Чтение онлайн

Алина поняла из спутанного сумасбродного повествования - дом где она живёт, стоит на месте колдовского, там же дачный завсегдатай встретил свой треш. Может аномальная зона? Но вслух ничего не сказала. Зачем?

Вдалеке под штормом шли волны по полям с рожью. Подсолнух у забора гнулся на ветру, затмевая солнце.

Дачный душ топтун на огороде радовал гидромассажем из-за перепадов напора и контрастным душем тоже.

Что-то на сей раз совсем плохо качает. Надо стать чемпионкой по прыжкам.

Душ закачался и упал. Алина откупорила занавеску. Над ней нагнулся Митраванов.

– А почему вы здесь как на пляже и смартфоном?

– Ну, хотя бы не как на нудистским пляже в отличие от некоторых... Загораю, и одновременно фотографирую для журналов "Чудеса на даче" А почему вы свалились на меня голая??

– Пыталась стать работницей водоканала и поддать напора, двигая ногами.

– Нехорошая мысль - потому как, он тут централизованно идёт!

– О!

– Вы похожа на леди Годиву, кстати!

– Вообще то она сама раздевалась, а у меня форс мажор и ещё на неё почти никто не смотрел... В отличие от вас.

– А что вы здесь делаете?
– заинтересовалась проходившая мимо полуподруга-полуколлега Марья

– Принимаю душ, а он загорает и все на одном клочке

– А... Не буду мешать.

– Нет, Марья, лучше принеси полотенце,

– Если что я не смотрел, - заметил дачник с окоселыми глазами.

Нерв и жар летних воспоминаний иссяк. Только сейчас Арсеньева поняла, Клавдия, которая жила в деревне её доме, и колдунья из снесенного дома, над которым теперь нависла её квартира одна и та же. Она её родственница что ли? Или странная цепочка совпадений? И куда пропало кольцо... Оно не просто! Именно после ворожбы на него появились откровенные сны. И не с кем попало.

Приемник гудел старой песней, где лирический персонаж вспоминал летом зиму - как странно одновременно представлять противоположные сезоны...

Ночь же продолжалась.Без сна, в одиночку с самой собой. Зачем она нужна? Ну, кроме того что ночь, физическое явление, есть же ещё какой то смысл?

Это отдых, время подумать, поцеловать, если есть кого. Перемена атмосфер. И загадка.

С серванта упал фонарик. Алина согнулась чтобы его найти. Пятясь назад в таком положении она на что-то налетела.

– Мир тесен, комната тем паче, уйду в другую дабы не мешать.

Значит на кого-то.

Александр уснул, а теперь здесь в темноте. Свалил апельсиновую цедру, она здесь завалялась для ароматики.

Полоса света. Теперь видно, то что скрыто.

– Вы ночной хулиган?

– Нет, у меня просто до неприличия пижонская рубашка.

На Алине черная помада, черная, обтягивающая топ-кофта на шнуровке. И чулки. Ещё луч света.

– Вы девушка-луна?

– Нет, это всего лишь фары авто. Они сейчас исчезнут. А мы нет

Страсть тоже не исчезла, скорее прибавилось.

– Развяжите мои шнуры, вам, как привороженному ночью гостю, предоставляю почетное право

Прошло полчаса, час. Никак не получается.

Александр понял ещё столько же и он потеряет силу. Мужскую в том числе.

– Давайте развяжем вместе. Это настоящий квест

– Вы не супермен, не супергерой.

– Нет, но и не прикидываюсь.

– Но какой торс!

– Это не совсем мой. Сценический образ.

– Значит все же прикидываешься! Для публики?

– Нет, лишь для сна и вас.

Очень темно. Но любовники видели руками. Чувствуя формы друг друга воображали, как они выглядят. Она целовала его в торс, которого у него не было. А он массировал её бедра, не видя легкого целлюлита. Ах нет - это всего лишь апельсиновые корки упавшие со стола.

Решили продолжить на столешнице.

Выяснилось, что белье Арсеньевой тоже зашнуровано.

– Вы даже в грёзах труднодоступная женщина!

– Или так, у вас кривые руки!

Продолжили только через полчаса. Она уже не помогала развязывать...

– Кстати в одежде вы сексуальнее, чем без

– Тогда может будете целовать мою кофту о шнурках?

– Да не, одежде без вас нехватает ещё больше

Александр переложил, все что лежало на мебели.

– Я за безопасный секс! Кстати

Бывает зарядка утренняя. А сейчас "ночная". Ритм движений равномерный. Как у метронома. Звуки поцелуев слышно даже в соседней квартире. К счастью там все тоже спали...

Ощущения яркие, но не странно короткие ли?

– Александр, у вас же преждевременное завершение спектакля... Скажите правду по чесноку?

– Не замечал, - странным и лукавым голосом ответил тот.

Александр думал, компьютер считал.

Зависали все, без исключения.

Иногда, во всю эту несколько бесплодную энергию, долетали фразы из парикмахерской.

– Сделайте мне прическу каре, знаете длина до подбородка, закругленная такая. И лучше ассиметричную, а не градуированную...

– Я вам сделаю, тот причесон, что умею.

– Вы знаете, я здесь была в прошлом разе, и мне один из стилистов здесь клок оставил, здесь побрил больше чем надо и в не тот цвет покрасил... Надеюсь вы сделаете лучше?

– Этот "один стилист" перед вами, но на сей раз постараюсь лучше.

– Вы можете быстрее, я уже поседел пока тут сижу...

В банке пока никого. Но не надолго. Холодный рассвет разливался апельсиновым цветом.

– Алин у тебя усталый вид? Согласна?

– Да, я вспомнила лето, в мороз и бессонницу оно кажется сказочным наслаждением, пусть в реале не дотягивает, и вязала, и примеряла

– И все?! Я думала ты пила свой любимый глинтвейн из белого, ходила на лыжах, а потом пришла в сауну к накачанному мышцами любовнику. Или он к тебе в ванную.

– Не совсем... А сауны вообще нет.

Алина резво подъехала к кулеру на стуле.

Сказанное слово не поймать, а появившееся изобретение обычно не исчезает в будущем Кулеры появились в 1970х годах, и до сих пор утоляют жажду. Под звуки водопития, шорох купюр и разговоров в зале появился Александр. Стул увез Арсеньеву ещё дальше.