Чтение онлайн

Ловлю себя на мысли, что кайфую от того, как Юля смущается.

Этот розовый оттенок на щеках безумно ей идёт.

Интересно, а она от страсти, занимаясь сексом, также покрывается румянцем?

Ну-у, твою же мать!

В штанах сразу всё восстает, что приходится закинуть ногу на ногу, чтобы скрыть реакцию своего тела.

— Минут в пятнадцать девятого, — Юля взглядом пытается испепелить брата. Видимо, за то, что шкет слишком явно показывает своё пренебрежение и, я бы даже сказал, негатив.

Женя, кинув на меня взгляд, полный неприязни, встаёт с дивана.

— Ты куда? — тут же тормозит его сестра.

— В комнату, — парнишка даже не оборачивается.

— Тяжело с ним? — задаю вопрос Юле, как только за ним закрывается дверь.

Мне реально становится интересно узнать про неё что-то ещё, помимо того, сколько партнеров у неё было и какое бельё на ней сейчас.

Мда, давненько я такой хернёй не страдал. В последние шесть лет было как-то плевать на то, что у сексуальной партнёрши происходит в жизни.

А вот про Юлю… интересно.

Она тяжело вздыхает, прежде чем посмотреть на меня.

Пожалуй, впервые она смотрит на меня спокойно, нет никакого волнения, которое присутствует каждый раз, стоит нашим взглядам пересечься. Сейчас в глазах только печаль и горечь.

— Иногда бывает, — нехотя признаётся, пытаясь смягчить свой ответ улыбкой, выглядящей сейчас немного кривовато.

И тут вспоминаю то, что говорил Ржавый, когда уговаривал меня оставить её.

— Ты, кажется, искала ему хорошего психолога. Нашла?

— Да. Женя к нему два раза в неделю ходит.

— И как результат?

— Вроде бы есть. В школе перестал драться, стал намного спокойнее. Даже оценки улучшились.

Видно, что она радуется всему тому, что перечисляет.

У меня лишь недоуменно ползут брови вверх.

Нихрена себе сейчас поколение растёт. Проблемы такого рода (плохие оценки и драчливость) сейчас решают у психолога?!

Да мы в детстве дрались с пацанами постоянно. Драки, когда двор на двор, до сих пор вызывают только гордость и ностальгическую улыбку. Да и учились многие через пень колоду, из двоек и троек практически не вылезая.

И чет нас предки не вели к психологу. Эту роль отлично исполнял батин ремень. Он тебе и мозги прочищал, и на какое-то время, пусть и непродолжительное, делал из тебя такого, блять, спокойного парня, что все только диву давались.

— Я знаю только один способ решения таких проблем, — прокашлявшись, усмехаюсь. И, видя вопрос в глазах Юли, поясняю. — Пару разков выпороть задницу так, чтоб сидеть не мог. Поверь, неплохо мозги… прочищает.

По мере моих слов лицо Юли превращается в застывшую маску.

И эта метаморфоза настолько быстрая, что я даже стопорюсь на последнем слове.

— Что-то я устала, — голос у девушки такой же безжизненный, как и лицо. — Пожалуй, я тоже пойду в комнату и пораньше лягу спать.

За её стремительным уходом я наблюдаю в полном охренении.

Что такого я сказал, а?!

Сузив глаза, прокручиваю в голове наш разговор, пытаясь понять, на что именно в нём Юля среагировала вот так странно.

И то, к чему я в итоге прихожу, мне совсем не нравится. Настолько, что уже не сдерживаюсь и вслух сдавленно матерюсь.

Громкий гудок возвращает меня в реальность.

А в ней я стою на светофоре, который горит уже зелёным. Позади раздражённо и прерывисто сигналят.

Чертыхнувшись, давлю на газ, стараясь уже не отвлекаться от дороги.

Но всё равно мысли упорно крутятся вокруг этих дней.

Видимся мы каждый вечер, когда я приезжаю домой. Даже разговариваем. Ну как разговариваем…В основном, конечно, болтает Юля. Я лишь задаю какие-то уточняющие вопросы или односложно отвечаю на её.

Самое интересное, что болтать она может на любую тему, пока не заходит речь о её прошлом или семье. Прощупывая почву, я пробовал несколько раз. И вот тут-то она сразу же замыкается, теряет всю свою лёгкость, которая до этого момента присутствовала в разговоре, и спешит сразу же уйти, придумывая на ходу кучу причин.

В последние пару дней я перестал выводить её на откровенный разговор по поводу прошлого в плане семьи, потому что она убегала, а я начинал злиться. Уж слишком мне нравились наши вечерние посиделки в гостиной или на кухне, где она порхала, что-то готовя или убирая.

А потом, лёжа в постели, начинал злиться ещё больше на самого себя.

Вот какого чёрта я творю?!

Решил же держаться от неё подальше. А наши вечерние встречи, как ни крути, сближают нас.

Выяснилось, что помимо того, что Юля пиздец какая красивая, так она ещё оказалась и достаточно интересной и разносторонней личностью. И это несмотря на её молодость.

Но тяжелее всего, конечно, бороться с искушением. Юля — как тот сочный кусок мяса, которым водят перед носом пса, чтобы его подразнить. И в роли собаки, конечно же, я.

Но самое хреновое, что знаю — нельзя. Сколько бы ни манили, как бы близко ни был этот лакомый кусочек от этого самого носа, нельзя вгрызаться в него. Потому как последствия будут… хреновые.

Я же с самого перового дня понимал, что с ней не получится так, как с другими бабами. Не смогу я просто переспать и забыть. Уж себе-то я давно уже не вру.

Пересплю и вляпаюсь в неё ещё больше.

Но дать ей то, что она захочет от наших отношений, не смогу. И не потому, что не хочу, нет. Просто боюсь, не справлюсь с самим собой, со своими постоянными подозрениями. А зная себя, в какой-то момент не справлюсь с желанием проверить девушку на предмет правды, и это хуже всего. Я же не погнушаюсь даже того, чтобы нанять кого-то, чтобы за ней проследили.

С доверием у меня, короче, совсем плохо.

И не думаю, что Юля согласится на отношения без доверия.

Это сейчас в её глазах чётко прослеживаются восхищение и интерес ко мне. Даже где-то, я бы сказал, первые зачатки влюблённости. Но не думаю, что всё это сохранится, если ей придётся отчитываться чуть ли не по минутам, где она была в течение дня. А ещё оправдываться, вздумай мне предъявить ей что-то.

О, а я это точно буду делать. И требовать отчета, и ждать каких-то объяснений и оправданий.

Короче, надо заканчивать всю эту историю.

Через два дня она устроится на новую работу. Совсем скоро они с братом съедут, так как квартиру она нашла и планирует туда переехать через три дня.