Чтение онлайн

В дальнейшем англичане строго контролировали все действия полиции в пределах Баку и окрестностей. При этом не обходилось без конфликтов с азербайджанской стороной, с мнением которой практически не считались. Показательно, что уже в январе полковник Коккерель потребовал от министра внутренних дел Азербайджана, чтобы «всякие перемены в составе или назначениях полицейских чинов проходили через его канцелярию», и последнему ничего не оставалось, как подчиниться. Жалобы главе правительства республики не дали никакого результата.

Обживались англичане на новом месте без всякого стеснения. В частности, для размещения солдат и офицеров командование отвело почти все здания учебных заведений в Баку, не согласовывая это с местными властями, а требование бакинского городского головы внести арендную плату за снятые помещения было просто проигнорировано.

ГРАБЕЖ И ВЫМОГАТЕЛЬСТВО. Англичане занимались и фактической реквизицией нефтепродуктов, за которые азербайджанское правительство не получило ни копейки, так как британское командование сначала выбило себе беспошлинный вывоз, а затем отказалось платить, ссылаясь на огромные царские долги. В одностороннем порядке правительство Азербайджана было уведомлено об отказе от уплаты акциза англичанами. «Честь имеем уведомить вас, что все продукты нефтяного производства, предназначенные для нужд Великобританского правительства не подлежат никаким акцизам сборам, и потому впредь просим вас пропускать их без всякой задержки», сообщал в январе 1919 года в Акцизное управление Арбайджанской Республики главный морской инженер британского контингента в Закавказье [38] .

«За время пребывания британских войск в Баку, по распоряжению британского главного штаба, вывозились по разным направлениям из Бакинского нефтепромышленного района нефть и нефтяные продукты без предварительной оплаты их установленными акцизными сборами, – говорилось в письме министра финансов английскому штабу. – По имеющимся в министерстве финансов сведениям, по распоряжению штаба было таким образом вывезено, с декабря 1918 г. до 30 июня 1919 г. включительно, всего 5 307 639 пудов 12 фунтов нефти и нефтяных продуктов, с которых причитается казне Азербайджанской республики всего семнадцать миллионов двести двадцать тысяч пятьсот тридцать шесть (17 220 536) рублей 21 коп.» [39] .

Легко была решена англичанами и проблема вывоза нефти и других ценностей. В мае 1919 года азербайджанскому правительству пришлось официально признать свое подчиненное положение, подтвердив документально права оккупационных властей на свободный вывоз любых товаров с территории республики. «Пропускать для нужд британской армии товары без отдельных разрешений на вывоз и без взысканий за них пошлин при наличности удостоверений со стороны британских властей при грузах», – заявлялось в правительственном постановлении.

Вышеперечисленные документы отлично демонстрируют истинные взаимоотношения между «независимой» Азербайджанской Республикой и британскими войсками в регионе, показывая, насколько мало считались союзники с местными органами власти и политикой правительства страны. Азербайджан, вынужденный отдавать значительную часть нефтепродуктов на удовлетворение нужд иностранного контингента, фактически оказался в положении данника.

В июне 1919 году британское командование потребовало от правительства Азербайджана ежедневного выделения им двух воинских и одного нефтяного состава для перевозки как раз реквизированной в республике нефти и беспрепятственного передвижения военнослужащих. Этими эксклюзивными и беспрецедентными правами английские офицеры и солдаты регулярно пользовались весной и летом 1919 года, практически до своего вывода из гостеприимного Азербайджана. Это позволило британской стороне минимизировать расходы по перевозке дармовых нефтепродуктов, что в конечном счете значительно снизило общие затраты Великобритании на содержание своего военного контингента в Закавказье. Всего за перевозку различных грузов английское командование задолжало азербайджанскому правительству сумму в размере более 39 млн. рублей. Кроме того, англичане взяли под свой контроль порты Каспийского моря и все имевшиеся там суда, что явно затрудняло восстановление полноценных торговых отношений в республике. Для управления флотом создавалось английское управление морского транспорта на Каспийском море, куда теперь должны были поступать все портовые сборы.

