Чтение онлайн

Иерархические различия являются определяющими почти для всех учреждений, но не для деревень. Как мы видели, разница между "ними" и "нами" сокращается до минимума. Это проявляется в разных сферах социальной жизни, например, в сети дорог и улиц, действующей как альтернатива обсуждениям, в принципе разделения труда и вере в достоинство каждой отдельной души. Фундаментальное различие между деревнями и жизнью в заведениях и приютах заключается в том, что охранники и медсестры уходят домой, то есть покидают ограниченное пространство данного учреждения, так как вне его они живут собственной жизнью, с собственным домом, с собственной семьей и собственным свободным временем. Время, которое они проводят в учреждении, является оплачиваемым трудом. В деревне,'напротив, все находятся постоянно, некоторые даже навсегда. Они живут, действуют, работают и отдыхают вместе. Это единое целое, жизнь в полном единении, более всеобщем, чем любое тоталитарное учреждение, как парадоксально утверждал Гоффман в 1961 году. Если деревни вообще с чем-нибудь сравнимы, то скорее с кораблем, чем с больницей.

Третий существенный признак приютов и заведений состоит в том, что жизнь идет там по определенному плану и направлена к точно сформулированной общей цели. Места заключения и больницы являются наиболее типичными примерами, но сюда относятся также детские дома, студенческие общежития, дома для престарелых или учреждения для различных групп инвалидов. На первом плане там цели наказания, лечения, воспитания или ухода.

Само собой разумеется, что кемпхилл-деревни не имеют целью какое-либо наказание. Они существуют не для того, чтобы каким-то образом обособлять или изолировать людей. Никому не мешают уйти, если он хочет. Новые члены вначале проводят в деревне две недели. Если им нравится жизнь в деревне и сообщество их принимает, они находят там постоянный дом. Вопрос о возможных методах лечения является, однако, более обширным. Другое слово, означающее "лечение", это "исцеление", понятие, которое содержит в себе процесс исцеления, выздоровления. С этой точки зрения деревни являются действительно здравницами. Но процесс исцеления в них не ограничен временными рамками, а является длительным и непрерывным. Он охватывает всех, кто там живет, а не только тех, кто отнесен властями к лицам, имеющим аномалии в развитии. Также и жители деревень рассматривают деревню не как место временного пребывания, а как место для постоянной совместной жизни. А что касается изначального понимания лечения, то деревни, конечно, не предназначены для таких мероприятий. Не существует метода лечения для синдрома Дауна. Благодаря тестам и прерыванию беременности на ранней стадии может быть предотвращено существование страдающих этим заболеванием, а путем операций на лице возможно в определенной мере придать больным с синдромом Дауна вид совершенно нормальных людей. Но члены деревенских сообществ отвергают оба "решения". Они хотели бы создать формы совместной жизни, полезные для таких людей. Само собой разумеется, что больных лечат, но лечения от иного рода бытия нет.

Как в Видарозене, так и в других деревнях есть разнообразные формы обучения. Некоторые жители учатся читать и писать, другие вяжут или играют на флейте, а иные упражняются в эвритмии. Большинство слушает несколько раз в неделю лекции или концерты. Но все это лишь часть совместной жизни в деревне; воспитание не является специальной целью пребывания там.

А как обстоит дело с социальным обеспечением? Ответ примерно тот же. Социальное обеспечение есть во всех деревнях, но и оно охватывает всех жителей, потому что неотделимо от жизни там и не является специальной целью. Жизнь и есть цель. Но именно в этом пункте и трудно провести различие между деревнями и учреждениями в остальном обществе. Особенно дома для престарелых или приюты для лиц, имеющих длительные затруднения развития, похожи на деревни тем, что в них не обязательно идет речь об ограниченном по времени пребывании в учреждении.

И, наконец, последний аспект. В приютах и заведениях всегда вместе живут много лиц совершенно определенной группы. Это либо заключенные, либо пациенты, школьники, старые люди или инвалиды.

Так ли это в деревнях?

Ответ на этот вопрос зависит от того, с каких позиций смотреть. С традиционной точки зрения на ограниченном пространстве деревни можно найти гораздо больше людей определенной группы, чем это обычно имеет место в обществе. Там больше людей, получающих пенсию по инвалидности, и много получающих денежные компенсации. В этом отношении деревни похожи на большинство учреждений, на ограниченном пространстве которых живет вместе относительно много лиц одной и той же группы.

