По острию любви
Шрифт:
— Твою мать! — захлопываю альбом и закрываю лицо своей пятерней, чувствуя громадное облегчение и радость.
— Денис… — её голос дрожит и вибрирует от обиды.
Смотрю на Юлю, тут же отняв руку от лица.
— Мне не нравится, что ты предположил самое худшее, даже не спросив меня нормально. Ты сразу наехал с претензией, подозревая меня во всех грехах.
— Юль… я просто… — что-то похожее на стыд начинает грызть меня изнутри. — Просто я увидел тебя и… его… А потом твои слова про Машку… И словно крышу сорвало…
Никогда ещё я не был таким косноязычным идиотом.
— И что? Так будет всегда? — девушка печально смотрит на меня. — Я понимаю, что обещала тебе не врать. Но врать можно, ну… вот по таким поводам. И что мне тогда делать, Денис? Не готовить тебе втихаря подарки и сюрпризы? Говорить тебе о них? Что? Скажи мне.
— Прости, Юль. Я…
— Я люблю тебя. Но если ты будешь меня всегда подозревать… я не выдержу долго, понимаешь.
— Понимаю, — наклоняюсь вперёд, укладывая руки прямо на альбом. — Прости меня, дурака, за это. Обещаю, что постараюсь…бороться с этой своей чертой.
Она кивает, и на её губах появляется слабая улыбка.
— Ладно. Ну, раз уж ты здесь и всё знаешь про сюрприз, давай выбирай, — Юля сдвигает мои руки с альбома, открывает его и начинает листать, тыкая пальчиком в картинки. — Смотри, мне понравился вот этот… и этот. У тебя я ничего похожего не видела. О, а вот в этих какая-то крутая сталь… я не совсем поняла, что мне этот Алексей про неё говорил. Но он утверждал…
А я перестаю её слушать.
Молча смотрю на неё.
Любуюсь.
И понимаю, насколько сильно она отличается от всех баб, с которыми я когда-либо встречался.
А также то, насколько сильно я её люблю.
Я думал, что моё первое признание ей в любви прозвучит в постели. Думал, ей покажется это романтичным. Это мне плевать, а девчонки такого рода жесты любят.
Уже неделю как настраивался и запасался смелостью, чтобы сказать это. Но почему-то до сих пор язык не поворачивался.
После секса открывал рот и… закрывал, теряясь как какой-то малолетний пацан.
И уж точно не предполагал, что скажу это в какой-то кафешке среди белого дня.
Но почему-то эти важные слова, которых она так долго ждала с моей стороны, с лёгкостью слетают с моих губ именно здесь и сейчас:
— Юль, я люблю тебя.
Глава 26
— Будешь поступать?
Смысл вопроса Машки я даже сначала не понимаю, настолько сильно погрузилась в свои невесёлые думы.
— М-м-м?.. — смотрю на неё.
Мы находимся с ней в раздевалке, переодеваясь после рабочей смены.
— Ты вообще слышала, что я спросила?
— Извини, — тру лицо рукой.
— Так. А ну-ка давай рассказывай, — требует подруга, воинственно уперев руки в бока. — Ты сегодня сама не своя. Какие-то проблемы с Громом?
Она сразу попадает в точку.
Хотя нет, мы с ним не ругались.
После его признания в любви в кафе прошёл месяц. Между нами была полная идиллия. С Женей отношения Дениса тоже становятся всё лучше и лучше.
Я даже не могу объяснить-то толком, в чём проблема.
Наверное, в том, что за последние дни Денис как будто изменился. Стал дёрганным, постоянно о чем-то, нахмурившись, думает. Сон у него стал беспокойным, да и заниматься любовью мы стали меньше.
Мои предположения, что у него какие-то проблемы по бизнесу, не подтвердились. Он сам буквально вчера говорил, что хочет открывать ещё один автосалон и автомастерскую. В баре тоже всё шло отлично, клиентов становилось только больше. К лету он собирался даже пристройку делать, чтобы расширяться. Так что нет, тут что-то было другое.
И самое страшное, что я стала думать, а не появилась ли у него другая.
Возможно, глупо, но на эту мысль меня подтолкнуло то, что он ни разу за этот месяц больше не сказал, что любит. Было всего одно признание. А вдруг он его произнёс только для галочки, так сказать, чтобы меня успокоить. Ну, или там, потому что несерьёзно к этим словам относится.
За эти два дня я чего только не придумала в своей голове.
Переживать начала так, что сама сегодня ночью практически не спала, слушая спокойное дыхание Дениса. Смотрела на него и молила Бога о том, чтобы всё это мне всего лишь показалось, что я просто накрутила себя.
После вопроса Маши мелькает мысль поделиться с ней своими опасениями. Она взрослее и опыта с мужчинами у неё больше.
Всё-таки решаю, что не стоит вываливать на неё свои, возможно, глупые и безосновательные догадки.
— Да нет, Маш, никаких проблем, — даже получается улыбнуться. — Просто ночью плохо спала. Не выспалась, вот и туплю. Ладно, я пошла к Денису. Может, он поедет со мной домой.
И я сбегаю, пока она не стала что-то ещё спрашивать.
Быстро дохожу до кабинета Громова и вижу, что дверь немного приоткрыта. Тянусь к ручке, когда слышу голос Дениса.
Судя по всему, он разговаривает с кем-то по телефону, так как другого голоса не слышу.
— Я всё равно сегодня поеду к ней…
Рука замирает в воздухе.
— … Юля даже не узнает…
Перед глазами всё темнеет, появляется гул в ушах, а ноги становятся ватными.
— … Съезжу сегодня в последний раз… Я тебе говорю, что в последний! — чуть ли не кричит он раздражённо кому-то в трубку. — Минут через пятнадцать поеду.
Я начинаю задыхаться. Из лёгких будто весь кислород выкачали.
Ощущение, словно я хрупкое стекло, которое только что разбили на миллион маленьких осколков, настолько мне плохо.
Не знаю, сколько времени я простояла под дверью, пытаясь собраться и войти в кабинет.
Словно лунатик, всё-таки захожу.
Денис сидит за столом и что-то печатает на планшете, лежащем на рабочем столе.
Сосредоточенный и хмурый.
— Ты всё, отработала? — мужчина даже взгляда не поднимает от планшета. — Юль, ты езжай домой, не жди меня. У меня просто работы ещё море.