Чтение онлайн

Я уже вижу налитые кровью глаза отца, когда я сообщаю ему эту славную новость о своем разрыве с Ильей. Даже плечами передернула. Он же меня не простит, со свету сживет, а мать... Да , кому вообще какое дело до моих желаний?

И с чего я взяла, что Марку эти проблемы нужны? Ну, был роман курортный, и что? Зачем ему отношения со студенткой, даже если не брать во внимание мои семейные сложности? Узнают студенты, начнутся разговоры, опять же, скор час, до батеньки дойдет…

— Эй, ты идешь? — вырывает меня из раздумий Аринкин голос.

— Что? — вскидываю на неё глаза.

— Пара закончилась, соня! Пойдем уже. Ты и так внимания привлекла больше, чем нужно и это в первый же день.

Согласно кивнув, встаю и начинаю складывать вещи в сумку. Приходит шальная мысль, что Марк задержит меня, захочет поговорить, но она быстро уходит, когда я наконец решаюсь посмотреть на него.

Около профессорского стола стоят две девушки из нашей группы. Две красотки: каблуки, юбки — всё стереотипно. Он говорит с ними. Уголок губ приподнят, взгляд прирос к глазам одной из них. Никаких вольностей. Цепкий, собранный, сексуальный. Мой преподаватель. Интимная фантазия студентки. «А у меня он был» - шепчет сознание. М-да, сомнительная гордость…

— Ты так на него не смотри, — шепчет Аринка, подхватив под руку, — Ксюха за нашего преподавателя голову откусит. Та еще швабра, пиранья.

— Ксюша?

— Да вон та блондинка, Маркофанатка. Можно сказать, глава Маркового фан-клуба! Посмотри, и как только глаза не покосило, изо всей силы строит. Она так быстро моргает при виде него, что нарощенные ресницы чудом держатся.

— Симпатичная… — говорю, пропуская мимо ушей колкие фразы.

— Симпатичная, только Марик наш на нее не смотрит. Он вообще ни на кого не смотрит, девчонки уже переживать начали, что он вообще того… — понижает она голос до шепота, проходя мимо болтающей в коридоре компании.

— Чего, того, Арин?

— Ну того самого того. Гей.

— Он и гей? — я едва сдерживаю смех. Знала бы она насколько он… не гей…

— Ну да. Я тоже не верю. Точнее, надеюсь на лучшее. Не хотелось бы женской вселенной такого мужика терять, — смеется и я поддерживаю.

Мне с ней легко и очень бы хотелось наконец обзавестись хорошей подругой, которая и поймет, и поддержит. Всего хочется настоящего. И дружбы, и любви.

Я абсолютно героически высиживаю еще две пары и… ничего не происходит. Совершенно ничего. Не знаю какого Армагеддона я ждала, но из насущного: одногруппники не задевают, Аринка щебечет, а Он не пишет. Совсем. Я не ответила на то сообщение. Не понимаю, как и что можно написать…

«Конечно, пошли в ресторан, только давай возьмем столик на другом конце вселенной, чтобы нас никто не увидел!» — Нет, уж. Лучше совсем никак.

С Ариной прощаемся у ворот университета. Она садится в автобус, а мне в другую сторону. И я решаю прогуляться.

Солнце бликами ложится на снег, рисуя замысловатые узоры, ярко отражается и смотрит на прохожих. Я улыбаюсь. Да, в моей жизни много сложностей, но ведь есть и хорошее. Аринка кажется искренней и очень доброй. И возможно, у меня действительно наконец появится настоящий друг!

В Чернигове мы были близки с Дашей, но недавно она вышла замуж и переехала с мужем в Таиланд. Мы списывались несколько раз в неделю около трех месяцев, но вскоре у неё появились новые знакомства, а у меня переезд. Сейчас мы общаемся, но гораздо реже и без мелких подробностей. Наши беседы всё чаще напоминают общение ради прошлой дружбы. И это, наверное, нормально, когда пути расходятся, но немного грустно.

