Чтение онлайн

– Пятеро сыновей, – пробормотал он и с почтением посмотрел на девушку.

– Пятеро сыновей, – повторила Бриджида с мольбой в голосе.

Затем эти два волшебных слова эхом повторило все семейство Ройо.

Катриона поняла, что ей удалось заронить надежду в сердца этих людей, и решила, что пора перейти к более существенному вопросу.

– Как вы собираетесь назвать девочку, и когда будут крестины? – спросила она.

– На следующей неделе в воскресенье, – ответил Джулио.

– Назовем ее Карлоттой, в честь моей тетушки из Неаполя, – добавила его мать.

– Нет, – сказала Бриджида, – мы не будем называть ее Карлоттой.

Все посмотрели на нее с нескрываемым удивлением – за три года она ни разу не посмела возразить свекрови.

– Мы назовем ее Катрионой, – решительно сказала Бриджида, взяв девочку у мужа. – Я хочу, чтобы ты была ее крестной матерью, Катриона.

– С радостью! Это для меня большая честь.

– Хорошо, – подруга ласково потрепала по головке старшую дочку.

– Нина, – обратилась она к своей золовке, с лица которой не сходило кислое выражение. – Не надо так сильно качать малютку Софи. В прошлый раз у нее после этого разболелся животик.

– Мама Леоне, – Бриджида грациозно повернулась к свекрови, – свою следующую дочь я назову Карлоттой, в честь вашей тетушки. А может быть, это будет второе имя для нашей малышки? Да, так и сделаем. Катриона Карлотта Ройо! Красиво звучит, правда?

Вместо того чтобы заспорить или недовольно фыркнуть, как это наверняка и было бы всего несколько минут назад, мама Леоне кротко согласилась с решением невестки.

– Джулио сообщит тебе о крестинах, Катриона, – сказала Бриджида подруге, когда та собралась уходить. Указав кивком головы на подарок, она улыбнулась. – Спасибо тебе за все.

– Забудь об этом. А на будущее запомни – ты должна себя поставить в этом доме так, чтобы никому и в голову не приходило тобой манипулировать. У тебя ведь все прекрасно получается!

Катриона была рада, что не встретила никого из соседей по пути домой: они наверняка приняли бы ее за ненормальную. От смеха у нее заболели бока, а из глаз текли слезы.

«Видение, о Господи! Бедняжка Бриджида, впереди ее ждет пять, шесть, а может быть, даже семь беременностей. Какое счастье, что у нее нет ни мужа, ни детей».

– Я поеду в Рим, в Неаполь. Я буду жить в свое удовольствие, так, как мне нравится. – Громко распевая, девушка закружилась в танце прямо на грязной дороге.

В торжественной обстановке Катриона по порядку перечислила все обязательства, которые она брала на себя по отношению к своей крестной дочери.

Во время всей церемонии крещения малышка мирно спала, прижавшись щечкой к атласной подушке, как ей было положено. Из-под кружевного чепчика виднелись пряди младенческих волос.

Катриона-старшая с чувством огромного облегчения передала свою маленькую тезку матери.

– Она просто прелестна, – сказала она, обращаясь к Бриджиде, – настоящее маленькое солнышко!

– Даже красивее, чем солнышко, – со смехом заметила подруга, когда они уже выходили из церкви. – Ты знаешь, мне кажется, что она больше похожа на тебя, чем на меня.

– О, тогда, конечно, она настоящая красавица! – с нарочито серьезным видом воскликнула девушка. Ей пришлось отстать от подруги на пару шагов, так как в этот момент подошел Джулио и с видом собственника обнял жену за талию.

– Ты не устала? – заботливо спросил он. – Может быть, мне донести девочку до повозки?

Катриона тихо улыбнулась про себя. Как только слух о ее видении пронесся по Фридженти, Джулио и все его родственники стали подчеркнуто бережно относиться к будущей матери пятерых сыновей. На саму же Катриону все смотрели с благоговейным почтением.

Только Энрико Фонтана, который прекрасно знал, какие мысли занимали девушку в тот вечер, когда ей явилось видение, лукаво посмотрел на нее, и, поднимаясь по ступенькам к органу, незаметно подмигнул.

Отец Умберто, внимательно слушая исповедь Катрионы, тщетно ожидал услышать рассказ о чудном явлении, которое пообещало даровать Бриджиде Ройо пятерых сыновей. Наконец он не выдержал и спросил:

– А ты не хочешь рассказать мне о своем видении, дочь моя?

– Да, святой отец. Мне и правда явилось видение, только произошло это не в церкви. Понимаете, когда я пришла в дом Ройо и увидела Бриджиду с Джулио и их троих детей… Совсем не сложно было предсказать, что если Джулио и впредь будет так ревностно исполнять свои супружеские обязанности, то у них будет еще много детей, в том числе и сыновья! Ах, святой отец! Все видят, что они появляются на свет один за одним! Это мог предсказать любой!

Отец Умберто ничего не ответил, только подозрительно кашлянул.

– Это была ложь, святой отец, маленькая ложь, которая облегчила жизнь моей подруге, маленькая ложь…

Тут отец Умберто был непреклонен.

– Не существует маленькой лжи, Катриона, – суровым голосом напомнил он.

– Ну, как бы там ни было, а эта ложь была сказана во благо, – пыталась оправдаться девушка. – Семья Ройо счастлива. Джулио стал снова добр и внимателен к своей жене. Их маленьким дочерям теперь хорошо и спокойно, а Бриджида простила и снова полюбила своего мужа. Скажите, если бы я поступила плохо, разве это могло бы принести столько добра?

– Ну, ты начала философствовать, дитя мое. Приходи как-нибудь ко мне, и мы обсудим этот вопрос как следует. А сейчас я никак не могу согласиться с твоей точкой зрения. Это – великий грех! Тебе надлежит три раза прочесть Ave Maria.

Наказание было легким, а тон священника добродушным.

Во время церемонии крещения Катриона встретилась с ним взглядом. Почему-то она была уверена, что отец Умберто не счел ее поступок большим грехом.

Девушка довольно улыбнулась. Какой-то странный человек, сидевший рядом с проходом, решил, что эта улыбка предназначалась ему, и улыбнулся в ответ. Затем он поздоровался с Катрионой, поднялся и пошел рядом.

– Добрый день, синьорина, – сказал он дружелюбно. – Прекрасная служба! Вы пели просто замечательно: ваш голос был слышен даже в последнем ряду. Я сразу вспомнил вашу мать. Просто превосходно!

Незнакомец безукоризненно говорил по-итальянски, и все же то в его речи выдавало в нем англичанина. Это, пожалуй, был даже не акцент, а интонация.

Его элегантный, дорогой костюм был сшит, по всей видимости, в Риме. Шелковая рубашка и галстук, вероятно, тоже стоили очень дорого. Незнакомец сильно отличался от смуглых, круглолицых мужчин Фридженти. У него было узкое, бледное, с орлиным носом лицо, голубые глаза, пшеничного цвета волосы, какие редко встретишь на севере Италии. Катриона отметила, что он был очень высок ростом, гораздо выше большинства местных мужчин. Длинный нос, четко очерченные губы и волевой подбородок делали внешний облик незнакомца решительным, а мягкие манеры, веселые, внимательные глаза и непринужденная словоохотливость привлекали и располагали к нему. Пожалуй, его можно было назвать даже красивым.