Чтение онлайн

Курите, обозревавшему остатки своего некогда мощного соединения, было легко предположить, что план «Сё» потерпел провал. Интенсивность воздушных атак, продолжавшихся весь день, могла быть знаком того, что Одзава не смог справиться с могучим Третьим флотом. Не слыша ничего и от Нисимуры, он также мог предполагать лишь самое худшее.

После нескольких попыток обнаружить силы Одзавы, в 16:40 бомбардировщики группы Шермана заметили авианосцы, когда те быстро двигались на юг, по направлению к Лусону. Установление местонахождения авианосцев было именно тем, чего ждали Хэлси и Одзава. Хэлси немедленно отдал приказ о сборе командиров групп, и вскоре все три группы пошли навстречу врагу. По радио он отдал Маккейну приказ возвратится и снова присоединиться к нему, когда флот будет направляться на север, чтобы уничтожить японские авианосцы. Поскольку соединения Хэлси теперь шли на север, опасность дальнейших налетов на корабли Куриты миновала. Получив передышку от постоянных воздушных атак, Курита начал приходить в себя. Понимая, что его задания определяется как «все или ничего», он решил продолжать движение вперед. Как бы в подтверждение правильности такого решения, в 18:15 адмирал Тойода ответил на предыдущие послания Куриты, сообщив ему: «Все силы ринутся в атаку, положась на божественную помощь» [165] . Теперь, когда его приказы стали ясными, а соединения были защищены тьмой, Курита направился к проливу Сан-Бернадино. Он собирался — если не произойдет новых задержек — пройти пролив в 1:00 25 октября.

Пока Курита бился в море Сулу, силы Нисимуры продолжали движение, изредка прерываемое американцами. Хотя Нисимуре и пришлось выдержать атаку рано утром 24-го, он, отбив атаку американских самолетов, продолжал двигаться без затруднений. Он также получил известие о том. что второе соединение, которым командовал вице-адмирал Киёхиде Сима, приближается с севера и вскоре будет готово присоединиться к нему во время прохождения пролива. Нисимура, хоть и испытывал к Сима сильнейшую неприязнь, понимал, что серьезность ситуации требует совместных действий всех, кто служит во флоте. Для сведения личных счетов будет достаточно времени после уничтожения американцев.

Однако Нисимуру засекли, и, хотя никаких атак на него в тот день не предпринималось, американцы не сидели сложа руки. Адмирал Кинкейд, предупрежденный о приближении японцев и уверенный в том, что Хэлси позаботился об охране пролива Сен-Бернадино, посвятил время подготовке к прибытию противника на восточную сторону пролива Суригао. Чтобы противостоять приходу японцев, Кинкейд приказал контр-адмиралу Джессу Олдендорфу перекрыть северный выход из пролива (в двадцать миль шириной) соединением из шести линкоров, пять из которых были в Перл-Харборе в 1941 году, восьми крейсеров и двадцати восьми эсминцев. Олдердорф решил разместить свои самые большие корабли прямо напротив входа с пролив, разделив эсминцы и расположив их вдоль каждой стороны. Чтобы придать обороне глубину, Олдендорф также расположил тридцать девять маленьких торпедных катеров южнее пролива. Вряд ли способные остановить продвижение линкоров Нисимуры катера могли послужить в качестве телеграфа, который обеспечил бы необходимую Олдендорфу информацию о враге, с которым он был уже почти лицом к лицу. К тому же они могли бы беспокоить Куриту по мере его продвижения, что, возможно, внесло бы смятение в неприятельские ряды.

Вечер 24-го был проведен моряками обоих флотов в подготовке к следующей стадии сражения. В то время как команды Куриты и Нисимуры занимались последними приготовлениями перед выходом в Филиппинское море, матросы Хэлси готовили самолеты для воздушного нападения на авианосцы Одзавы, а команды Олдендорфа проверяли правильность наведения орудий на северный выход пролива Суригао.

Пока летчики возились на палубах авианосцев, Хэлси решил, что будет разумным уведомить Кинкейда о своих планах. В 20:24 Хэлси передал Кинкейду по радио, что «донесения показывают, что враг понес серьезные потери. Продолжаю двигаться на север с 3 группами, чтобы атаковать вражеские авианосные силы на рассвете» [166] . Кинкейд был доволен новостью. Он был готов встретить соединение Нисимуры, когда оно пойдет через пролив Суригао, и выходило, что Хзлси, со своими тремя группами, готов ударить по силам Одзавы, идущим с севера. И, хотя это было не такое уж огромное соединение, Кинкейд был уверен, что группа 34 будет силой более чем достаточной, чтобы остановить серьезно поврежденные корабли Куриты и не дать им пройти проливом Сан-Бернадино. Все, казалось, было готово к тому, чтобы нанести японцам основательный, бьющий в цель удар.

Через десять минут после того, как Хэлси говорил с Кинкейдом, было получено известие о том, что один из катеров заметил приближающийся флот Нисимуры. Заметив врага, американские катера сразу ринулись в бой, произведя серию отважных, но безуспешных атак. Несмотря на выпущенные несколько торпед, все чего удалось достичь была задержка движения японцев. Артиллеристы на эсминцах Нисимуры смогли уничтожить несколько катеров. В 21:36 Нисимура сообщил Сима по радио, что «продвигается по плану, уничтожив торпедные катера неприятеля» [167] .

