Чтение онлайн

— Но до вчерашнего дня ты безропотно шел той дорогой, которую они для нас выбирали!

— Потому что так было нужно!

— А сейчас — нет?

— Да, сейчас — нет!

— И кто определяет грань, до которой нужно, а после — нет? Ты?

— Здравый смысл!

— И какой смысл идти туда, где нет пути?

— Смысл появится лишь после того, как мы убедимся…

— Ну-ну, — Алиору надоел этот спор. — Что ж, раз ты так хочешь, давай, возвращайся назад, до Венец-горы, а там иди к перевалу.

— Но я — не проводник, — Рик смотрел на царевича с непониманием и даже неприязнью, ведь тот посылал его на верную смерть, — я сам не найду путь к перевалу!

— А я его знаю? — огрызнулся Аль. — Я доходил с караваном только до Венец-горы! Но даже этот путь плохо помнил. Как можно запомнить дорогу, которой шел лишь раз?

— Однако мы же добрались…

— Потому что нас вели горные духи! Без них мы бы давно заблудились и замерзли в лесах ближних гор, или сорвались с обрыва, или… Мы должны быть благодарны им, а не оскорблять! Указанный ими путь — наша единственная дорога через горы! А если кто-то этого не понимает или не хочет понимать — пусть идет своим путем. Если видит его!

Рик, Лиин и Лот переглянулись, а затем, не сговариваясь, повернулись к старшему царевичу, ожидая не только его совета, но и решения.

Аль аж побледнел от злости: почему! Ведь он, не брат, проводник! И раз так ему и только ему решать, какой путь верен. Он так разозлился, обиделся, что уже был готов повернуться к спутникам спиной и, забыв об этом разговоре, словно его и не было, продолжать путь, надеясь, что те, увидев это, вынуждены будут двинуться следом. В конце концов, они ведь не дураки и понимают, что одним им горы не пройти.

Он бы, наверно, так и поступил, если б в какой-то миг не подумал о том, что и ему одному горы не пройти. А это путь должен быть пройден. Потому что у них нет права потерпеть неудачу, ведь он их успеха зависела жизнь всех жителей Десятого царства.

— Отойдем, — пробормотал юноша. Взяв брата за локоть, он потянул его за собой — он не хотел говорить при всех. В отличие от вчерашнего дня. Но Альнар, решительно качнув головой, вырвал рук, показывая, что не собирается никуда идти. И вообще:

— Сегодня не время для секретов, — проговорил он.

— Вот именно, — не скрывая обиду, процедил сквозь стиснутые зубы Лиин. Его можно было понять. Алиор и сам на его месте обиделся бы: противно когда тебе не доверяют, особенно — когда скрывают нечто, имеющее к тебе самое непосредственное отношение, вопрос жизни и смерти. Но юноша был на своем месте, с которого все выглядело совсем иначе.

— Брат… — вновь попытался увести его младший царевич, но тщетно:

— Или говори при всех, или молчи.

— Но это важно!

— Тем более. Раз речь идет о пути всех, то и решение принимать всем!

— Однако…

— Алиор, или переходи к делу, или пошли дальше.

— Хорошо же, — процедил сквозь стиснутые зубы Аль. Его глаза мстительно сощурились. — Так мы и поступим: пусть решают все, — ему же проще. Отвернувшись от брата, он скользнул быстрым взглядом по остальным спутникам: — Как вы уже поняли, горным духам нужна жертва. Они примут ее на каменном мосту, к которому ведет эта дорога…

Его слушали, затаив дыхание, а он словно специально тянул фразы, удлиняя паузы. И не только потому, что ему нужно было все еще раз обдумать.

— Брат сказал, что я должен принять решение — кто будет этой жертвой.

— Кто — из нас? — в глазах спутников были непонимание и ужас. — Но…

Аль позволил им подойти к черте, но не перешагнуть ее, продолжая:

— Однако раз теперь он решил, что это — дело всех, что ж, тем лучше. Почему бы вам самим не выбрать жертву для горных духов.

— Из нас четырех или пяти? — во власти растерянности, не до конца не понимая, что делает, спросил Рик.

На него воззрились с ужасом. И лишь Аль, с самым безмятежным видом пожав плечами, ответил:

— Можете и из пяти. Я не против. Но горные духи уже раз не оценили мое самопожертвование, предпочтя самим сделать выбор — свой собственный.

— Но как тут решить? — продолжал бормотать Рик, вертя что-то в руках — не то камешек, не то какую-то не весть откуда взявшуюся монетку. — Может, жребий бросим?

— И кому он выпадет, по доброй воле возьмет и прыгнет с моста? — скривившись в презрительной усмешке, фыркнул Лот, всем своим видом показывая, что он сам не собирается соглашаться ни с каким жребием. — И вообще это глупость!

— А что ты предлагаешь? — повернулся к бродяге младший царевич. В его голосе не было ни тени эмоции. Он просто спрашивал с таким видом, словно ему было совершенно все равно.

— Конечно, тебе все нипочем, — поняв это, зло проворчал Лот, — тебя ведь это не касается! Слушай, а, может, это все — только сон? Глупый сон, который…

— Если на нашем пути не встретится каменный мост — значит, ты прав. А если…

— Если мы не пойдем к нему, то и не встретится, — прервав затянувшуюся паузу, проговорил Альнар, вновь становясь в центр внимания своих спутников, которые смотрели на него с нескрываемой надеждой: с духами ведь не поспоришь, но и жертвой становиться никому не хотелось.

— Ты думаешь, — Лиин сразу же поняв, к чему клонил старший царевич, и схватился за его предложение обеими руками, — мы должны попытаться пройти через перевал?

— Ну и идите, — младший царевич повернулся к ним спиной, постоял несколько мгновений, словно собираясь сказать что-то еще, но, передумав, зашагал вперед, оставив спутников с удивлением глядеть ему в спину. Теперь он не боялся, что те выполнят свою угрозу, когда те не хуже него понимали, что у них нет другого выхода.

— Ты не имеешь права принимать решение за всех! — подтверждая его предположение, воскликнул Лиин. И он, и его друзья метались между необходимостью идти вслед за проводником и желанием плюнуть на все и рискнуть.