Чтение онлайн

Выход нашли очень быстро: 5 ноября от специальных правительственных комиссий поступило предложение созвать временный республиканский парламент. Трудность состояла в принципах его формирования, поскольку времени на всенародные выборы не было, а метод кооптации или же назначения не соответствовал западным демократическим стандартам. Единственным вариантом оставался созыв старого состава Национального совета, распущенного в июне 1918 года турками.

НАЦИОНАЛЬНЫЙ СОВЕТ. Его члены были избраны на основе всеобщих выборов во Всероссийское Учредительное собрание и входили в состав Закавказского сейма, поэтому в глазах союзников должны были выглядеть достаточно легитимно. Созыв Национального совета состоялся 16 ноября, а уже через несколько дней он преобразовал себя в парламент.

17 ноября в Баку из Энзели прибыл британский отряд под командованием генерала В. Томсона. Он в своей приветственной речи старательно обходил вопрос о статусе азербайджанской территории: «Я вас извещаю в качестве командующего союзными силами англичан, французов и американцев, что по договору с Турцией мы пришли сюда на смену оттоманских войск, охранявших до сих пор вашу территорию. Мы не имеем никакого намерения вмешиваться в ваши внутренние дела ни в настоящем, ни в будущем. Я надеюсь, что при вашем сотрудничестве все устроится к лучшему» [30] .

19 ноября Национальный совет утвердил закон об образовании парламента, по которому выборы должны были производиться тайно по принципу национального представительства. В преамбуле к закону говорилось: «Азербайджан населен не одними тюрками. Поэтому Азербайджанский Национальный Совет должен представлять собой все живущие в нем национальности. Эту необходимость сознавали как Национальный Совет, так и Правительство. Как вырабатываемые законы должны в одинаковой мере удовлетворить все разноплеменное население, так и законодательный орган должен представлять все население страны, а не 44 членов, и выражать волю всего народа» [31] . По оценке азербайджанских исследователей, Национальный совет проявил «чрезвычайное политическое чутье, подыгрывая английской восприимчивости ко всему демократическому» [32] .

Готовясь к выборам, совет 25 ноября обратился к Армянскому и Русскому национальным советам с предложением послать своих представителей в парламент. Армяне сослались на то, что они не уполномочены представлять интересы всего народа, русский же совет заявил, что он не может признать ни самостоятельности страны, ни, тем более, ее парламент. Тогда Азербайджанский совет пошел на компромисс, заявив, что не требует немедленного признания суверенитета Азербайджана и считает, что вопрос о политическом положении и форме устройства государства должен быть решен на мирной конференции. В случае если Всероссийское Учредительное собрание с участием всех самоопределившихся народов бывшей империи соберется до конференции, то Азербайджан примет в нем участие и будет отстаивать свои принципы по вопросу о самоопределении, а до этого момента в стране должна сохраняться сложившаяся де-факто система управления. Это заявление, а главное, поддержка созыва парламента со стороны союзного командования, убедило Армянский национальный совет послать туда в конце декабря 1918 года своих представителей.

Ядро этого законодательного органа составили 44 члена Азербайджанского национального совета, к ним планировалось присоединить еще 36 мусульманских депутатов, избранных от городов и уездов из представителей бывших национальных комитетов. Кроме 80 депутатов от мусульман населения в состав депутатов предполагалось включить 21 делегата от армян, 10 – от русских и 4 – от национальных меньшинств (немцев, грузин, поляков и евреев). По закону в парламенте должны были быть представлены и общественные организации: профсоюзам отводилось три места, Совету нефтепромышленников и Торгово-промышленному союзу – два. Правда, совет профсоюзов встал в жесткую оппозицию к правительству, отказавшись участвовать и в созданном им законодательном органе, заявив, что «деятельность азербайджанского правительства явно враждебна интересам рабочего класса без различия национальностей» [33] .

