Чтение онлайн

Торн услышал звуки музыки и смеха, когда приблизился к деревенской площади. Быстрым шагом он направился к «Каса дель Оро», чувствуя себя несколько глупо из-за своих дурных предчувствий. Нет ничего необычного в том, что турецкое судно было замечено сегодня днем одним из членов его команды, поскольку турки часто бывают в этих водах.

И все же он не мог так легко отмахнуться от опасности, которая, возможно, грозила женщине. В конце концов, турки из-за нее вступили в сражение, так что, вполне возможно, не сдались. Он просто убедится, что она в целости и сохранности в своей комнате, а потом вернется на «Победоносец».

Войдя в таверну, он нашел ее комнату пустой. Служанка сказала ему, что большинство жителей отправились на фиесту на площадь. Возможно, девушка и евнух тоже там.

Теперь, оказавшись здесь, Торн упрекал себя за чрезмерную предосторожность. Женщина великого визиря и без того доставила ему уже достаточно неприятностей. Почему он не может взять и выбросить ее из головы? Он ей не защитник. До сих пор она была просто наказанием и, очевидно, продолжит множить его неприятности, пока он будет чувствовать за нее ответственность.

Поднявшись по лестнице, Торн увидел нескольких мужчин, собравшихся в круг и что-то возбужденно бормочущих. Протиснувшись сквозь толпу, он увидел Ахмеда, лежащего на полу в луже крови. Капитан быстро наклонился над чернокожим евнухом.

– Кто-нибудь послал за доктором? – спросил он.

– Si, senor [2] , но мужчина потерял много крови, и сомнительно, что он выживет.

Лицо Торна помрачнело.

– Кто-нибудь видел, как это произошло?

– Я, сеньор, – признался один из мужчин. – Я хозяин «Каса дель Оро», и я видел, как этот бедный человек упал. Несчастная девушка вырывалась изо всех сил, но турки все равно утащили ее.

Охваченный ужасом, Торн схватил мужчину за грудки и дернул на себя.

– Опиши мне девушку. Как она выглядела?

– Не знаю, сеньор. Было слишком темно, я испугался и убежал.

Торн оттолкнул хозяина таверны прочь.

– Как давно это произошло?

– Не очень давно, сеньор. Я не вмешался, потому что посчитал, что один из них может быть мужем женщины или ее отцом.

– Я так не думаю, – не согласился другой, – потому что этот большой человек в странной одежде пытался защитить ее. Он дрался до тех пор, пока уже больше не смог подняться. Если он еще жив, то скоро помрет, это уж точно.

Торн вперил взгляд в трактирщика.

– В какую сторону они пошли?

Мужчина указал на запад.

– Они пошли туда, сеньор. Я понял, что это моряки. – Он взглянул на Торна. – Как вы.

Торн сунул несколько монет в руку трактирщика.

– Я капитан Торн Стоддард. Проследите, чтобы об этом человеке позаботились как можно лучше, и отправьте кого-нибудь на судно «Победоносец». Сообщите моим людям о том, что здесь произошло, и скажите им, что я пытаюсь отыскать женщину.

– Те люди очень опасны, сеньор, – предостерег трактирщик. – Не лучше ли было бы позволить властям найти женщину?

В глазах Торна появился опасный блеск. Женщина находилась под его защитой, теперь он это твердо знал. Перескакивая через две ступеньки, он сбежал по черной лестнице. Его долг – вернуть ее.

Музыка постепенно стихала вдали, когда Торн быстро удалялся от деревенской площади. Он обозвал себя дураком. Какого черта он гонится за людьми, избавившими его от женщины, которая была для него не иначе как докукой? Проклятие, ведь он даже не знает ее имени! Но не дай Бог, если кто-то увезет ее назад в Турцию и передаст в руки этого безумца Селима. Как этому помешать?

Он похлопал по нагрудному карману и понял, что у него с собой даже нет пистолета.

Челюсти его были решительно сжаты, когда он стремительно шагал в темноте ночи. Он выяснит, отвели ли ее на турецкий корабль. Если обнаружит, где она, то приведет с собой несколько своих людей, чтобы помогли освободить ее.

Торн резко остановился, когда заметил какой-то мерцающий свет впереди, на доках. Он стал продвигаться дальше с осторожностью и не успел сообразить, что происходит, как его окружили турки, на мгновение ослепив своими фонарями. Он так и не увидел, кто ударил его, но почувствовал, как боль взорвалась в голове, и повалился вперед, погружаясь в мир забвения.

Угнетающая темнота царила в маленькой камере, куда поместили Бриттани ее похитители. От покачивания корабля ее тошнило. И она не имела представления о времени. Девушка плакала до тех пор, пока уже больше не осталось слез. Теперь единственное, что она могла делать, – это дрожать от холода и страха, надеясь, что какое-то шуршание, которое ей послышалось в углу камеры, издают не крысы.

Услышав, как дверь камеры открылась, и, увидев свет фонаря, она прижалась спиной к мокрой стене, боясь, что это пришли за ней.

Она услышала приглушенный звук, потом увидела, как двое мужчин швырнули кого-то на пол. Не успели ее глаза привыкнуть к свету, как мужчины ушли, унося фонарь с собой, и камера снова погрузилась в полнейшую тьму. Она подождала, пока не раздался скрежет ключа в замке, и только потом поползла вперед, чтобы посмотреть, не Ахмед ли это разделил ее печальную участь.

В непроглядной тьме она осторожно продвигалась на ощупь, страшась того, что может найти. Похоже, человек был без сознания. Она дотронулась до его лица и быстро отдернула руку. Это не Ахмед – но кто же тогда? Ахмед, должно быть, тяжело ранен, иначе наверняка был бы заперт здесь, с ней.

Бриттани отодвинулась назад к стене, дрожа от страха. Если б она так не настаивала на том, чтобы сойти на берег, то сейчас была бы в безопасности на борту «Победоносца».

Она обняла себя руками, пытаясь согреться. Странно, подумала она, что здесь, в трюме этого корабля, так холодно, когда день был необычайно жарким.

Послышался тихий стон, и Бриттани напряглась. Второй пленник приходит в себя!

– Где это я, черт побери? – прозвучал знакомый голос капитана Торна Стоддарда.

Не задумываясь, как могло случиться, что он тоже оказался пленником вместе с ней, Бриттани поспешила к нему, шаря в темноте, пока не нашла его руку.

– Вы пришли мне на помощь, – сказала она с облегчением в голосе, потом заговорила быстрее: – Я была до смерти напугана и совершенно уверена, что никто никогда меня не найдет. Здесь холодно и темно, и, я думаю, есть крысы.

Торн сел и потрогал голову, застонав, когда обнаружил на ней приличную шишку, до которой было больно дотронуться.