Чтение онлайн

Вот что произошло в ночь с 20 на 21 декабря 1923 года в 2 часа 27 минут по парижскому времени. После изменения курса вечером 20 декабря дирижабль мог уйти на юго-восток в пустыню. Переждать бурю и вновь лететь по плановому курсу в город Алжир. Такое решение было бы самым разумным, если бы в пустыне были полевые лагеря базирования с причальными мачтами и запасами горючего. Совсем недорогие, как того и требовал Дюплесси. Остаться же в пустыне, где на сотни километров нет ни единого человека, без горючего, а значит, с неуправляемым дирижаблем было равносильно его потере. Оставалось единственное, что и предпринял Дюплесси, — медленно отступать к Тунису в надежде пришвартоваться в Бизерте.

Но ураган оказался сильнее, чем предполагал командир. Дирижабль «проскакивал» Бизерту. Ветер менял румб, все более задувая с северо-запада, и Дюплесси принимает решение: развернуться к Италии и уходить как можно скорее. К этому времени, возможно, вышли из строя моторы, и дирижабль стал добычей ветра. Этим и можно, наверное, объяснить, почему расстояние от Бискры до Сицилии «Диксмюде» пролетел меньше чем за семь часов.

Дирижабль находился уже в центре урагана, скорость которого, по метеосводкам, достигала 90—110 километров в час! Ветровые нагрузки на корпус составляли (из-за огромной парусности дирижабля) сотни тонн. И корпус не выдержал. Да он и не был рассчитан на такие экстремальные погодные условия. По нашим расчетам, разлом мог произойти в передней части дирижабля, между командирской и пассажирской гондолами.

Известно много случаев разрушений дирижаблей в воздухе. Так погибли: английский дирижабль R-38 в 1921 году, американский «Шенандоа» в 1925 году, а позже — в 1930 году — английский R-101. Свидетели гибели R-38 (по характеристикам близкого к «Диксмюде») показывали, что дирижабль согнулся пополам. После этого были видны две отдельные падающие половины, причем носовая часть горела ярким пламенем. Среди оставшихся в живых был и командир дирижабля, который находился в командирской гондоле. Он получил опасные ожоги. Трое из спасшихся находились в хвостовой части. Из 49 человек в живых осталось пятеро.

...Рвется ажурный корпус «Диксмюде». Носовая часть дирижабля, объятая пламенем, вместе с командирской гондолой, в которой было, конечно, минимальное количество людей — три-четыре человека, падает в море. (Ее остатки совершенно случайно обнаружили десять лет спустя недалеко от берега, возле местечка Мэнфи.) Дюплесси и получает те смертельные ранения, которые позже отметят медики, осматривавшие его тело. Они заключили, что на него обрушился удар огромной силы. Как будто командир с размаху ударился о какое-то твердое препятствие. И вместе с тем на теле и обломках гондолы нет ожогов. На руке Дюплесси была перчатка, и это давало основание утверждать, что в момент катастрофы он находился на своем посту у открытого люка кабины.

Облегченный и теперь уже неуправляемый «Диксмюде» становится игрушкой ураганного ветра. Как это было пятью годами раньше с его двойником L-50 после неудачного налета на Лондон. Северо-восточнее Парижа он задел гондолой за землю. Гондола оторвалась, и почти весь экипаж французы взяли в плен. Облегченный дирижабль с несколькими мотористами, продрейфовав над всей Францией, унесся в Средиземное море и бесследно исчез. Такая же участь в 1928 году постигла дирижабль «Италия». Возвращаясь с Северного полюса, он внезапно отяжелел и жестко коснулся льда. Гондола оторвалась. Шестерых членов экипажа вместе с оболочкой унесло ветром, и дальнейшая судьба их неизвестна.