Однако противостояние силам Нисимуры вскоре должно было стать более интенсивным. Предупрежденные о приближении японских кораблей в начале третьего ночи 25 октября, эсминцы Олдендорфа быстро спустились к проливу Суригао и приготовились к серии торпедных атак. Через час по вражеским кораблям были выпущены первые американские торпеды. К концу атаки два эсминца были потоплены, а третий сильно поврежден. Торпеды повредили также линкоры «Фусо» и «Ямаширо»-. Возможно, самым важным было то, что атаки катеров и эсминцев сломали весь боевой порядок японских кораблей, в котором они готовились столкнуться с караулящими их крейсерами и линкорами Олдендорфа.

Когда вражеские силы в сильном беспорядке вошли в зону досягаемости линкоров и крейсеров Олдендорфа, тот не мог поверить своей удаче: японская колонна была практически недееспособна. По какой-то причине — возможно, из-за повреждений, полученных во время предшествующих атак катеров и эсминцев или даже из-за упрямства Нисимуры — японцы провели маневр таким образом, что предоставили врагу широкий фронт. Это значило, что американский адмирал был готов насладиться возможностью, о которой мечтали все военно-морские командиры, но которая редко предоставлялась — направить все орудия на главный японский корабль. Олдердорф расставил все точки над i!

В 3:51 Олдендорф приказал своим кораблям открыть огонь. Вскоре снаряды крупнейших орудий военно-морского флота Соединенных Штатов обрушились на несчастных японцев. За пятнадцать минут снаряды разнесли в прах то, что оставалось от кораблей Нисимуры. Флагманский корабль «Ямаширо» пошел ко дну, «Могами» и «Фусо» были сильнейшим образом повреждены и оставлены умирать, а «Сигуре» хоть и развернулся и начал отступать, тоже вскоре погиб.

В тот самый момент, когда последние залпы американских линкоров достигали своих целей, на сцене появился Сима, на борту крейсера «Нати». Он надеялся соединиться с Нисимурой раньше, но его продвижение замедлили атаки американских катеров. Увидев во время движения на север ужасную гибель «Фуро», Сима понял, что от соединения Нисимуры ничего не осталось и соединяться не с чем. В начале пятого утра Сима, выказывая фальшивую храбрость, произвел серию неэффективных торпедных атак по тому, что, как он считал, было американскими кораблями, затем повернул и направился на юг. Идя с места гибели Нисимуры, Сима наскочил на разбитый «Могами», который, как он был уверен, лежал на дне. К несчастью, он ошибался: «Могами» двигался медленно, и в 4:30 «Нати» столкнулся с раненым судном, причинив ему дальнейшие повреждения.

Южное сражение на пути японского движения к заливу Лейте было катастрофой. Когда 25 октября взошло солнце, матросы Симы с нервозностью стали ждать неминуемых атак со стороны преследующих их американских кораблей во время своего отхода к острову Бруней. В то время Сима размышлял, каким образом он собирается уводить свои корабли от неприятеля, Кинкейд собрал свой штаб. Американцы обсуждали только что закончившиеся действия и, без сомнения, поздравляли друг друга с ошеломительной победой. Перед тем, как закончить собрание, Кинкейд повернулся к руководителю штаба, капитану Ричарду Крузену, и спросил: «Ну, Дик, есть ли что-нибудь, чего мы не сделали?» Крузен ответил, что может подумать только об одном: «Мы так и не спросили Хэлси напрямую, охраняла ли Оперативная группа 34 пролив Сан-Бернадино». Чтобы быть уверенным наверняка, Кинкейд дал Крузену указание запросить у Хэлси подтверждение того, что Оперативная группа 34 действительно прикрывала пролив [168] .

Хотя ббльшая часть событий вечера и ночи 24–25 числа происходила на юге, Курите тоже было чем заняться. В 0:35 его флот беспрепятственно прошел пролив Сен-Бернадино и вышел в Филиппинское море. Курита, все еще зализывавший раны после воздушных атак предыдущего дня, не мог поверить своему счастью. Как могли американцы оставить такой важный, даже критический проход без прикрытия? Справилась ли флотилия Одзавы с силами Хэлси? Если будет везти и дальше, всего через шесть часов он будет на позиции, откуда можно атаковать американские транспорты в заливе Лейте. Убедившись, что в проливе действительно нет американского охранения, Курита по радио связался с Ониси и просил прислать ему все авиаприкрытие, каким только тот располагает, когда он будет огибать восточное побережье Самара. Ониси, чьи силы понесли значительные потери во время защиты соединений Куриты 24-го, ответил, что обеспечит присылку нескольких оставшихся самолетов.

То, что Курита не встретил сопротивления на своем пути через пролив, стало следствием катастрофической разобщенности американской стороны. В отличие о того, что думали Кинкейд, Нимиц и Кинг, Оперативной группы 34 не существовало. Предыдущие сообщения Хэлси указывали лишь, что опергруппа может быть сформирована при необходимости. Будучи уверенным в том, что он настолько ослабил Куриту, что тот больше не представляет опасности, Хэлси решил собрать у себя все наличные силы, включая корабли, из которых должна была составиться Оперативная группа 34. Недоразумение усугубилось тем, что в отправленном накануне сообщении Хэлси заявил о том, что направляется на север «с 3 группами». Это второе сообщение казалось подтверждением того, что Хэлси оставил Сан-Бернадино защищенным.