянием я очнулась в Альграссе… живой. И пусть мое сердце не бьется, и я не дышу, но я… существую. Ты спрашивал, что я могу дать Венетри? Я отвечаю — себя. Тайну своего существования, которую вы сможете раскрыть. Я разрешу вам исследовать себя, добровольно стану подопытной — все ради того, чтобы помочь вам понять, как призвать магию в Альграссу.

Шелана даже почувствовала себя освобожденной, раскрыв Тревору Таррелу свою тайну, которую все это время она тщательно скрывала от чужих ушей и глаз. Никто не должен был знать, что Шелана Вескерли однажды… умирала, и что лишь благодаря мужу ей удалось обмануть смерть — настолько, насколько это было возможным.

— Оставь свои секреты при себе, — пренебрежительно бросил Тарреп, — мне они не нужны. Ты думаешь, ты первая, кому удалось обмануть законы Бездны? Да, таких немного, но они есть. Это лишь огрехи Слияния, никак не помогающие нам призвать магию в Альграссу. И уж тем более… — Он усмехнулся, скользнув по Шелане взглядом, от которого почему-то стало холодно. — Скажи, зачем мне нужна мертвая? Безымянные Боги, а ведь я тебя целовал…

Оторопевшая, изумленная, Шелана отчетливо видела в его глазах отвращение — там, где несколько минут назад, во время поцелуя, видела вожделение. Это было так ново и так… унизительно.

Тревор Таррел широкими шагами пересек пространство комнаты и вышел, даже не потрудившись прикрыть за собой дверь, оставляя Шелану в одиночестве — оторопевшую, обескураженную.

Никто не мог устоять против чар Шеланы Вескерли. Никто, кроме Тревора Таррела. Никто, кроме него, не смел ей отказывать.

А значит, отныне он — враг.

День в Бездне, показавшийся Алексии самым долгим из всех, не принес новых неприятностей. Сестры просто брели по пустоши. Алексия шла, ежеминутно оживляя в памяти нарисованную отцом карту и сжимая руку Эбби — так крепко, что в какой-то момент та запросила пощады. Каждый шорох поблизости заставлял Алексию нервно оборачиваться. Сегодня она устала больше обычного — страх за сестру, не утихающий ни на мгновение, словно подтачивал, выматывал ее изнутри.

Оттого она была так рада опустившемуся на Бездну вечеру. И вздохнула с облегчением, когда Слияние вернуло ее в родной мир. Сковавшее Алексию напряжение чуть отпустило — она знала, что в этот миг Мири спешит к очнувшейся в своей кровати Эбби.

Снова шепотки и чьи-то имена — тех, кого они сегодня потеряли. Измученная, Алексия поспешила покинуть бальную залу. Люди расходились по домам, лакеи услужливо отворяли дверцы карет.

Переступив порог родного дома, она тут же увидела Абигайл.

— Как ты, родная?

— Все хорошо, — через силу улыбнулась сестренка. Устала, бедняжка.

— Тебе нужно поспать.

Мири увела Абигайл наверх, затем приготовила Алексии ванну. Лежа в душистой пене среди родных и знакомых стен, мыслями она постоянно возвращалась в Бездну. Ночь сменится днем, и им снова предстоит бороться за выживание. Это похоже на бесконечный бег — но куда? От кого? От Бездны не убежать — она везде нас настигнет…

В дверь ванной постучалась Мири — Кристофер ждал Алексию внизу. Наскоро промокнув тело полотенцем, она облачилась в скромное домашнее платье — без громоздких юбок и кружев. Спустилась, с каждым шагом понемногу стирая с лица усталость. Кристофер не должен знать, скольких трудов ей стоит просыпаться в Апьграссе. Зачем? Он все равно не в силах изменить законы Бездны, и находить невесту там каждый раз. Но так ему будет хотя бы спокойнее.

Кристофер снова убеждал Алексию в том, что ей нужно быть осторожнее. К счастью, он не уговаривал ее прятаться и прекратить разгадывать отцовские загадки, и она была благодарна ему за это. Думал ли Кристофер — как и все остальные в Тарлеоне, — что ее отца поглотила Бездна, она не знала, но он поддерживал ее решение расшифровать дневник. А большего ей и не надо.

Выспавшись, Алексия впервые за долгое время не пошла на бал — хотелось остаться дома вместе с Эбби. Прочитала ей одну легенд разбитого мира, записанных отцом — вместо сказки. Не дослушав, Абигайл задремала. Взглянув на ее милое детское личико, раскрасневшееся во сне, Алексия улыбнулась. Подоткнула одеяло, но уходить не стала. Так и провела остаток угасающей ночи — на кресле рядом с кроватью сестры.

Метаморфоза вновь их пощадила — в Бездне она очнулась в двух шагах от Абигайл. Это означало лишь одно — через пару-другую дней их снова раскидает. Цикличность Метаморфозы — так называл это отец.

Алексия едва не вскрикнула от удивления, когда из ближайшей рощи вышел… Джувенел. Лицо его было на редкость мрачным, глаза метали молнии. Он подскочил к ней, схватил за руку, вперив в ее лицо прожигающий взгляд.

— Кто ты такая? Ты — шпионка Венетри?

— Кого? — поразилась Алексия. Вскипела: — Да отпусти ты меня!