Подхожу к подъезду, достаю ключи и прикладываю магнит.

— Поговорим? — звучит сзади. Вздрагиваю, от неожиданности ключи выпадают из рук. Слишком нервный день.

— Марк, — выдыхаю, оборачиваясь. Он поднимает ключи и открывает дверь.

Лифт движется невероятно медленно, и кажется, тут слишком тесно для нас двоих, а я, вопреки размышлениям о моем отце и порочной связи с преподавателем, мечтаю сократить расстояние до максимального минимума.

— Чай? — спрашиваю, повесив верхнюю одежду в шкаф.

— Сколько тебе лет? Просто интересно. — Поясняет на мой удивленно—вскинутый взгляд.

От чая Марк отказался, усадил меня на стул, чтобы сесть напротив.

— Двадцать. — Отвечаю, а внутри кавардак настоящий. До сих пор не могу поверить, что он здесь, приехал говорить со мной. О чем? Неужели для него всё не однозначно?

— Моя студентка, значит?

— Я не знала, что ты там преподаешь, — говорю, словно оправдываясь, и добавляю увереннее, — я вообще не знала, что ты преподаешь, ты же аналитик! — всплескиваю руками, будто элементарщину объясняю.

— Да, аналитик. И преподаю аналитику. Шесть часов в неделю – не много, заодно и теорию вспоминаю. У каждого своё хобби. — Склоняет голову на бок, а я растеряна. Об этом ведь не подумала. Почему, собственно, человек, который работает аналитиком, не может аналитику преподавать? Лишь потому, что это не типично?

— Проверять кучу тетрадей? Сомнительное удовольствие, — приподымаю бровь, в попытке уличить.

— Раскусила, — усмехается он, — После аспирантуры мне предложили постоянную должность на кафедре, я согласился. А потом декан свёл меня с моим первым заказчиком. Он познакомил, а я вцепился и обошёл конкурентов. Вот и завис теперь. — Смотрю на него и понимаю: всё так.

— Надолго? — спрашиваю с напускным безразличием. С напускным, потому что меня интересует буквально всё в жизни Марка, хотя интересовать не должно.

— Боря Петрович ищет мне замену третий месяц, — усмехается Марк.

— Должно быть, у него удивительные отговорки.

— И это тоже. Но я не давлю, мне действительно нравятся эти остолопы.

На душе кошки скребут. А чего я, собственно, ожидала? Всё стало предельно ясно ещё в аудитории. Сейчас он просто рассказал мне свою историю, объяснил, помог понять. И я за это признательна, он ведь не обязан.

Конечно, я хотела бы быть с ним и то приглашение в ресторан было для меня не только прямым заявлением о свидании, а желанием попробовать со мной что-то постоянное. Не брак и детей, конечно, но встречи и разговоры. И несмотря на то, что всё это за рамками для меня дозволенного, я, как девушка, отказать себе в мечтах не могу. Сам факт, что я могу понравиться кому-то просто так, попробовать то, что делают все: отвечать на смс-ки ночами и соглашаться на поход в ресторан, кокетничать... Заставляет меня почувствовать себя... обычной. Для меня это много.

А сейчас приходит понимание, что к лучшему. Это, наверное, к лучшему. Судьба знает, как правильно. И этот щелчок по носу я должна принять. Понять, что даже вселенная согласна с моим отцом. Так будет лучше. Так не будет проблем у Марка, так я избегу лишних родительских подозрений и так я не смогу влюбиться. Ведь всё должно было закончиться ещё в Австрийском отеле, затем в отеле при аэропорте, затем у моего подъезда. И не закончилось вот до сих пор.

— Это что-то меняет для тебя? — он берет мою левую руку и перевернув ладонью вверх, успокаивающе поглаживает большим пальцем своей руки.