Куда могло отнести неуправляемый «Диксмюде»? И мы снова обращаемся к фактам, которые комиссии отбросили как не согласующиеся с их версией. Что это за факты? Ну скажем, почти сутки спустя после того, как остановились часы командира, сигнал бедствия с дирижабля заметил капитан итальянского пакетбота «Порт Александретта», который следовал курсом Неаполь — Бенгази. По его словам, «Диксмюде» летел на восток со скоростью почти 200 километров в час. Вечером того же дня с судна «Ландскнехт» ясно видели огни дирижабля над тунисским побережьем. В 500 километрах к югу от Сицилии. По сведению наблюдателей, огни исчезли за горной цепью к востоку от поселка Меденине.

И уж, на взгляд комиссий, совсем невероятным выглядело свидетельство часового с поста Айн-Салах. 26 декабря он увидел «Диксмюде» более чем в 1000 километрах от места, где подобрали труп командира! А бедуины видели дирижабль в 200 километрах южнее Айн-Салаха. «...Он летел, — сообщала 28 декабря «Юманите», — в направлении поселка Таманрассет. Патрули немедленно отправились по следам дирижабля в направлении плоскогорья Ахаггар.

— Вы уверены, что это был дирижабль? — спрашивал часового представитель тулонской комиссии.

— Да, мсье.

— А может, это была туча?

— Нет, мсье.

— Подумайте лучше, — настаивал офицер.

— Дирижабль, мсье.

— Фу какой вы упрямец!

— Я не мог ошибиться, мсье.

Облик солдата далекого пустынного поста из Сахары, его убежденность в том, что то, что он видит, является именно тем и ничем иным, лучше нас описал Экзюпери.

Положим, солдат с далекого пустынного поста в Сахаре ранее мог и не видеть дирижабля. Но семь дней назад, 19 декабря, этот гигант действительно проплыл над Айн-Салахом. Его ждали. Гарнизон был предупрежден. На чудо в небе глазели все, оно висело и даже сбросило почту. И сегодня эта сигара длиной почти в четверть километра, проплыви она над любой столицей, привлекла бы внимание пресыщенных информацией горожан. А тут в пустыне! Конечно же солдат ее запомнил.

Но чем подкрепить свидетельство упрямого солдата пустыни? По нашей просьбе сотрудник Гидрометцентра СССР, кандидат географических наук М. Мастерских воссоздал синоптическую обстановку, соответствующую 20 — 26 декабря 1923 года в районе Северной Африки и западной части Средиземного моря. По этой карте были «проиграны» варианты движения свободного аэростатического тела — им должен был стать дирижабль.

«Запустили» дирижабль с того места, где было найдено тело командира. Гидрометцентр рассчитал скорости ветров и сделал заключение. Двигаясь от побережья Сицилии по эллиптической траектории вдоль линии изобар последовательными курсами: юго-восток, юг, юго-запад, к вечеру 26 декабря это условно взятое тело вполне закономерно окажется над... Айн-Салахом или его окрестностями [81] .

Значит, часовой не ошибся! Вероятность появления дрейфующего дирижабля вновь в центре Сахары была велика. Возникает вопрос, а почему же за эти дни никто из невольных пленников «Диксмюде» не воспользовался парашютом? На первый взгляд так и надо было поступить. Но первый день дирижабль дрейфовал над морем, а последующие — уже над пустыней. Кто же решится покинуть хотя и неуправляемый, но дрейфующий при слабом ветре дирижабль и очутиться один на один с пустыней, по которой рыщут до конца не усмиренные племена? Так, вероятно, и влекло их ветрами, пока, потеряв подъемную силу, дирижабль не опустился где-то в обширном пустынном районе плоскогорья Ахаггар южнее или юго-восточнее Айн-Салаха.

Как и океан, пустыня подолгу хранит свои тайны. Во время налета на Севастополь 27 июля 1916 года бесследно исчез в Черном море дирижабль фирмы Шютте-Лянца. Приблизительно в то же время, что и «Диксмюде», исчез над Сахарой легкий английский самолет. Поиски были организованы широко. А нашли самолет случайно, уже в шестидесятых годах. Малоповрежденным. Под крылом от палящего зноя прятался мумифицированный труп. Рядом — дневник. Очень подробный. Трагический. Писался до последней минуты и с полным сознанием неизбежной смерти.