Однако с точки зрения самих деревень дело обстоит совершенно иначе. Жители деревень - это индивидуальные характеры, личности. Они похожи друг на друга своим отличием от большинства населения, но различаются как индивидуальности. Приюты и заведения часто уничтожают эти различия. Иногда имена заменяют номерами; униформа или предоставленная государством одежда, обязательная стрижка, а также голые комнаты или камеры, которые не терпят личного имущества, способствуют тому, чтобы сделать упомянутых людей похожими друг на друга. В отличие от этого деревенская жизнь подчеркивает индивидуальность каждого, и, в определенной мере, его своеобразие. Под таким углом зрения ситуация оказывается совершенно противоположной. В обществе вне деревень находятся люди, совершенно похожие друг на друга. Приспособленные к основным требованиям индустриального общества, принуждающего потреблять произведенные товары, они производят впечатление бледных копий. Деревни, напротив, представляют собой жизненный уклад, способствующий развитию индивидуальных различий. В них господствует индивидуальность.

Кратко подведем итог: эти деревни сходятся с частными и общественными учреждениями в том, что охватывают на ограниченном пространстве различные сферы жизни, С официальной точки зрения они похожи также в том, что принимают у себя большое число лиц одной группы. (С точки зрения жителей деревень это видится совершенно наоборот.) Деревни отличаются от приютов и заведений тем, что их организация не служит выполнению точно сформулированной абстрактной задачи, а прежде всего тем, что нет сознательного разделения на "меня" и "тебя", на "вас" и "нас".

9.3 Нормальна ли жизнь в деревне?

Если мы возьмем индустриальное общество за образец нормальной жизни вообще, тогда жизнь в деревне с чисто статистической точки зрения не является нормальной.

Люди там знают друг друга. Почти все знают. как зовут каждого в отдельности. Они зовут друг друга по именам, постоянно встречаются друг с другом, они важны друг для друга, они ненавидят и любят друг друга и не стараются это скрыть. Они помогают Друг другу, причиняют друг другу боль и заботятся друг о друге. Таким образом, деревни очень жизнеспособны. Они представляют собой совершенно типичные прочные сообщества.

Когда возвращаешься из них к нормальной жизни больших городов, удивляешься большому различию. Города густо заселены, и их общество основывается на процессе специализации. Это создает предпосылки для неравенства и раскола. Правда, в более крупных общественных формациях есть взаимозависимости, но лишь между отдельными должностями или функциями. Исполнители, наоборот, заменимы. Комплексная система технических и социальных инструментов должна функционировать; при этом успех все-таки не зависит от кого-либо одного. Обществыенные функции должны выполняться; при этом безразлично, кто в отдельности берет на себя определенную роль. В интересах слаженного процесса уравниваются друг с другом даже большие группы населения, чтобы быть взаимозаменяемыми. При этом возникает опасность отчуждения людей друг от друга. Большинство из нас включено в определенные модели отношений, но большинство живущих рядом с нами людей мы не знаем.

Чужие были всегда. Они жили на краю охотничьего угодья, вне деревни или за воротами городка и распространяли страх и ужас. С ростом городов для большинства людей возникла совершенно новая ситуация. Примета современных городов - анонимность. Чужие поселились вблизи нас; часто они живут в одном и том же доме и все же остаются на расстоянии.

По сравнению с обществом этого рода деревни совсем иные. Они образуют прочное объединение, в котором отдельные люди зависят друг от друга как индивидуумы, как личности, а не только как некто, кто выполняет определенную задачу или функцию, которая, мало того, принадлежит не ему одному. Кемпхилл-деревни сравнимы с маленькими средневековыми городами; с нынешними формами поселений они не имеют ничего общего. Но и это сравнение тоже хромает. Потому что, как уже много раз говорилось, в деревенских объединениях с точки зрения находящихся вне их государственных инстанций живет очень много людей, которые не могут жить в нормальном обществе и имеют право ьа пенсию или нуждаются в особой помощи. Этим они отличаются от средневековых городов, в которых различные группы населения расселялись более гармонично. Концентрация отдельных групп существовала всегда только в специально для этого предназначенных кварталах. Такие кварталы часто назывались гетто.

9.4 Деревня как гетто

Согласно спорному историческому объяснению понятие гетто происходит от итальянского

bourghetto ("маленький замок"), которое означало как прибежище, так и место ссылки. Большие тюрьмы возникли из замков; это было либо глубокое подземелье, либо оно находилось высоко на башне, как место уединения впавшей в немилость принцессы. Жизнь в гетто охватывает согласно этому толкованию два аспекта: люди либо насильно помещаются туда, либо собираются там для защиты.

В более позднее время со словом "гетто" больше связывали мысль об определенной расовой принадлежности. Так, словом "гетто" называют итальянские,или китайские общины в Нью-Йорке, турецкие в Берлине или жилые кварталы скандинавских пенсионеров в Испании. Но за этим необдуманным словом встает другая картина, навсегда связанная с уничтожением евреев и позором Европы. Гетто называли те районы городов, где позволялось жить евреям. Там были их синагоги, школы и центры образования; там они жили и работали, и там они вновь и вновь, как в далеком, так и в недалеком прошлом, становились жертвами убийств. Их убивали либо в самих гетто, либо депортировали оттуда в газовые камеры. С понятием гетто связаны, таким образом, только плохие ассоциации.