Чтение онлайн

— А каким ты меня видишь?

— Кокетничаешь? — улыбнулась Луиза.

— Вовсе нет, — серьезно ответил Френсис.

— Замечательным. Настолько замечательным, что почти ненастоящим. Можешь посмеяться, но я едва верю в твое существование — даже сейчас, сидя рядом с тобой, зная, что ты смотришь в тот же костер, что и я…

Френсис усмехнулся. Почти печально.

— Не обижайся, пожалуйста, но я говорю, что думаю…

— Что ты, я не обижаюсь. — Его рука коснулась ее пальцев — будто мимоходом. Рука была сухой и горячей: только что он протягивал ее к пламени. Она двинулась дальше — а потом передумала, вернулась, да так и осталась лежать, накрывая собой пальцы Луизы.

— А знаешь… — Луиза сделала вид, что не обратила на его жест внимания, но в груди сделалось тепло. Его прикосновение было удивительно приятным: ласковым, успокаивающим и волнующим одновременно. — Наверное, это тоже меня пугает. Я боюсь, что ты не такой, каким кажешься.

— И все же?…

— Красивым. — Луиза улыбнулась, опустила голову. — Это было мое первое впечатление от тебя, и, похоже, неизгладимое. А еще очень уверенным. Спокойным. Мудрым. Сильным. Физически и… Волевым. Слушай, скажи по секрету, у тебя есть недостатки?

— Есть, — рассмеялся Френсис. — Я очень доверчивый. Этим можно воспользоваться при случае, имей в виду. И я часто меняю решения. И я помешан на своей свободе, поэтому у меня часто складываются очень проблемные отношения… Нет, хватит, а то сейчас я начну плакаться тебе в жилетку и рассказывать о своих неудачных романах.

— Брось, все равно не поверю. Я не в пример тебе очень недоверчива.

— Я заметил. А еще, наверное, ты тоже не похожа на себя.

— То есть?… — изумилась Луиза.

— Знаешь, когда я увидел тебя впервые — я помню, в музее, на боковой лестнице, то подумал: какое удивительное лицо, какая необычная красота. К слову о стереотипах — нам слишком долго скармливали эталоны под метр восемьдесят ростом и с ногами от ушей. Кстати, у тебя очень красивая форма ног…

Луиза медленно заливалась краской. Она никогда ни с кем так не разговаривала — тепло и открыто и при этом ненавязчиво. Разве что с ним, виртуальным другом-которого-нет…

И никогда никто не говорил о ней так хорошо. Не как о доброй соседке, дочери-умничке, хорошем ученом. Как о женщине.

— И при этом меня поразила твоя скованность.

Луиза хотела вставить «я ужасно неуклюжая», но удержалась.

— Ты красавица, Луиза, настоящая красавица, но по тому, как ты себя ведешь, складывается впечатление, что ты никогда не видела себя в зеркале, а какая-то соседская дылда в далеком детстве сказала тебе, что ты гадкий утенок, из которого вырастет гадкая утка. Конечно, с определенной точки зрения, лебедь — утка так себе, но если вообще, а не применительно к уткам…

Луиза боялась пошевелиться, чтобы не отвлечь его, не прекратить этот разговор — и в то же время слышать все это было невероятно тяжело. Его слова вонзались под кожу, бередили давние раны, подростковые комплексы, наследие Кристиана. Хотелось спрятать пылающее лицо в ладони, убежать — или слушать его до конца жизни.

Хорошо, что так жарко полыхает огонь — краску на щеках можно списать на него.

— Ну ты меня поняла. Ты удивительная, умная, талантливая, отзывчивая, редкой красоты девушка, а ведешь себя… Прости, если я сказал что-то не то. И еще этот твой брак… — Видно было, что Френсис не удержался.

— Что?

— Нет, ничего, меня уже заносит.

— Я не обижусь.

— И я тебя не обижу. Ты, наверное, спать хочешь?

Луиза была благодарна ему за эту реплику. Она догадывалась, что примерно Френсис думает о ее отношениях с Кристианом, точнее, что ничего хорошего он об этом не думает, но услышать в деталях ей почему-то не хотелось. Не сейчас. Ей важно мнение этого человека, но если он начнет нападать на Кристиана, она будет Кристиана защищать — привычка сердца, выработанная годами, — разозлится на Френсиса, Кристиана и себя, и ничего хорошего не выйдет.

В данном случае лучше будет промолчать об одном и том же.

А действительно, хочет ли она спать?

После всех треволнений прошедшего дня, после карабканья по склизким склонам, прорубания сквозь чащу, обустройства лагеря, шока от долгожданного свидания с Мхараджани спать она не хотела. Она хотела сидеть рядом с Френсисом, разговаривать вот так же — искренне, честно, о нем, о себе, о важном. Смотреть в огонь. Ощущать его ладонь на своей руке.

Спать — это значит быть одной. Быть одной Луиза не хотела. Даже если это нежелание будет стоить ей назавтра синяков под глазами, тусклых волос и рассеянности внимания.

— Не-а, — ответила она. — Ой, а ты?

— И я не хочу. Будем ждать рассвета?

— А ты уже встречал в джунглях рассвет?

— Да.

— Тогда покажи мне.

— Покажу.

Луизе очень захотелось, чтобы он придвинулся к ней и обнял ее за плечи. Такая мелочь… ну что ему стоит?

Френсис придвинулся и набросил ей на плечи куртку.

— Береги спину. От костра идет жар, не почувствуешь, как простудишься.

— Ты лучший, — сказала она, не особенно думая, что говорит.

— И ты — лучшая… Что из этого следует?

Его глаза из синих сделались черно-оранжевыми: в них отражались ночь и пляска пламени.

— Эй, а вы чего, меньше всех устали?!

Джил появилась на редкость не вовремя. Луиза сверкнула на нее глазами, но Джил вряд ли заметила.

— А я никак уснуть не могу, — пожаловалась она. — Вот уж не думала, а ведь и правда — принцесса на горошине. Но спать действительно жестко! Никогда до этого не ночевала в палатке, а тут… — Она опустилась на бревно рядом с Луизой. — А я вам вообще не очень мешаю?

Луиза ничего не ответила.

— Мы говорили о стереотипах, — дипломатично отозвался Френсис.

— В смысле?

— В смысле восприятия людей, природы ожиданий и удобства шаблонов.

— Шаблон — это абстракция. Абстракция — это то, чего нет. Вопрос: какой смысл в том, чего нет?

— ?Мы — общество интеллектуалов-полуночников, — усмехнулась Луиза.

— Ага, — подтвердила Джил. — Осталось только как-нибудь самоназваться и организовать сообщество в Интернете.

— Точно! У меня как раз есть один виртуальный знакомый — или правильнее сказать незнакомый? — который наверняка составил бы нам компанию.

— О, ты торчишь в чатах?

— Нет, иногда перекидываюсь сообщениями через интернет-пейджер, — призналась Луиза.

— Серьезно? — почему-то удивился Френсис.

— Вот это да! А ты пробовала виртуальный секс? — оживилась Джил.

— Джил!.. Мы же общество интеллектуалов, а не любителей «клубнички», — напомнила Луиза.