Поцелованная богом
Шрифт:
— Другого времени у меня не нет, — ответил собеседник и положил трубку.
Спешно натянул джинсы и рубашку, схватил документы и ключи от машины и выскочил из квартиры.
Подъезжая к конторе, бросил взгляд на часы — успел. Предъявил удостоверение на входе, поднялся на нужный этаж, прошел по знакомому коридору. В приемной секретарь поздоровался и сообщил:
— Вас ждут.
Кивнул и прошел в кабинет.
— Ну, здравствуй, Егор Викторович, — генерал встал из-за стола. — Какими судьбами?
— Здравия желаю, — я пожал протянутую руку. — Дело важное.
— Присаживайся, — мне кивнули на стул. — Слушаю.
Я назвал страну, где сейчас была Лиса.
— С какой целью интересуешься? — спросил генерал.
— Там сейчас находится близкий мне человек.
— Да? И кто?
— Елизавета Петровна Вяземская.
— А, — протянули в ответ, — знаю-знаю. Поцелованная богом, так кажется?
Услышав прозвище, которым наградили Лису коллеги, болезненно скривился.
— Жена? — разглядывая меня, спросил мой начальник.
— Еще нет.
— Понятно. Что тебя интересует?
— Все.
— Тогда так. Вчера был переворот, с захватом президентского дворца.
— Там наша группа?
— Да. Они летели эвакуировать дипмиссию и всех наших, находившихся в стране. Ну и присмотреть заодно, что там и как.
— Не успели? — удивился я. — За все недели?
— Тебя же там не было, — хмыкнул генерал.
— Ничего, это поправимо.
— Что ты хочешь?
— Лететь туда, естественно.
— Даже спорить с тобой не буду, и так ясно, что не послушаешься.
Я кивнул.
— Значит так, — сказало начальство, — летишь туда. Твоя задача: вывезти наших — и работников МИДа, и всех остальных. На границе вас будут ждать. Группа поможет. Есть данные, что городской госпиталь обстреляли. Кроме твоей зазнобы, россиян там нет. Есть пара французов. Их тоже нужно забрать, мне уже сообщили, что их МИД связался с нашим и просил о помощи.
Генерал снял трубку.
— Вызови Лисовца, — скомандовал секретарю. — Карты пусть захватит.
Через пару минут в кабинет вошел мужчина.
— Знакомьтесь: майор Лисовец, он курировал операцию. А это наш герой — Егор Рокотов, будет теперь работать по этому направлению.
— Наслышан, — майор протянул мне руку. — Для меня честь работать с вами.
Лисовец разложил на столе карты.
— Ну что, давайте посмотрим, что у нас имеется, — предложил генерал.
Спустя час я уже точно представлял себе город и знал, как буду действовать.
— Егор, работать будешь один.
— Как всегда, — ответил я.
— Нет, на этот раз даже без прикрытия. Как планируешь добриться до места?
— Через Каир, оттуда на машине в Судан, и дальше.
— Обратишься к Африканцу? — понимающе спросил генерал. — Думаешь, он поможет?
— Поможет. Он мне должен.
— И сколько ты его не видел?
— Четыре года, но это ничего не меняет. Я его сыну жизнь спас.
— Хорошо. Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться?
Я прикинул время.
— Два часа.
— Тогда через два часа летишь в Париж. Оттуда в Каир. В Каире тебя встретят. Там получишь документы, машину и снаряжение.
— Хорошо.
— Откуда тебя забрать?
— Из дома.
— Я пришлю машину.
— Тогда я поеду, мне еще собираться.
Я пожал руки своим собеседникам и направился к выходу.
— Егор, — окликнул меня генерал, — ты должен просто вывести из страны наших людей. Спасать мир не надо.
Я представил себе разгромленную городскую больницу. Там же наверняка полно пациентов, мирных людей. Генерал внимательно посмотрел на меня.
— Егор, — повторил со значением, — твоя задача вывести наших. И все.
— Так точно, — ответил и вышел из кабинета.
По дороге связался с помощником, быстро раздал задания и сообщил, что срочно улетаю.
— Как долго вас не будет? — уточнил помощник.
— Неделю, вряд ли больше.
— Все сделаем.
— Разумеется.
Уже дома, собирая сумку, позвонил сначала Кипрееву, потом Лисиному деду.
— Ты ведь привезешь ее? — спросил дед, когда я объяснил ему ситуацию.
— Конечно, — уверенно ответил.
— Привези ее, Егор.
— Даже не сомневайтесь.
— Удачи, я буду вас ждать.
Упаковал сумку, по старой привычке присел на дорожку. Через несколько часов буду в Париже и уже вечером в Каире. Оттуда на машине до Судана и дальше. Через пару дней буду у Лисы. Найду и выпорю. Нет, не так. Найду, верну домой, а уж потом выпорю. И никуда больше не отпущу.
25
В Париже нужно было очень быстро добраться до другого аэропорта: прилетел я в Шарль де Голь, а вылет в Каир был из Орли. Мне повезло найти совершенно безбашенного таксиста, который доставил меня до Орли в рекордно короткий срок.
Сидя на борту самолета, набирающего высоту на пути в Каир, прикинул, что еще нужно сделать. Выходило, что единственным важным делом было дозвониться до Африканца. Ни в Москве, ни в Париже дозвониться до него не удалось — он не снимал трубку. Странно, но мысль о том, что за четыре года Африканец сменил номер телефона, в голову мне не пришла. Когда-то давно Африканец был моим другом, и я хорошо знал его привычки. Он был не из тех, кто меняет телефонные номера.
Четыре года назад наша дружба не просто дала внушительную трещину, мы расстались почти врагами. Вернее, он со мной расстался врагом, я по-прежнему считал его другом. Африканец пообещал, что убьет меня, если мы встретимся еще раз.
Свое прозвище Африканец Пашка Родимцев получил за любовь к Африканскому континенту. Он не просто любил Африку, он знал ее, как свои пять пальцев. История, география, культура и политика — на свете не было специалиста лучше, чем Родимцев. А если учитывать то, что он был профессионалом высочайшего класса по, что называется, кризисным ситуациям, то его мечтали заполучить к себе на работу правительства, как минимум десяти — пятнадцати стран. На Черном континенте Африканец был буквально нарасхват.