Чтение онлайн

– Женщина, сядь-ка ты посиди. Я сам, от греха подальше.

Во мне борются возмущение и гордость.

Возмущение, потому что до греха довел сам Гордеев, а гордость, потому что женщиной признали. Так и хочется открыть окно и крикнуть Коле-зожнику, что я не недобаба!

Но все побеждает умиление.

– А это вообще что должно быть в конечном итоге? – Гордеев растеряно смотрит на ингредиенты. – Салат?

– Почти, – вздыхаю я.

Главное, не ржать над мужиком, который собирается показать тебе мастер-класс, это я еще по брату усвоила.

Под моим чутким руководством Денис завершает приготовление бризолей, доверив мне лишь сметанный соус, не требующий термической обработки.

В процессе кулинарных экспериментов Гордеев со мной долго препирается, а я ему всячески в этом потакаю, потому что в этот момент Денис выглядит человечным и живым. Он шутит и смеется. Да я столько слов за раз от него еще ни разу не слышала.

Блюдо выходит у Гордеева вкусным, но из-за того, что готовка затягивается, за столом я клюю носом. Прожевав две бризольки, понимаю, что сил нет даже жевать, и, подперев голову ладонью, я просто дожидаюсь, когда доест Денис.

Глаза слипаются, веки тяжелеют…

Видимо, я отключаюсь, потому что не помню, как ужин подходит к концу. Только в один миг ощущаю, как меня снова подхватывают сильные руки и несут куда-то.

Руки надежные, поэтому пусть несут.

И снова мимолетное пробуждение, когда спиной чувствую мягкую поверхность и догадываюсь, что это кровать. Легкое и теплое одеяло, крепкое объятье, что может быть лучше?

Так и хочется пробормотать: «Будешь трахать – не буди». Похоже, я все-таки произношу это вслух, потому что последнее, что я слышу, проваливаясь в глубокий сон, это тихий смех.

А поцелуй в висок мне совершенно точно только снится.

Просыпаюсь я в постели одна.

Мне стыдно в этом себе признаваться, но я разочарована. В глубине души я рассчитывала на повторение последнего моего утра в этой постели. Приходится жестко себе напоминать, что это не Денис здесь для моего удовольствия, а наоборот.

Так злюсь на себя за то, что еще немного и превращусь в одну из тех девок, которые вешаются на него, что с психу колочу по его подушке, которую минуту назад нежно обнимала, потому что она пахнет Гордеевским парфюмом.

– Это припадок? – раздается позади меня недоуменный голос Дениса, вышедшего из ванной.

Ой блин. Вот позоруха!

Утыкаюсь опять лицом в подушку, потому что от стыда не знаю, куда деться.

– Доброе утро, – бубню я.

– М-да? – недоверчиво уточняет он. – А так и не скажешь. Ну доброе, коли не шутишь. Там Коля завтрак приготовил…

В последней фразе явственно слышится сомнение в кулинарных способностях Николая.

– А мы встаем уже? – спрашиваю я и тут же заливаюсь краской.

Ну и дура ты Ксюша!

Мне кажется, что только идиот не заметит в моем голосе надежду на утренний секс. Я выставляю себя озабоченной.

Гордеев занятый выбором рубашки в шкафу, истинную подоплеку моего вопроса то ли не понимает, то ли игнорирует. Я внутри возмущенно возбухаю. Как же так? Он же говорил про свой темперамент, и что ему много надо. А тут три с половиной раза и на сухом пайке почему-то оказываюсь я! Если ему надо до фига секса, а со мной его нет, значит, он берет его где-то еще, озаряет меня.

В этот момент Денис, застегивая рубашку, поворачивается ко мне и, наткнувшись на меня взглядом, спрашивает:

– Ты чего?

Видимо, я не справляюсь с лицом, и по мне видно, что я злюсь.

Ни за что не скажу ему «чего я». Облезет, криво обрастет и снова облезет. Кобель!

– Ничего, – под нос бурчу я. – Встаю.

Шмыгаю в ванную, стараясь не хлопнуть обиженно дверью. Залезаю под душ и включаю воду.

На мой душераздирающий визг вламывается Денис.

Кто же знал, что он по утрам принимает ледяной душ. Когда обжигающе холодная вода брызнула мне в лицо, у меня перехватило дыхание. Шоковое пробуждение печально сказалось на моих умственных способностях, от чего я не сразу сообразила повернуть ручку смесителя. Это приходится делать уже Гордееву.

– Ну Ксюша…

Рубашка, выбранная столь тщательно, вся в брызгах, которые я подняла, размахивая руками от неожиданности. Впрочем, взгляд Дениса по мере осмотра виновницы переполоха меняется с гневного на заинтересованный. Однако, магию момента нарушает телефонный звонок.

Матернувшись, Гордеев выходит из ванной, а я остаюсь кусать губы.

Водные процедуры продолжаются под мое самобичевание. Ну вот чего я разнюнилась. Не трахнули меня. Сама же хотела, чтоб все быстрее закончилось. Грызу себя за распутство.

Когда я возвращаюсь в комнату с джинсами в охапке, Дениса там уже нет. Только полусырая рубашка весит на стуле. Натягиваю шмотки и плетусь вниз.

Гордеев обнаруживается на кухне в обществе Коли, который настаивает на снятии пробы с его утреннего супер-пупер-здорового коктейля.

– Коля, ты в прошлый раз тоже обещал, что мне обязательно понравится. Давай не будем повторять тот плачевный опыт, – ворчит Денис, отпивая из чашки, судя по запаху арабики плывущему по всему дому, кофе.

– Ну хоть ты выпей, – неожиданно обращается ко мне Николай и сует в руки стакан с мутной зеленой жижей.

– Яблоко, огурец, имбирь, мята и шпинат.

Очень хочется отказаться, но в таком случае, я паду в глазах Коли ниже некуда. Гордеев смотрит на меня с веселым любопытством.

Осторожно делаю глоток.

Имбиря однозначно можно и поменьше, я хватаю ртом воздух, пытаясь как-то остановить жжение. Денис, сжалившись, протягивает мне свою чашку.

– Садюга, – сиплю я, нахлебашись кофейку и продышавшись.

– С кислым яблоком было бы вкуснее, – обижено сопит Коля.

С подозрением оглядываю этого бугая. Такие амбалы должны по утрам съедать половину кабана, а не принимать этот кошмар.

Из плюсов, я проснулась окончательно. После ледяного душа Колин коктейль был вишенкой на торте.

– Завтракать будешь? – подкалывает Гордеев.

– Спасибо, я дома поем. Мы же меня завезем?

– Да, – кивает Денис, заглядывает в опустошенную мной чашку и со вздохом отставляет ее в сторону. – Я должен закончить кое-какие дела в городе. Буду ждать инфу от Макса.