Чтение онлайн

– Конечно, нет, – поспешно проговорила Кармен; она мысленно усмехнулась – там, в баре, ей в какой-то момент показалось, что эта женщина говорит вполне серьезно.

Очередь была совсем небольшая. Перед ними стояла только одна девушка, болтавшая по мобильному телефону. Они постояли за ней еще какое-то время, а потом девушка сунула трубку в карман и вошла в туалет, хотя оттуда никто не выходил. Несколько секунд спустя девушка вышла с ведром и со шваброй и направилась в сторону бара.

Кармен рассмеялась:

– Мы ошиблись, это уборщица. Здесь никого не было. – Она открыла дверь и зашла в одну из кабинок.

Через несколько секунд из соседней кабинки раздался голос ее случайной знакомой:

– Скажите, что вы думаете о Брачиано?

– Он хорош собой, – ответила Кармен; она вдруг поняла, что именно поэтому и пришла на спектакль – пришла, потому что ей очень понравился этот мужчина. – Он действительно симпатичный, вы согласны?

– Он мой друг, – раздался голос из соседней кабинки. – Я могу вас ему представить, если хотите.

– Я с ним в общем-то уже знакома, – сказала Кармен. – Он угостил меня стаканчиком за ленчем.

– Угостил ста... – Послышались треск и шум воды.

Когда Кармен вышла из кабинки, ее новая знакомая энергично мыла руки.

– Говорите, угостил стаканчиком? – сказала она. – Не знала, что он такой состоятельный. Мы с ним из одного городка. И вместе учились в школе.

– Действительно? – Кармен с любопытством поглядывала на собеседницу. Она была довольно высокая и, пожалуй, не толстая, но одежда делала ее слишком уж коренастой. О стиле говорить не приходилось – его просто не существовало. Не считать же стилем мешковатые джинсы, подвернутые над ботинками, рубашку в коричневую и кремовую клетку (где она ухитрилась отыскать такую ужасную вещь?) и зеленую куртку. Длинные каштановые волосы были чистые, но неухоженные, а на лице – ни малейших признаков косметики.

Она идеальный объект для «переделки», подумала Кармен. Как раз сейчас в студии подбирали очередных героинь программы.

Кармен с улыбкой проговорила:

– Простите... но я даже не знаю, как вас зовут.

– Джулия. Джулия Дженнингз. А вы?..

«Значит, не притворялась, действительно не узнала», – подумала Кармен.

– Разве вы никогда не смотрели шоу «Переделка»? – спросила она.

– «Переделка»? – Джулия покачала головой.

Кармен снова улыбнулась:

– Это шоу на телевидении. А я – его ведущая. Меня зовут Кармен Берд.

Джулия смутилась.

– Видите ли, я редко смотрю телевизор, – пробормотала она, – поэтому и не догадалась... Смотрю только детективные программы – «Инспектор Морс», например. – Джулия внимательно посмотрела на собеседницу. – Но знаете, вы показались мне знакомой. Не могу понять почему.

– Вы слышали о детской программе «Кролик Джек»? – спросила Кармен.

Джулия просияла.

– Так вот где я вас видела! Дункан постоянно смотрел эту передачу. – Она засмеялась. – Можете поверить, что он записывал ее, а потом крутил раз сто?

Кармен улыбнулась. Похоже, Дункан не преувеличивал, когда говорил, что очень любит ее шоу.

– Это невероятно, – продолжала Джулия. – Неужели человек в его возрасте может смотреть такую... – Она прикрыла рот ладонью. – Черт, я не хотела...

– Все в порядке, – усмехнулась Кармен. Она устала от лести и считала, что иногда полезно выслушать критику. – Откровенно говоря, – добавила она, – мне и самой временами кажется, что эта программа – порядочная дрянь.

Они вошли в вестибюль.

– О Боже! – завопила Джулия. – Дункан никогда больше не будет со мной разговаривать, если я пропущу второй акт.

