Чтение онлайн

— Я передам ему, что вы здесь, как только он откроет дверь, — сказал Филипп глубоким голосом, совсем не сочетающимся с его худеньким, мальчишеским телосложением. — В настоящее время он заперся с архиепископом, и какая бы новость у вас ни была, очень сомневаюсь, что она сравнится с серьезностью болезни короля Ричарда.

— Ричард болен?

Для Александра, который буквально только что въехал в Руан и не знал ничего о происходящем в мире за пределами Англии и Уэльса, это было новостью.

— Стрела в плечо во время штурма Пуату. Рана гноится, и лорд Уильям получил инструкции принять руководство крепостью Руана. Принц Иоанн в Бретани, при дворе лорда Артура.

Маленький писец согнул свои перепачканные пальцы.

— Я не знаю, куда повернуться, мой господин заставляет меня напряженно трудиться — писать рескрипты и приказы. Если вы хотите занять руки, пока ждете… — Он указал на две скамьи, где усердно работали писцы.

— Чуть позже, — сказал Александр, прикоснувшись к руке Филиппа, чтобы показать, что не отказывает ему с ходу. — Если лорд Уильям так занят, то мое донесение может подождать, но меня ждут в зале.

Писец пожал плечами, как бы говоря, что большего он и не ожидал.

— Вы, молодые люди, все одинаковые, — сказал он с высоты обширного опыта своих тридцати лет.

Александр спустился в зал в смятении чувств. Столько всего надо было обдумать, что он не знал, с чего начать.

Смертельная болезнь Ричарда бросит новые костяшки в политическую игру. Кандидатов в преемники было немного, и ни один не обладали харизмой Ричарда, ни его военной проницательностью.

Иоанн или Артур.

Лорд Уильям будет поддерживать первого, в этом Александр был уверен. Верность Маршалла Анжуйскому дому была непоколебима и проистекала она большей частью от его уважения и нежных чувств к овдовевшей королеве Элеоноре, матери Иоанна и Ричарда.

Александр вбежал в зал, запыхавшись, словно бежал вверх по лестнице, а не вниз. Ричард, Иоанн и Артур подождут. Беспокойно и нетерпеливо он осмотрел зал, однако стройной фигурки, одетой в темно-зеленый шелк, не было и следа. Он тихо выругался — ведь он отсутствовал так недолго и он надеялся, что Манди останется. Все произошло так быстро, что он не успел ее расспросить; но сейчас ему стало интересно, что же она делала в башне.

Она не была одета как служанка, а единственный ранг женщин, допускаемых ко двору, — жены и дочери знати. Неужели она вышла замуж за эти годы безвестности, а если да, то неужели ее муж здесь, в зале, среди всех этих людей?

Возможно, он ступал на запретную территорию.

Возможно что угодно — одни вопросы и никаких ответов.

Тут он увидел своего оруженосца, поспешно приближавшегося к нему с чем-то безотлагательным.

— Что такое, Хью? — Его сердце дрогнуло, потому что молодой человек имел обеспокоенный вид.

— Вот я и нашел вас, сэр. Ко мне подошла леди и просила передать вам, что она должна была уйти. Ее маленький сын потерялся в толпе на рынке, и она очень волновалась о его безопасности.

— Ее сын?

Александр попытался вспомнить, было ли золотое кольцо на ее безымянном пальце.

Хью почесал свой короткий веснушчатый нос.

— Да, сэр. Она ушла совсем недавно. — Он оглянулся, словно ожидал увидеть край ее платья, исчезающий за порогом. — Сэр?..

Александр протиснулся мимо него и зашагал к двери. Хью колебался секунду, а потом заспешил за своим господином.

Во дворе замка Манди не было, и Александр сначала подумал, что потерял ее. Однако, расспросив привратника, он убедился, что она ушла недалеко. Он видел любопытство и двусмысленность в глазах мужчин, но не остался, чтобы удовлетворить их.

— Хью, гляди в оба, если увидишь ее — кричи, — сказал он следующему за ним оруженосцу.

— Да, сэр… А кто она?

— В девичестве ее звали Манди де Серизэ. Кто она теперь, я не знаю. — Александр сузил глаза, чтобы лучше видеть поток людей, входящих и покидающих пределы крепости.

Новость о Ричарде Львиное Сердце подействовала как горящая палка, воткнутая в муравейник. Казалось, что каждый житель Руана был на улице в этот полдень.

Его уэльский оруженосец тоже зафиксировал свой взгляд на толпе. В зеленой тишине его родных лесов у него был глаз наметан острее, чем у его господина, но в суете и шуме большого торгового города Александр ориентировался лучше. Он засек краткую вспышку темно-зеленого, движение стройной фигуры среди десятков других и начал проталкиваться к ней.

— Манди… Манди! — выкрикивал он ее имя, и со вторым выкриком она обернулась.

Он догнал ее и дотронулся до ее руки.

— Могу я помочь?

Ее ясно-серые, чуть подведенные белилами глаза были широко раскрыты и испуганы, грудь поднималась и опускалась в такт ускоренному дыханию.

— Мой сын, — сказала она. — Он совсем маленький, и он потерялся где-то в этом квартале. Его могли украсть или даже убить… Здесь так много опасностей, а он о них и не ведает. — Она прикусила нижнюю губу, пытаясь держать себя в руках.

— Как он выглядит? Во что одет?

Она одарила его странным, косым взглядом.

— У него темные волосы и глаза, — дрожа, сказала она. — Ему три года, одет в зеленую тунику того же оттенка, что и мое платье, коричневые рейтузы, новые ботинки с зелеными шнурками, и у него игрушечный деревянный меч. Его зовут Флориан.

Александр кивнул, проглотив сказанное.

— И куда принести его, если я или Хью найдем парнишку?

Она недолго колебалась, не дольше вдоха.

— Рядом с западной стеной собора есть пять домов с фасадом на реку. Так вот мой — первый. Стены выбелены, крыша черепичная. Ты его не пропустишь. — Она тяжело глотнула и прикоснулась к горлу. — Я буду искать в лавках, где видела его в последний раз. Не мог бы ты и твой оруженосец поискать его вдоль рынка и у… у реки, — последнее слово порождало такие трагические картины, что Манди еле выговорила его.

— Конечно.

Он взял ее за руку и кратко пожал ее успокаивающе, глядя в то же время вниз. На ее белых наманикюренных пальчиках действительно не было обручального кольца, но множество других, из золота и драгоценных камней, на всех остальных. Это еще ничего не означало. Не все женщины носят обручальное кольцо именно на этом пальце, но кем бы ни был ее возлюбленный, он, несомненно, богат.

Она удалилась от него и вместе со своей служанкой растаяла в толпе.

— Ты слышал, Хью, маленький мальчик в зеленом и коричневом.