Чтение онлайн

И все же, страшась употребления определенных слов, мы не изменим реальность. Есть люди, которые сравнивают деревни с гетто. По праву, ибо действительно существуют параллели, которые нужно исследовать. Если правда, что кэмпхиллдеревни имеют нечто общее с гетто, то при таком сравнении у кого-то может возникнуть сомнение, не следует ли как можно скорее освободить деревни от какой бы то ни было связи с этим ужасным словом и его ассоциациями? Но это бы означало помочь Гитлеру и Гиммлеру одержать троекратную победу. Искоренив понятие гетто, мы не только уничтожим евреев и разрушим гетто в его созидательном смысле. Мы потеряем в этом случае языковой символ идеи важной формы совместной жизни. Нацисты - и их предшественники в прошлых столетиях - могли убивать и разрушать. Но если мы при каждом злоупотреблении властью над окружающим, миром будем терять часть нашего мира представлений, тогда мы проиграем больше, чем войну с ними. Тогда мы потеряем наследие, связь со всем тем, что было хорошего в старых представлениях, а в конце концов не будем даже знать, как сохранить те виды жизни, которым угрожает опасность. Кроме того, мы осквернили бы память о людях, живших в разрушенных формах культуры. Таким образом, мы должны спасти основную идею гетто, мы должны выяснить, в чем ее суть, чтобы понять, содержатся ли в ней ценности и основные структуры жизни, важные для современного общества.

Таким образом, сравнивая деревни с гетто, мы видим одновременно существенное различие. Находящиеся вне деревень и представители общественности считают, вероятно, что жители кэмпхилл-деревень похожи на других сельчан. Но люди, живущие в деревенских сообществах, придерживаются другого мнения. С одной стороны, они осознают различия между собой, а с другой - общность с людьми из общества вне деревень. Сходство же жителям кэмпхилл-деревень придает их гордость за нынешнюю деревню как форму совместной жизни, но не гордость происхождения от какой-либо расы или же вера в принадлежность к избранникам божьим.

9.5 Деревня как форма совместной жизни

В связи с проблемой наркотиков возникло много жилых сообществ наркоманов. Эта форма совместной жизни сходна с деревенской. Условия жизни наркоманов и обслуживающего их персонала одинаковы; они делят кров и рабочее место, вместе участвуют в культурных мероприятиях. Но есть существенные различия. В упомянутых жилых сообществах присутствует явная дифференциация между действующими лицами, между "ними" и "нами". И жизнь там полностью спланирована; все идет по плану лечения и образования, преследующему точно сформулированную цель. Наркоманы поставлены в такое положение, чтобы в одиночку справиться со своей проблемой. Жизнь в сообществе имеет, таким образом, временные рамки. Высшей целью считается приобретение способности справляться в одиночку, находясь вне сообщества. Поэтому совместная жизнь делится на отдельные фазы, которые должны выявлять предполагаемый прогресс: больные проводят сначала два года в объединении; на третий год им оказывается гораздо больше доверия, и они получают определенные особые права. Исходят из предположения, что часть из них к этому времени уже созрела для жизни в нормальном окружении. Для вновь прибывших эти люди должны служить образцом.

В действительности этой последней фазы достигает только меньшинство. Некоторые, относящиеся к этому меньшинству, а также кое-кто из тех, кто удирает раньше, утверждают иногда, что они хотят подольше оставаться в объединении, чтобы использовать его как своего рода базу, куда они всегда, а, возможно, даже и навсегда, смогут возвратиться. Это желание вызвано глубокой тоской по сообществу, по совместной форме жизни и по ее основным принципам. Некоторые воплощают ее в жизни; они приезжают в качестве обслуживающего персонала.

С точки зрения сельчан основная проблема таких сообществ состоит как раз в том, что проявляется у части этих молодых людей. Совместная жизнь в благоприятной социальной среде заключает в себе нечто нереальное, если она служит только лечению или образованию и ограничена какими-то сроками. Когда-нибудь больные будут вырваны из положительных, ориентированных на определенные идеалы жизненных связей, пробуждающих теплоту между людьми, и отправлены в общество, являющиеся чем угодно, только не общиной, в общество, эмоциональная жизнь которого находится на совсем другом температурном уровне. В кэмпхиллпоселениях находят очень естественным то, что положительные жизненные объединения никогда принудительно не заканчиваются. Те, кто хочет остаться, должны получить возможность сделать это-навсегда.