Они подбежали к двери зала, но дежурный с усмешкой сказал:

– Прошу прощения, спектакль уже начался, и я не могу вас пропустить.

– Но... – Кармен улыбнулась. – Мы могли бы войти очень тихо.

– Это наше правило, мэм, – заявил дежурный, загораживая дверь. Узнав Кармен, он снова усмехнулся. – Мы не делаем исключений ни для кого – даже если бы вы были премьер-министром.

– Что же теперь делать? – проговорила Джулия, чуть не плача.

– По крайней мере нам больше не придется беспокоиться из-за того, что мы не в силах уследить за интригой, – сказала Кармен; пьеса действительно показалась ей ужасно скучной.

Джулия закусила губу – и вдруг со смехом проговорила:

– Ничего страшного. Признаться мне было скучновато. – Она вопросительно посмотрела на Кармен, потом, сунув руки в карманы, окинула взглядом вестибюль.

«Сдерживается, – подумала Кармен. – Люди ведут себя иначе, когда узнают, кто ты. Они затихают и словно впадают в анабиоз, отдавая инициативу тебе». Однако ей не хотелось возвращаться домой – ведь она только начинала наслаждаться жизнью.

– А почему бы нам не уйти отсюда и не выпить в пабе? – предложила Кармен.

Лицо Джулии тотчас прояснилось.

– О... прекрасная мысль!

Когда они вышли из театра, Кармен впервые за несколько месяцев почувствовала прилив оптимизма. У нее был удачный день – она встретила Дункана и Джулию, и они вполне могли бы стать ее друзьями. Может, и она когда-нибудь сможет жить как все нормальные люди.

Глава 3

Гидеон Берд наслаждался «отпуском». «Нам следовало бы вписать это в брачный контракт, – подумал он с мрачной усмешкой. Склонившись над дымчатой стеклянной крышкой кофейного столика, Гидеон разделил кокаин на две аккуратные порции. – Конечно, мужчина может взять на себя многое, но ему нужен отдых».

Не похоже, чтобы она выказывала ему хоть какую-то благодарность. Кармен Хьюз была никто, когда он встретил ее на Би-би-си восемь лет назад. Она попусту тратила время в совершенно тупиковой образовательной программе для умственно отсталых детей. Целый год он ухаживал за ней, потом женился и вывел ее из мрака неизвестности – он, Гидеон Берд, а не кто-то другой вел за нее переговоры с «Конквест ТВ». А «Кролик Джек» сделал ее главной ведущей детской программы, как задумывалось. Он пренебрег своей собственной работой, чтобы продвинуть ее, чтобы сделать ей карьеру. Он помогал жене советами и в конце концов добился своего – она стала ведущей передач для взрослых. Потом ее «Гардеробная» стала модным шоу, а затем со своим шоу «Переделка» она сделалась телезвездой.

А что она дала ему взамен? Ничего. Он отдал все силы, чтобы сделать ей карьеру – чтобы жена Гидеона Берда была достойна своего мужа, а теперь, ясное дело, она думает, что слишком хороша для него. Его единственная награда – постоянное раздражение от необходимости жить с этой сукой, убежденной в своем превосходстве.

Вынув из бумажника купюру в двадцать фунтов, Гидеон скатал ее в трубочку. Руки его дрожали от нетерпения, и ему не сразу удалось втянуть порцию порошка.

Жена вроде той, что у него, кого угодно сделает наркоманом. Ничего, кроме жалоб, он от нее не слышит. Заявлять ему, что он должен поддерживать отношения с родственниками! Что она себе вообразила? Полагает, что ему нечего делать? Она, кажется, ждет, что он бросит все – только бы удовлетворить ее нелепые прихоти. Ссора в среду – самая типичная. Она думала, что создателю «Мангуса» нечем заниматься, кроме как держать жену за руку, когда она навещает своих скучных родственников? Да будь он проклят, если когда-нибудь поедет к ее глупой тетке!