Азербайджанское правительство, поставленное перед фактом бесплатного снабжения британских войск всем необходимым, а далеко не только нефтепродуктами, должно было еще выплачивать командованию на его потребности 35 млн. рублей ежемесячно. По данным министерства финансов республики, на 12 октября 1919 года общая задолженность британского командования составила 274 679 690 рублей 88 копеек. Но британское правительство 7 ноября того же года отказалось принимать на себя прямую ответственность за эту сумму, подчеркнув, что сначала надо разобраться в «ответственности Азербайджанского правительства и Российского государства в отношении этой суммы, израсходованной под нашим руководством за их общий счет», англичане ясно давали понять, что не рассматривают Азербайджан в качестве независимого от России государства.

Именно неопределенность международного статуса Азербайджана служила для английского командования прикрытием для почти нескрываемого грабежа. Так, по распоряжению главного британского штаба 19 августа 1919 года из Баку была вывезена в Батум «часть ценностей Бакинского отделения государственного банка, заключавшаяся в процентных бумагах, принадлежащих государственному банку, во вкладах на хранение, заложенных процентных бумагах и других ценностях» [40] .

ПОСЛЕДСТВИЯ ИНТЕРВЕНЦИИ. Кроме огромного материального ущерба пребывание иностранных войск и администрации в Баку наносило в глазах населения непоправимый ущерб авторитету правительства, неспособного самостоятельно распоряжаться в собственной столице. Между тем постепенное падение дисциплины в английских частях, расквартированных в Баку, все чаще приводило к бесконечным столкновениям с местными жителями. «Дисциплина английских войск в Баку заметно падает, – говорилось в сводке деникинской разведки, – участились дебоши на улицах, в цирке 25 марта английскими солдатами был избит офицер-индус; развивается перепродажа казенного имущества и предметов продовольствия» [41] .

В министерство внутренних дел Азербайджанской Республики стали все чаще поступать жалобы от жителей на поведение британских солдат и офицеров. В одном из них с отчаянием писалось, что «никто на наши жалобы не обращает внимания, а полиция совершенно не хочет вмешиваться в дела с англичанами. Солдаты держат себя до того нахально, безобразно и неприлично, что женщине совсем невозможно выходить на улицу, когда там английский солдат. Пьяные ходят, шатаются, не дают проходить по тротуару, хватают женщин, делают двусмысленные жесты... Неужели это культурный народ?» [42] , – писалось с отчаянием в одной из жалоб. В конце концов недовольство англичанами со стороны населения вылилось 13 июня 1919 года в грандиозную демонстрацию с требованием их вывода из Баку.

Британцы вынуждены были уйти в конце августа, не забыв извиниться за принесенные населению неудобства. Прощальное слово генерала Шательворта звучало весьма издевательски: «Пользуясь случаем, от имени покидающих ныне Баку британских войск, просим прощения у населения Азербайджана, особенно у города Баку. Искренне сожалеем, что прощаемся с многочисленными нашими друзьями и знакомыми, от души желаем им мира и счастья. Все служащие Британской армии уносят с собой лучшие воспоминания о днях пребывания в Азербайджане» [43] . Подобного никак нельзя сказать о населении республики, вздохнувшем с облегчением только после ухода своих «друзей и знакомых».

ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЙ АППАРАТ РЕСПУБЛИКИ. Сформировав коалиционный парламент, лидеры партии «Мусават» добились своей цели – британского признания в качестве единственной легитимной власти в Азербайджане. Однако цена за этот успех оказалась высокой. К концу 1919 года в парламенте числилось 96 членов, принадлежащих к 11 различным фракциям и группам. Чрезмерная раздробленность представленных там политических сил не могла не сказаться на его работе. Парламент, где часть фракций даже не разделяла идею независимости Азербайджана, не говоря уже о расхождениях по таким острым вопросам, как рабочий и аграрный, быстро превратился в арену межпартийной борьбы.