Стремясь к тому, чтобы в парламенте перед лицом англичан был представлен весь общественно-политический спектр, Национальный совет пригласил к работе в нем и все политические партии. Однако кадеты и меньшевики высказались «за единую и неделимую Россию», отказавшись от признания Азербайджана и соответственно его парламента. Партия же эсеров заявила о признании самоопределения Азербайджана в рамках единой федеративной России. Поэтому они со скрипом, но пошли на сотрудничество с новыми властями, попросив предоставить им пять мест в парламенте. Эсеры получили свое представительство за счет мест национальных меньшинств и при условии, что они войдут в социалистическую фракцию.

ПАРЛАМЕНТ. Открытие парламента состоялось 7 декабря 1918 года в помещении женской гимназии Г.З. Тагиева. Глава фракции «Мусават» Мамед Эмин Расул-заде, открывавший первое заседание, не обошел в своей речи острых политических камней: «Парламент наш до созыва Учредительного собрания является временным, тем не менее, являясь собранием азербайджанского народа, представленного в нем своими деятелями, способен выразить тот идеал, к которому стремится народ Азербайджана. Наше отделение от России не есть враждебный акт по отношению к России. Мы не чувствовали обиды от русского народа, который не меньше нас страдал под гнетом деспотизма. Наша самостоятельность даст нам возможность быстро развиваться и без принуждения стать свободным членом будущей „Лиги свободных народов“» [34] .

Выступивший следом премьер-министр Хойский объявил о сложении правительством полномочий и передачи всей власти парламенту. К моменту открытия в стенах этого законодательного органа насчитывалось всего 79 членов, распределившихся между девятью фракциями и группами. Главную парламентскую фракцию (Центр) представляла фракция «Мусават» – 23 члена, затем шли фракции «Иттихад» – 11, «Эхрар» – 9, «Гуммет» – 5, «Мусульманский социалистический блок» – 5, беспартийные – 15, национальные меньшинства – 4, «Русское славянское общество» – 3, армянская фракция – 4 депутата.

Сформировать новое коалиционное правительство оказалось даже легче, чем создать парламент, и уже 22 декабря Фатали-хан Хойский представил на утверждение в парламент новый персональный состав. Это вызвало одобрительную реакцию союзников, которую выразил в своей декларации генерал Томсон: «В виду образования коалиционного правительства Азербайджана под председательством г. Ф. Хойского, я объявляю, что союзное командование окажет полную поддержку этому Правительству, как единственной легальной местной власти в пределах Азербайджана» [35] .

ПРИБЫТИЕ СОЮЗНИКОВ В БАКУ. «Государственная мудрость, политический такт и уважение народных прав со стороны представителей Англии, с генералом Томсоном во главе, служат лучшим доказательством нашей солидарной работы, являясь вместе с тем положительной гарантией защиты народных прав Азербайджана на международной мирной конференции» [36] , – говорилось в торжественной речи представителя азербайджанского МИДа по случаю прибытия 22 января 1919 году в Баку главнокомандующего союзными войсками в Закавказье генерала Джорджа Мильтона. Однако это пример классической восточной лести, и не более того, так как истинные впечатления от пребывания британских войск в Азербайджане были совсем не такими радужными.

Еще до прибытия отряда союзников в Баку генерал Томсон потребовал вывести из города все находившиеся там азербайджанские части. В подписанных им декларациях от 17 ноября и 19 ноября населению Баку объявлялось, что город вместе с промысловыми районами будет занят британскими войсками. Понятно, что англичан в первую очередь заботило поддержание порядка на нефтяных промыслах Баку, откуда они тут же стали перекачивать нефть. В городе вводилось военное положение, запрещалось ношение оружия, а также проведение собраний и стачек. Для наблюдения за исполнением всех этих требований на территории в радиусе восьми верст от центра Баку учреждался комиссариат полиции союзных держав во главе с полковником Ф. Коккерелем [37] .