"Это невозможно", - так, вероятно, звучит ответ со стороны общества и многих сотрудников терапевтических объединений. "Тогда бы у всего этого дела иссяк запас воздуха, так как не было бы больше мест для новых наркоманов". С точки зрения сельчан решение просто: "Тогда пусть новые люди образуют новые сообщества!" Старые люди, вероятно, и без того едва ли в состоянии зарабатывать деньги и нуждаются в небольшой социальной поддержке со стороны государства. Таким образом, поколения новых наркоманов имели бы возможность переехать в новые объединения, и проблема наркомании могла бы стать движущей силой при создании социальной структуры страны.

Вероятно, опять последовала бы реплика о невозможности, на этот раз, вероятно, от специалистов. Если сообщества больше не служат терапии, что тогда происходит с терапевтами? Что тогда будет с профессиональными принципами и сбором фактов? Что тогда будет с общественной пользой и знанием, как одолеть эти проблемы? Если директивы, прагматическое мышление, точно сформулированные цели и роль пациентов были бы отвергнуты, то и роль специалистов стала бы незначительной, и в терапевтических объединениях действовали бы обычные жизненные масштабы.

Итак, все остается по-старому. Если бы что-либо изменилось в указанном направлении, то жизненные сообщества для наркоманов стали бы общественными системами, похожими на кэмп-хилл-деревни, какими они являются сегодня.

9.6 Деревня как деревня

Чтобы понять, что же такое, собственно, деревенские объединения, мы попытались описать эти особые виды деревень, как я надеюсь, с тщательностью и осторожностью. Чтобы расширить наше зарождающееся понимание, мы попытались сравнить деревни с другими формами совместной жизни, например, тоталитарными учреждениями. Мы заметили некоторые важные общие черты, а также и существенное различие, Деревни, о которых здесь идет речь, не представляют собой ни учреждений, ни государственных институтов, хотя они охватывают больше, чем жизнь внутри нормального общества. Гетто и терапевтические объединения близки к ним, но и здесь существуют фундаментальные отличия. Что представляют собой такая деревня? Я попытаюсь ответить словами греческого лирика Константинаса Кавафиса, который в своем стихотворении "Итака" так описывает плавание на остров:

Пожелай себе долгого плавания.

...

Постоянно думай об Итаке.

Тебе предназначено приплыть туда.

Но не торопи свое путешествие.

Лучше, чтобы оно продлилось много лет;

и, состарившись, причаль к острову,

богатый тем, что ты приобрел во время своего

плавания,

и не надейся, что Итака даст тебе богатство.

Итака дала тебе прекрасное путешествие.

Без нее бы ты не отправился в плавание.

А теперь ей нечего больше дать тебе.

Кэмпхилл-деревни имеют определенную общность с другими названными здесь социальными системами; но одновременно они отличаются от всех. У них собственный характер, такой своеобразный, что в нашем распоряжении нет ни общей теории, ни ходового понятия, чтоб сказать коротко и ясно, в чем состоит их сущность. А так как нет привычного слова или готового плана, чтобы популярно описать такую совместную жизнь, такое объединение многих людей, не знающее другой цели, кроме жизни и понимания, сохраним для такого вида сообщества название деревня.

Деревни не относятся, собственно говоря, к историческому наследию нашей страны. В Норвегии, большей частью состоящей из камней и скал, расстояния между полями и пашнями так велики, что семьи раньше были вынуждены селиться рассеяно. Но при взгляде на деревни Центральной Европы можно усомниться, относится ли их современная форма к тому же виду, что и описанные здесь. Деревенские объединения прошлого несколько больше похожи на кэмпхилл-деревни, хотя и они знали классовые различия и управлялись как изнутри, так извне. Но в них было как определенное качество культурной жизни, так и форма сплоченности, очень. похожие на культурную жизнь и единение в Видарозене н других деревнях. Современный мир покончил с деревнями как важной формой социальной организации. Может быть, необычные потребности необычных людей в деревнях будут способствовать тому, чтобы возродить в виде модели такую форму совместной жизни, которая, вероятно, благоприятна почти для всех людей. Может быть, жителям этих деревень удастся вызвать по крайней мере теоретические дебаты о том, как могли бы быть преобразованы определенные части наших городов в скопления более дли менее независимых деревенских объединений.