По ту сторону зеркала
Шрифт:
– В школе мы почти не общались. Я не люблю мужские компании, сам знаешь почему, в этом я пошла в маму. Пару раз Трентон звал меня на свидания, но я отказала - довольно мягко, кстати. Джеймс, - Мари подняла на двоюродного брата глаза, полные искреннего непонимания, - ты же меня знаешь. Я что, по-твоему, похожа на воровку?
– Конечно нет, - мягко сказал он.
– Слушай, Мари, то, что ты рассказала… ну, про отказ в свидании, вполне могло стать причиной для тайной мести.
– Ты же не хочешь сказать, что такой пустяк может заставить оклеветать невинного человека и отправить его в Азкабан на два года?
Джеймс устало провёл рукой по лицу.
– Похоже, этот твой Розье весьма принципиален.
– Он не мой!
– взвинтилась Мари.
– Джеймс, скажи, что мне делать?
– Пока ничего, я должен был лишь донести обвинение до твоего сведения. Если понадобится, я помогу найти хорошего адвоката.
– Мерлинова борода, ну какой адвокат!
– Мари чуть не плакала.
– Это какой-то невероятный кошмар!
– Тише, успокойся, пожалуйста, - встав из-за стола, Джеймс подошёл к ней и коснулся её плеча.
– Попробуем что-нибудь придумать. Главное, не выезжай за пределы Лондона и старайся ни с кем не встречаться, хорошо? Институт - дом, дом - институт.
– Да, хорошо… Спасибо тебе, Джеймс.
Мари вышла за дверь и, не обращая внимания на попадающихся навстречу людей, бегом побежала по уже знакомому коридору к лифтам, стремясь поскорее выйти из этого здания, в которое ещё так недавно мечтала войти.
Раздался стук, и дверь приоткрылась.
– Привет, можно к тебе?
– Да, Тед, заходи.
– Чего такой загруженный?
– Люпин сел, откинувшись на спинку того самого кресла, где пару минут назад сидела Мари.
– Пришлось одному хорошему человеку сообщить неприятную новость.
– Это не той блондинке в жёлтом пальто случайно? Пронеслась сейчас мимо меня, даже не заметила, по-моему.
– Да, ей. Это моя двоюродная сестра. Вы уже знакомы, верно?
– В некотором смысле. Изложи-ка мне суть дела.
– Внук Пожирателя смерти Эвана Розье, Трентон, написал заявление, что девятого марта этого года Мари-Виктуар Уизли якобы пыталась создать копию его Руки славы, чем нарушила авторские права.
– Стоп.
– Тед резко прервал его.
– Внук Эвана Розье, я не ослышался? Того самого, которого ещё в восьмидесятом прихлопнул легенда нашего отдела Аластор Грюм?
– Того самого, - удручённо кивнул Джеймс.
– Чёртов Пожиратель, хоть и сдох, успел нарожать не только детей, но и внуков, которые в лучших традициях воландемортовских прихвостней портят жизнь добропорядочным волшебникам. Надо было выселить их из страны к мордредовой матери…
– Надо было, - отстранённо сказал Тед, глядя на заявление, лежащее поверх других бумаг на столе Джеймса.
– Это?
Не дожидаясь ответа, он взял лист пергамента и быстро пробежал глазами.
– Так, понятно. По этому делу пока ничего не предпринимай.
– Я хотел предложить ей хорошего адвоката.
– Адвокат тут не поможет. Попробуем силовой подход.
– Тед встал, захватив с собой заявление, и стремительно вышел.
– Постарайся не усугубить ситуацию, Люпин!
– вдогонку ему крикнул Джеймс, но тот его уже не слышал. Несколько секунд Поттер озадаченно смотрел на дверь, которая так и осталась открытой настежь, а потом взмахнул палочкой: - Коллопортус!
***
Трентон Розье сидел в своём роскошном рабочем кабинете, закинув ноги на стол, и курил сигару. Он чувствовал себя владельцем Вселенной. После возвращения из Франции и вхождения в Альянс - тайный круг оппозиционеров нынешней власти, который состоял из прочих богатых потомков Пожирателей смерти - роскошным в теперешней жизни Трентона был не только кабинет, но и весь особняк, огромный сад, яхта и, конечно же, его коллекция тёмных артефактов, за коими теперь не охотились мракоборцы, наивно полагающие, что после падения Волан-де-Морта наконец-то наступил мир во всём мире.
– Да, кстати, артефакты, - сказал Трентон вслух, стряхивая пепел прямо на стол и тут же заклинанием уничтожая его.
– Возможно, я выбрал слишком изощрённый способ, но всё же… Какие аргументы у меня есть? Во-первых, необходимо выполнить задание Альянса, чтобы укрепить свой авторитет, а, во-вторых, не мешало бы проучить эту Уизли. Будет знать, как отказывать представителю семьи из числа священных двадцати восьми. Её-то происхождение, несмотря на чистокровную фамилию, сильно подпорчено со стороны матери-полувейлы. К тому же, где Уизли, там и Поттеры, а бросить вызов Золотому мальчику, который приходится Виктуар дядей, дорого стоит. Если дело выгорит, и девчонку упрячут в Азкабан, мои сообщники наконец убедятся, что потомка рода Розье не стоит недооценивать.
Грохот за дверью прервал монолог Трентона. Он убрал ноги со стола и хотел уже отложить сигару, чтобы щелчком пальцев вызвать свою эльфийку и спросить, какого Мерлина она шумит, но внезапно услышал её отчаянный вопль из коридора. Судя по всему, домовиха, яростно визжа, пыталась не пустить на порог незваного гостя, но ей это не удалось: спустя секунду дверь в кабинет резко распахнулась, стукнувшись о стену.
– Так, я не понял, - Трентон в ярости поднялся из кресла, вооружаясь палочкой, и попутно уронил сигару на дорогой ковёр.
– Что вы себе позволяете?!
– Это что ты себе позволяешь, падла?
– Люпин захлопнул дверь, чуть не прибив стоявшую позади домовиху, и в два широких шага пересёк комнату, подойдя к столу красного дерева, поверхность которого была отполирована так тщательно, что могла бы служить зеркалом, и это зеркало сейчас отражало его грозное лицо, которое не сулило хозяину дома ничего хорошего. Чуя неладное, Розье решил ориентироваться по ситуации и на всякий случай опустился обратно в кресло.
– Что тттакое?
– спросил он, подняв бегающие глаза на Люпина, который склонился над ним и, сверля его ненавидящим взглядом, произнёс:
– Забери заявление или пожалеешь.
– Кккакое за-заявление? На эту дурочку Уизли?
– Да. Ты идёшь и забираешь его прямо сейчас.
– А если нет?
– внезапно осмелел Трентон.
– Вот это видел?
– Тед кивнул на маникюрный ножик в карандашнице на столе.
– Это будет у тебя вот здесь, - он постучал по его виску.
– Что это ты так за неё торгуешься?
– противно ухмыльнулся Розье.
– Неужели наша Мари, гордость Шармбатона, нашла себе в Англии любовника-покровителя?